Да нет, кажется, староват, и не слишком накачан… Один из покупателей?

Сердце ухнуло в пятки.

Почему-то до сих пор мне не приходило в голову, что купить меня могут старики. Паника снова была готова затопить меня. Но я погасила этот прилив усилием воли. Я ведь и не планировала получить удовольствие от того, что сейчас случится.

Нужно просто перетерпеть. Это недолго. И какая разница кто…

Старик держался подчеркнуто отстраненно… Только кивнул мне, приглашая следовать за ним. Даже не стал проверять, выполню ли я его требование.

Помедлив секунду, я все-таки двинулась за ним.

В комнате, куда меня привели, было светло, тепло и пусто. Мужчина пропустил меня вперед:

– Ждите здесь, господа скоро спустятся.

Все-таки не он покупатель!

Я едва сдержала вздох облегчения и кивнула ему, сдержав многочисленные вопросы. Вряд ли он станет отвечать.

Провожатый вышел, закрывая за собой дверь, и я осталась одна.

Радоваться было рано.

Осмотрелась, пытаясь понять хоть что-то о покупателях. Комната определенно была спальней. Большой, роскошной, с огромной кроватью в центре. На такой не то что трое – и пятеро спокойно могут поместиться. Отогнав вспыхнувшие в сознании непристойные, пугающие картинки, я продолжила осмотр.

Камин с мраморной доской и лепниной. Напротив него глубокое мягкое кресло. С другой стороны небольшого столика уютный диванчик. На полу толстый ковер. На стенах пара картин с какими-то спокойными пейзажами. Горка с алкоголем и стаканами и туалетный столик, уставленный какими-то бутылочками, коробочками и флаконами.

За спиной скрипнула дверь.

Я резко оборачиваюсь, оторвавшись от разглядывания столика. Передо мной стоит мужчина. Он совершенно определенно молод. На вид ему не больше тридцати.

Высокий, мускулистый… Властный. Темные волосы уложены в аккуратную прическу. Взгляд цепкий, оценивающий, пронзительный. На губах легкая улыбка. Снисходительная, будто он заранее не ждет от меня ничего выдающегося. Так, очередное мимолетное развлечение.

Но меня не обманывает ни непринужденность его позы, ни эта улыбка. Я чувствую его власть и силу. Этот мужчина куда опаснее. Он уверен в своей правоте, своем праве распоряжаться мной. И неповиновения он просто не потерпит.

– Здравствуй, Кристина.

Голос негромкий. Но такому не нужно орать, чтобы быть услышанным. Такому хочется подчиняться – потому что альтернативы просто нет. Я молчу, понимая, что веду себя невежливо. Но до вежливости ли сейчас? А он обходит меня и усаживается в кресло, по-прежнему расслабленно и непринужденно.

– Привыкай к этой комнате. Здесь тебе придется прожить некоторое время.

Я растерялась:

– Некоторое время? Разве вы не отпустите меня сразу после того, как… Ну…

– Лишим тебя девственности, – заканчивает он за меня, произнеся то, что я никак не могла.

Он снова усмехается, и я начинаю злиться. Он еще и видит в этом что-то смешное! Но свои эмоции я держу при себе. Так лучше.

– Конечно, отпустим. Но кто тебе сказал, что это произойдет сегодня?

Я растерянно пожимаю плечами:

– Я думала…

– Плевать, что ты думала. – В его голосе прорезается сталь, и я испуганно замолкаю. Он же продолжает: – Здесь все происходит так и тогда, когда хочу я. И мой друг.

Тут на мои плечи ложатся сильные руки и в ухо тихо говорит уже другой человек:

– А на тебя у нас большие планы…

Я испуганно отшатываюсь, но вырваться из стальной хватки не могу. Лишь отстраняюсь немного, достаточно, чтобы обернуться и увидеть того, кто стоит сзади. Нового участника этой безумной сцены, бесшумно вошедшего, пока мое внимание было отвлечено на его друга.

Кажется, он даже выше и шире в плечах. Темно-русые волосы слегка растрепаны, чуть полноватые, чувственные губы. Точеные, правильные черты лица. Он красавчик и выглядит как самый популярный парень в любой компании. С такой внешностью он мог бы оказаться моделью или киноактером…

Вот только вряд ли это так.

Голубые глаза не менее холодные и настороженные, чем у первого мужчины. Они выдают жестокого дельца, который не останавливается ни перед чем.

Меня не обманывает его улыбка и напускное добродушие. Он так же опасен. Хотя главный в этой паре, наверное, все-таки не он.

– Ты будешь жить здесь. В этой комнате. Столько, сколько мы захотим, – брюнет чеканит слова жестко, кратко, будто отдает приказы.

Хотя почему будто? Это приказы и есть. Категоричные и не требующие обсуждения. Я опускаю голову. Кажется, я серьезно влипла… Но спорить уже бесполезно, момент упущен.

– Правильно, девочка. Будь послушной – и тебя не придется наказывать.

В отличие от холодного, жесткого тона брюнета, голос блондина более мягкий и вкрадчивый. Но почему-то его слова пугают не меньше. Наказывать? Они собираются еще и наказывать меня?

Я сникла окончательно.

– Ну, хватит болтовни. Сегодня мы посмотрим, что нам досталось. Надеюсь, это удачная покупка.

