— Я тебе не гепард, чёрт возьми! — не выдержал очередного упрека Майкл.

— Ну ладно, не злись. Ты — мой лев, хищник! Правда, какой-то уставший сегодня…

— Дальше — сама, — сказал он и стал слезать с меня.

— Прости, прости, мой ягуар! Всё, я молчу и не жужжу.

Так я и молчала. Думала, взорвусь, жуть, как хотелось кричать!

— Да, можно не молчать, самка гепарда, — рассмеялся Майкл и толкнулся в меня сильнее, издавая рык, как самое настоящее животное.

Лучше бы он этого не говорил... Я забилась в экстазе, как умалишённая. Хорошо, что у нас не было соседей. Можно было поорать от всей души. Я выкрикнула его имя последний раз и откинулась на подушку. Майкл лежал на мне, уткнувшись в шею, и часто дышал.

— Я люблю тебя, мой волшебник, — нежно сказала я, перебирая его волосы.

— Волшебник?

— Именно. Ты совершил невозможное — сделал меня счастливой.

Я гладила его по голове и видела в этом смысл всей своей жизни. Просто быть с ним, просто любить его…


Глава 9.


Утром меня ждали ароматный чай, бейглы со сливочным сыром и свежий букет гербер. И, конечно же, любовь. Она теперь всегда и везде ждала меня, следовала за мной по пятам. И это было чертовски классно!

Майкл в переднике и… одних боксерах стоял у плиты и пытался пожарить себе омлет. Как бы пожарная сигнализация не сработала… Ммм, но его попка выглядела очень даже соблазнительно.

— Давай я, — предложила я, занимая место у сковородки. — Тебе с твоей… кхм, пятой точкой явно не у плиты надо стоять.

Поцеловав меня, он отдал мне лопатку и шефство над омлетом.

— А где же еще, а, конкурентка с еще более классной попкой? — пошутил он и шлепнул меня сзади.

— Твое место в спальне — удовлетворять меня!

— Ну, ты у меня — вредина ненасытная. Ты меня так в могилу сведешь, самка богомола.

— Чего это? Я же тебя не съедаю после секса, — хихикнула я. — И чего это ты так странно ходишь?

Я заметила, что он как будто хромал, пока шел к столу.

— А то ты не знаешь? — ехидно спросил Майкл.

— Ааа, производственная травма, — улыбнулась я, вспоминая нашу животную ночь.

— Да. Одна супермощная соковыжималка вчера выжала все соки из меня.

— А сок был ничего такой. Пила бы его и пила…

Майкл плотоядно посмотрел на меня, и я вмиг забыла про завтрак, трескающийся и шипящий на сковородке. Я сейчас его уложу прямо на столе!

— Обо мне ты подумала, эгоистка? Тебе от меня только секс нужен! — притворно возмутился он, и я уже еле сдерживала смех.

— Ну, не дуйся, милый. Больше не буду. Клянусь. Теперь — только платоническая любовь.

Ха! Он не заметил, как я скрестила пальцы, когда клялась.

— Ты же моя маленькая шалунья. Эмма родится, я тебе устрою веселую жизнь! Не будешь знать, где прятаться от меня.

— Микки, я так люблю тебя. Я думаю, Эмма не обидится, если мы немного пошалим. Как ты на это смотришь?

Я отключила плиту, накрыла Майклу на стол и… опустилась перед ним на колени.

— Что ты делаешь, Ники? Я иногда боюсь твоих выходок…

— Ты завтракай своей яичницей, а я позавтракаю своей, — шаловливо проговорила я и запустила руку ему в боксеры.

Ответом мне стало сначала шипение, вырвавшееся из Майкла, а затем, когда рука сжала яички — рычание и прищуренный взгляд сверху. Я водила рукой по члену, не отрывая от него глаз ни на секунду. Было интересно наблюдать за тем, как меняются эмоции на лице Микки. Он тоже старался смотреть мне прямо в глаза, но это было выше его сил— глаза закрылись, зубы стиснуты, старается не стонать.

— Что же ты не ешь, любимый? Аппетит пропал? — спросила я, собирая кожу у головки и снова устремляя руку вниз.

— Да, знаешь, кусок в горло не лезет, — с жаром ответил он.

— А мне нормально.

Я взяла его член в рот, обводя языком головку. Взяла глубже, чувствуя, что он близок к концу. Майкл сорвался и взял дело под свой контроль. Собрал волосы в хвост и стал направлять мою голову, входя под нужным ему углом и на нужную глубину. Член немного разбух у меня во рту, я прибавила руку снизу, и он кончил. Не дав ему опомниться, я встала, взяла со стола салфетку, приложила ее к губам и промокнула их, переводя взгляд на Майкла.

— Спасибо за вкусный завтрак.

Его зрачки были расширены, ноздри раздувались. Я своей классной пятой, цитируя недавние слова Микки, точкой ощущала надвигающуюся беду. Уж не по этой ли точке я получу?.. Заметив, как он пододвинулся к краю стула, намереваясь встать, я выбежала из кухни, заливаясь смехом.

— Не убежишь, маленькая развратница, — произнес он, догоняя меня в гостиной и подхватывая на руки. — Спасибо за то, что я остался без завтрака, — прошептал он мне в губы, вовлекая в поцелуй.

