Клэй лежал в кровати. Куча проводов были подключены к его телу. Пиканье машин отзывалось слишком громким эхом в таком маленьком пространстве. — У вас только несколько минут. Я скоро вернусь, — сказала медсестра Бёрк, прежде чем дать нам немного приватности.

Клэй заметил, что я была там, и наблюдал за мной, пока я подходила к нему. Его глаза были тяжелыми и затуманенными успокоительным. Белый цвет его забинтованных запястий выделялся на фоне голубых одеял больницы. Когда я мягко взяла его руку в свою, он был смертельно бледен и смотрел на меня с нечитаемыми эмоциями.

— Мэгги, — сказал он. Его голос звучал так, словно он жевал разбитое стекло. Мое имя грубо скатилось с его языка. Я аккуратно села на край его кровати. — Привет, — ответила я, пытаясь улыбнуться. Клэй закрыл глаза. — Мне так жаль. Не могу поверить, что заставил тебя пройти через это. Я очень сильно сожалею. — Я ничего не сказала, просто наклонилась и прижалась губами к его щеке. Его кожа отдавала холодом на моих губах.

— Твои родители едут сюда, — сказала я ему, а он только кивнул в ответ. Медсестра, наверное, уже сказала ему.

— Они собираются забрать меня, — сказал он сухо.

— Знаю. — Это все, что я могла ответить. Клэй открыл глаза, и я смогла увидеть там искру старого Клэя, спрятанную далеко в глубинах.

— Они собираются увезти меня от тебя. Я не хочу, чтобы это произошло, — заявил он мне категорично. Я видела, как он борется с действием успокоительного.

Он потянулся, чтобы коснуться моего лица, но его пальцы упали на кровать еще до того, как он смог дотянуться. — Ты выглядишь такой грустной. Это из-за меня. Я ненавижу себя за то, что заставил тебя чувствовать себя подобным образом. Я все разрушил. Я всегда все разрушаю, — сказал он, но его голос был заглушен препаратами. Я покачала головой.

— Нет! Не говори так. Это не правда. — Клэй закрыл глаза и облокотился на подушку, словно ему было больно смотреть на меня.

— Я не могу и дальше так поступать с тобой, — прошептал он, закрывая лицо ладонями. Я должна была положить конец его горькой ненависти к себе, но не знала как.

— Остановись, Клэй. Ты должен переживать только о том, чтобы тебе стало лучше. Ни о чем больше, — сказала я с большей убежденностью, чем чувствовала на самом деле. Я потянулась и опустила его руки. — Пожалуйста, просто поправляйся, — умоляла я. Он накрыл мою руку своей и поднес к лицу.

— Я люблю тебя, Мэгги. И всегда буду любить. Я был эгоистом, думая лишь о себе. Я должен был всегда ставить тебя на первое место. — Он мучился, показывая больше чувств и эмоций, нежели тогда, когда я только вошла. Я больше ничего не сказала. Я легла на кровать, прижалась своим телом к нему и обнимала его до тех пор, пока не вернулась медсестра Бёрк.

Когда я была вынуждена его покинуть, то повернулась, чтобы еще раз взглянуть на него. Кто знал, когда я снова смогу увидеть его? Его глаза встретились с моими, и он выглядел целиком и полностью разрушенным, сломленным. Выражение его лица было призрачным, и выжглось в моей голове.

Как только я оказалась в комнате ожидания, меня встретила очень злая миссис Рид. Мистер Рид стоял позади нее, выглядя кротким и безучастным, словно он был бы рад быть на встрече, на работе, да где угодно, лишь бы не в больничной комнате ожидания. Несмотря на то, что его сын пытался покончить с собой.

Миссис Рид сделала два шага и наклонилась очень близко ко мне. — Что ты с ним сделала? —зашипела она. Я отшатнулась в удивлении. Она серьезно? Я почти рассмеялась над абсолютным абсурдом ее вопроса. Неужели эта сука с самомнением может стоять здесь и перекладывать вину за состояние Клэя прямо на мои плечи? Особенно, когда корень многих его проблем лежит исключительно на этих двух людях, которые сейчас стояли прямо передо мной.

— Это веселит тебя? А вот я подумала, что ты и мой сын были влюблены друг в друга. В действительности же ты маленькая бездельница. Ты уговорила его уехать с тобой? Он увез тебя на наши деньги? — плюнула она на меня всем ядом, на который только была способна.

В этот раз я рассмеялась. — О да, потому что «Мотель №6» - пик прекрасной жизни, — сказала я саркастически. Миссис Рид выглядела так, будто хотела ударить меня. Ее рука напряглась.

— Мой сын - очень больной мальчик. Ему не нужно, чтобы его сбивала с жизненного пути маленькая эгоистичная сучка, вроде тебя. — Ненависть в ее голосе испугала меня. Что я такого сделала, чтобы заслужить такую сильную неприязнь этой женщины?

Хотя, если подумать об этом, я знала, проблема миссис Рид была в том, что она хотела перекинуть вину на любого, лишь бы не признаваться, что на самом деле виноваты в происходящем только двое: она и ее муж. Она не могла разглядеть свои собственные недостатки как родителя, поэтому плохой сразу же стала я.

Ну, к черту это!