Покупка… Так вот, значит, кем они меня считают! Хотя что в этом удивительного? Выставила себя на торгах… Я покраснела от стыда и смущения.

А блондин уже ухватил меня за подбородок, разворачивая к себе:

– Тебе идет румянец. Смотри, Ричард, какая прелесть! Надо будет смущать ее почаще.

Он рассматривал меня. Действительно как товар. От этого я покраснела еще больше. А на глазах выступили предательские слезы.

– Ну-ну. Вот только этого не нужно, – голос блондина стал мягче. – Кристина, давай знакомиться. Я Стив. Это Ричард. И с нами ты в безопасности.

От его голоса я и правда начала успокаиваться. И даже думать, что, возможно, все не так уж плохо.

Но резкий голос Ричарда вернул меня к реальности.

– Раздевайся.

Стив тут же выпустил меня и отошел к своему другу, усаживаясь на подлокотник кресла. А я замерла, не понимая, что делать дальше.

Глава 3

Я должна сама раздеться перед ними? Выставить на их обозрение свое тело? Щеки теперь просто полыхали, но они явно наслаждались этим.

Но вот Ричард явно был недоволен:

– Разденься. Полностью. И имей в виду: я не люблю повторять свои приказы.

Я отвела взгляд, уставившись на лепнину камина, и медленно, словно преодолевая какое-то сопротивление, расстегнула нижнюю пуговицу простенькой кофточки.

Затем вторую, третью…

Пальцы слушались плохо. Словно одеревенели и перестали сгибаться. Наверное, прошло несколько минут, прежде чем я справилась с последней пуговицей. Повела плечами, сбрасывая кофточку на диван.

По коже побежали мурашки, словно температура в комнате разом упала на десяток градусов. Голова стала пустой и звенящей. Это не я стою сейчас перед двумя мужчинами, собираясь скинуть перед ними всю одежду. Это совершенно незнакомая мне девушка, за которой я просто наблюдаю.

Эта хитрость помогла. Переложив позор на некую незнакомку, я смогла вздохнуть уверенней, почувствовать в воздухе запах цветов на каминной полке, пылающих в камине дров, мужского парфюма… И потянулась к пуговкам платья уже уверенней.

Пламя камина бросало блики на постепенно обнажающуюся кожу. Все предметы внезапно обрели сверхъестественную четкость и глубину. В комнате стояла такая тишина, что я слышала тиканье часов на каминной полке. Словно я была здесь совсем одна…

Бросив взгляд на сидящих в кресле мужчин, я замерла. Они следили за мной. Пристально. Как хищники за добычей. Исчезли холодные маски, пропала усмешка с губ. Теперь они были сосредоточены на мне, и я ощутила опасность. В воздухе словно повисло странное напряжение.

Оно будоражило меня, заставляло кожу пылать.

Их взгляды будто касались меня, я чувствовала их почти физически.

Я с усилием дернула последнюю пуговицу.

Вместо того чтобы расстегнуться, она отлетела и запрыгала по полированной поверхности столика.

И наваждение прошло.

Это снова я. Это по моим плечам сейчас скользит платье, опадая, собираясь складками у пояса. Внезапно смутившись, я прикрыла грудь руками и подняла испуганные глаза на своих мучителей.

Они переглянулись: Ричард спокойно, его друг – вопросительно. Затем первый кивнул:

– Помоги нашей девочке. Она плохо справляется.

Стив встал с подлокотника кресла и не спеша подошел ко мне. В его походке я почувствовала грацию тигра, подкрадывающегося к добыче, и задрожала от испуга.

Он положил руку на мое обнаженное плечо. По коже побежали мурашки: прикосновение было очень горячим и… странно приятным.

Стив обошел меня сзади и наклонился, обжигая ухо горячим дыханием:

– Крис, мы не можем ждать, пока ты справишься с робостью… Это мило… Но не переусердствуй. Привыкай к рукам.

Словно в подтверждение этих слов, его руки легли на складки платья, толкнули их вниз, и вот я стою перед мужчинами только в белье и туфельках на шпильке.

Ричард наклонился вперед. Казалось, то, что он видел, его заводило. Меня это удивило: обычное дешевенькое белье, далеко не идеальная фигура…

– Сними с нее остальное. Я хочу увидеть все.

Во мне вновь забилась паника. Впервые я видела перед собой настолько возбужденного мужчину.

Сердце билось, словно птичка, запертая в слишком тесной клетке. Как я вообще решилась на эту авантюру! Но жалеть было поздно. Рука Стива уже легла на застежку простенького бюстгальтера.

Второй рукой он отвел мои руки от груди, и, когда застежка щелкнула, чашечки упали…

Я покраснела еще больше, сожалея, что не могу просто провалиться сквозь землю. Черт, я бы сейчас отдала все что угодно, лишь бы исчезнуть отсюда!

Предательский голос в голове шепнул: «И жизнь Джесси?» Стыд стих, словно спрятался. Паника улеглась. На смену им пришло отчаяние, такое глубокое и беспросветное, словно я погружалась в трясину. Я опустила руки, позволяя бюстгальтеру соскользнуть на пол, к платью, и замерла под жадными взглядами, почти полностью обнаженная. Больше не делая никаких попыток, чтобы прикрыться.