— Почему это я тебя оставила без завтрака? Иди, завтракай, — ответила я, невинно хлопая глазками.

— Уже не хочется…

Майкл повалил меня на диван, накрывая своим телом. Я смеялась и обнимала его, утопая в нежных чувствах. Господи, пусть так будет всегда! Он закатал мою майку и поцеловал животик.

— Спасибо небесам за то, что вы у меня есть, — ласково сказал Майкл, покрывая кожу поцелуями. — Эмма там или Даниэль — не имеет значения.

— Благодаришь небеса, значит? Я же тебе жить спокойно не даю. Ни поесть, ни поспать, — доставала его я.

— Да-а, малыш, ну и мама тебя ждет, — пробубнил Микки, целуя меня в пупок, тем самым вызывая щекотку. — Будем вместе страдать.

Я скривила смешную рожицу ему в ответ и погладила его по голове. Мой прекрасный принц.

— Микки, — позвала я, привлекая его внимание. — Давай сходим в парк погулять? Снеговика все-таки слепим, просто воздухом подышим, я тебя закидаю снежками. Силы-то у меня теперь больше!

— Можно, почему бы и нет? — согласился он, устроившись подбородком на моем животике. — Кстати, а ты не забыла, что тебя ждут бейглы столе? А то, ты так была занята отвлеканием меня от еды, что, возможно, и сама забыла про волшебной красоты и вкусноты бостонский торт.

— Точно! Бейглы! — Я хотела подскочить и побежать завтракать, у меня же еще шоколадная паста осталась, можно устроить шоколадный пир на кухне.

— Ха! Вот и попалась, та которая кусалась!

Майкл уложил меня обратно на спину и, уже расстегнув шортики, стягивал их вниз.

— Опять ты так поступаешь! Я хочу кушать, — возмутилась я.

— Моя очередь завтракать, сладкая.

Один палец вошел в меня, и я подалась ему навстречу, забывая о еде и обо всем на свете…

Через час, кое-как отлепившись друг от друга, мы гуляли в парке. Майкл держал меня крепко за руку, пока я пыталась кататься на льду. Чего я только не пыталась делать: и по веткам деревьев била, засыпая его снегом, и снежками кидалась в Майкла, и даже один раз почти попала снежком в пролетающую птичку. Тогда он закинул меня себе на плечо и «отшлепал», наказывая за провинности. Эти его похлопывания ладонью по моим ягодицам лишь раззадорили меня, и я побежала на импровизированный каток — лед, который дети раскатали до состояния катка, чтобы испытать свою координацию и нервную систему Майкла.

— Ай! Лови меня, — заверещала я, когда нога не устояла, и я чуть не плюхнулась на лед.

Микки успел меня подхватить, слава богу! Дети засмеялись, и я вместе с ними. Вот это веселье! Только одному человеку в парке было не смешно — да, Майклу.

— Стой! Куда ты садишься? Скамейка ледяная, — недовольно сказал он, останавливая меня от сего преступления.

— А, что, мне теперь стоять?

— Нет. Садись. — Он сам сел на скамейку и похлопал по колену, приглашая меня.

Я села к нему на колени и обняла его, целуя в щеку.

— Ты уже жалеешь, что связался со мной, да? Я тебя достала, Микки?

— Нет, конечно, дорогая. Как ты можешь меня достать? Я обожаю тебя и твой дурной характер. Но, Ники, ты же теперь не одна — ты носишь нашего ребенка. Если ты упадешь, упадет и Даниэль тоже, или Эмма. Если ты застудишься, сидя на холодной скамейке, проблемы со здоровьем могут быть не только у тебя.

Мне стало так стыдно. Как всегда, я — дурья башка!

— Прости, Майкл, — пробормотала я, уткнувшись ему в плечо. — Больше не буду вообще ничего делать, раз сделать нормально не могу.

— Ладно, идем домой, — суровым тоном сказал он, вставая.

Я встала, удрученная тем, чем обернулась наша милая прогулка в парке. Я его так достану, он через месяц и разведется со мной. Нет, он вообще не сделает мне предложение… Что за черт? Что-то прилетело мне в спину, а сзади раздался смех Майкла. Снежок!

— Ну, ты, гад! Усыпил мою бдительность!

Он запустил в меня еще один снежок и побежал, смеясь на всю округу. Не на ту напал! Так мы пробегали полчаса, точно. Под конец я уже запыхалась, и еле дышала. Майкл подбежал ко мне и, подняв над землей, закружил в объятиях.

— Не смей никогда думать, что ты меня достала, или что-то еще в таком духе. Я люблю тебя любой, мой киндер сюрприз, — прошептал Майкл, окутывая меня паром от своего дыхания, и чмокнул в красный, от холода, нос.

— Почему киндер?

— Никогда не знаешь, что ты выкинешь, малышка! Но насчет ребенка я был абсолютно серьезен. Не подвергай его опасности, ладно?

— Конечно, Микки, обещаю, — растрогано ответила я, обнимая его ногами, прижимаясь ближе.

— Милая, у меня плохие новости.

—Что, на работу уже спешишь?

— Хуже.

Господи, что случилось?

— Надо, наконец, разобраться завещание отца. Дольше тянуть просто нельзя. Ты готова помочь мне его прочитать?