Я встала прямо перед ее противным, самодовольным лицом и ткнула ее пальцем в грудь. — Прекратите, миссис Рид. Ваш сын лежит на больничной койке после того, как порезал вены. Причиной такого поступка стало то, что вы оба были больше сосредоточены на том, как вы выглядите в глазах окружающих, нежели на том, что происходит с вашим сыном. — Лицо миссис Рид побагровело, а челюсть сжалась.

И это я еще не была даже близко к высказыванию всего того, что было у меня на уме. — Уверена, если бы вы тратили больше времени на то, чтобы быть ему хорошими родителями, то он бы не был сейчас здесь. В палате интенсивной терапии! После попытки суицида! Я люблю вашего сына. Больше чем кого-либо на этом свете. И именно потому, что я люблю его, я могу понять, что лучшее для него сейчас - это помощь. Даже если это и означит, что ему придется уехать далеко отсюда. Я достаточно сильно люблю его, чтобы понять, что мое желание быть с ним - не обязательно будет лучшим решением для него. И надеюсь, что вы сможете вспомнить, что он ваш сын. Ваша плоть и кровь! И что ему нужны от вас любовь и поддержка. Не осуждение и порицание. И я чертовски уверена, что ему не нужны ваши настойчивые фиктивные обвинения против него! Поэтому, надеюсь, что хотя бы сейчас вы сможете сделать то, что нужно ему, а не вам.

Мой гнев сошел на нет, и единственным, что я испытывала сейчас, была печаль. Мне очень хотелось продолжать выбрасывать свой гнев на этих ужасных людей, но я испытывала чувство подавленности. Озлобленность не изменит того, что случилось или поможет Клэю.

Миссис Рид выпрямилась настолько, насколько ей позволяла ее спина. Ее красное лицо и ледяные глаза выглядели так, словно она снова собиралась сорваться на меня, но в этот момент медсестра Бёрк прервала нас. — Вы мистер и миссис Рид?

Миссис Рид отвлеклась. — Да, я Саманта Рид, а это отец Клэйтона - Николас. Где мой сын? — потребовала она. Серьезное лицо медсестры Бёрк не дрогнуло. Она, вероятно, привыкла иметь дело с подобными людьми целыми днями.

— Я отведу вас к нему. Но вы должны знать, что ему сейчас нельзя волноваться. Прямо сейчас он находится в очень тяжелом состоянии, и ему необходимо спокойствие. Персональный психолог, - доктор Лэнг ожидает вас, чтобы обсудить возможные варианты продолжения лечения. Следуйте за мной. — Миссис Рид подняла свою сумочку и, взглянув на меня на последок, последовала за медсестрой Бёрк, которая послала мне небольшой сочувственный кивок. Я без энтузиазма улыбнулась в ответ, надеясь, что она понимает мою признательность за ее вмешательство.

После того как родители Клэя исчезли, я свалилась в кресло. Я, должно быть, задремала, потому что следующее, что я знаю, как Рэйчел трясет меня. — Мэгги! О Боже, Мэгги! — Я открыла глаза, чтобы увидеть Рэйчел, Дэниела и своих родителей, толпившихся вокруг меня. Дэниел поднял меня на ноги, и они с Рэйчел обняли меня. — Ты напугала меня до смерти! Я могу отшлепать тебя, — сказал Дэниел нахмурившись, но ни разу не выпустил меня. Рэйчел просто начала плакать, прижимаясь ко мне, словно была вдали от меня несколько месяцев вместо пары дней.

Я оторвалась от своих друзей и встала перед родителями. Они крепко прижали меня к себе, и каждый из них говорил снова и снова, что они любят меня. Я была им очень благодарна, особенно после того, как подверглась холодной и эгоистичной семье Клэя.

— Мне так жаль, — повторяла я шепотом.

— Шшш. Не волнуйся. Теперь все закончилось. Давай просто поедем домой. — Я колебалась. Я разрывалась из-за того, что мне придется покинуть Клэя. Как я могла вернуться в Дэвидсон и оставить его здесь на милость его родителей?

Как по команде, миссис Рид вышла из дверей палаты интенсивной терапии, разговаривая с высоким бородатым человеком, на больничном бэйдже которого было написано «доктор Лэнг» - местный психолог.

Осознавая, что это бесполезно, я все же подошла к ней после того, как она закончила разговаривать с доктором. — Клэй в порядке? Вы заберете его домой?

Миссис Рид посмотрела на меня холодными, бесчувственными глазами. — Мы забираем его назад во Флориду, где он получит помощь, в которой нуждается. — Это было все, что она мне сказала, после чего начала отворачиваться от меня, чтобы заполнить документы, которые ей вручил доктор Лэнг.

Я приподнялась, чтобы увидеть форму, которую она подписывает и заметила, что это была бумага о переводе. Мое горло сжалось. Они, правда, забирали его. Мама встала позади меня. — Миссис Рид, меня зовут Элизабет Янг и мама Мэгги. Знаю, моя дочь будет сильно переживать о Клэйтоне. Может существует какой-нибудь способ, чтобы дать ей знать о его прогрессе? Может, позволить им общаться, пока он на лечении?

Я старалась контролировать свое потрясенное выражение. Я не могла поверить, что мама на самом деле выступает за мою возможность общаться с Клэем. Я сжала ее руку в благодарность. Миссис Рид даже не потрудилась посмотреть на мою маму. Грубая сука.