– Благодарю за честность. Я ценю это.

Несколько мгновений Аннабель пристально его разглядывала.

– Что-то не так?

– Вы выглядите уставшим. Сказывается смена часовых поясов? – участливо спросила она.

– Да. Не могу спать в самолете.

Грейсон всегда завидовал пассажирам, которые засыпали при взлете и просыпались при посадке.

Аннабель поднялась.

– В таком случае отправляйтесь спать.

– А как же финансовые планы?

– Подождут до завтра, – решительно сказала Аннабель, направляясь к двери. – Что касается полиции… – начала она.

– Поедем вместе, – подтвердил Грейсон.

Чуть поколебавшись, Аннабель спросила:

– Вы не будете возражать, если с нами поедет мой телохранитель?

– Нет проблем. – У Грейсона напрашивался вопрос. – Вас всегда охраняют?

– Да. Со дня убийства мамы.

– Убийства?

Аннабель кивнула и отвела взгляд. Было понятно, что ей до сих пор больно.

Грейсон прочистил горло.

– Простите меня.

– Спасибо, – сказала она, взглянув на него.

– Ваш отец считает, что убийца может прийти за вами? Столько лет прошло.

– Не знаю, что он думает. Официальная версия гибели мамы – ограбление. Отец не верит этому, но у него нет доказательств, лишь смутные подозрения. Вот он и приставил круглосуточную охрану ко мне и к брату. Люка ведет свободный образ жизни, много путешествует, не обращает внимания на охрану. Мы с ним редко видимся.

– Я так понимаю, что вы не разделяете сомнения отца?

– По правде сказать, он поделился со мной своими подозрениями только сегодня утром. Я пока не знаю, что с этим делать.

– А брат в курсе?

– Нет.

Выражение ее глаз обеспокоило Грейсона, и он решил сменить тему:

– Мне всегда хотелось иметь сестру или брата, но судьба распорядилась иначе. Но сейчас я думаю, что все к лучшему.

– Ваша жизнь с родителями была такой невыносимой? – непроизвольно вырвалось у Аннабель. – Ох, простите, это не мое дело.

– Все в порядке. Я сам начал. У меня с родителями разные взгляды на жизнь. Отец всю жизнь трудился на земле и хотел, чтобы я продолжил семейную традицию, став фермером. Мне это было совсем неинтересно, а его это бесило. Мы бурно выясняли отношения.

– А ваша мама?

– Она всегда была на стороне отца. Они заранее распланировали мою жизнь, не удосужившись спросить, чего я сам хочу.

– Сочувствую. Это было жестоко с их стороны. Тем не менее вам удалось добиться большого успеха.

– Это было нелегко, поверьте. Я не хотел бы пройти через подобные испытания снова.

– Вы общаетесь с родителями?

– Мы не виделись много лет. Когда я уезжал из дома, отец запретил мне возвращаться. С тех пор я ничего о них не знаю.

– Это печально.

– Я рассказал вам это потому, что не хочу, чтобы такое случилось в вашей семье.

– Но у нас другая ситуация.

– Схожая. Вы боретесь за свободу, а они – за вашу безопасность. Кто-то должен победить. Важно не разрушить отношения в процессе борьбы.

– Вы мудры не по годам, – заметила Аннабель.

– Не знаю. Просто думаю, что, дай мне кто-то в то время совет, я бы не набил себе столько шишек, познавая жизнь самостоятельно.

– Не беспокойтесь. Скоро все изменится. – Аннабель прикусила язык, поняв, что сказала лишнее.

– Так, значит, у вас есть план? – ухватился он за ее слова.

– Ничего особенного, – поспешно ответила она. – Извините, я забыла передать дяде послание отца.

С этими словами она буквально выскочила из комнаты.

Грейсон задумчиво посмотрел ей вслед. Она явно не хотела посвящать его в детали своего плана. Разум твердил ему, что это не его ума дело, а интуиция подсказывала, что Аннабель может столкнуться с неприятностями, пытаясь претворить этот план в жизнь.

Грейсон уже понял, что Аннабель упряма и будет добиваться своего. Но ему-то какое до всего этого дело?

Глава 5

Наконец-то одна дома.

На следующее утро по возвращении из полицейского участка Аннабель немедленно направилась в свои покои. Грейсон остался в Беллачитте. У него была запланирована встреча с партнером по бизнесу. Они договорились просмотреть финансовые документы проекта позже.

Аннабель хотелось побыть одной. Ей не терпелось посмотреть дневник матери. Если у нее и были сомнения, стоит ли вторгаться в частную жизнь матери, то полиция их сняла, попросив ее открыть дневник и прочитать страничку, чтобы удостовериться, что это ее вещь. Аннабель не стала их разуверять, что дневник не ее.

Девушка присела к письменному столу у окна, из которого открывался чудный вид на Средиземное море. Обычно вид успокаивал ее, но сегодня мысли были далеко.

Не замечая времени, Аннабель листала дневник и рассматривала вложенные фотографии. Воспоминания матери поразили ее. К ее огромному облегчению, дневник не содержал никакой скандальной информации, скорее наоборот, в нем были зафиксированы самые интересные и знаковые события из жизни королевской семьи и двора. Описывались дни рождения, праздники, пикники и много разных других событий. В этом была вся мама: веселая, жизнерадостная, всегда готовая помочь.

Не обратив внимания на то, что настало время ланча, Аннабель перебралась в постель и, уютно устроившись на мягких подушках, продолжала читать. Она уж и не помнила, когда в последний раз позволяла себе днем расслабиться и просто почитать. Девушка глотала страницу за страницей, чувствуя такую близость к матери, какой не чувствовала при ее жизни.

Тук. Тук.

Она посмотрела на дверь, ожидая появления горничной с цветами или свежим бельем. Она слегка нахмурилась, так ей не хотелось прерываться.

Стук раздался снова, и голос за дверью произнес:

– Аннабель? С вами все в порядке?

Это был Грейсон. И что-то ей подсказывало, что он не уйдет, пока они не поговорят. Вздохнув, она закрыла дневник и отложила его в сторону. С неохотой покинув уютную кровать, она подошла к двери и отворила ее.

– Привет. – Она уставилась в его красивое, чисто выбритое лицо.

Он нахмурился:

– Почему вы на меня всегда так смотрите?

– Как? – смущенно спросила она, понимая, что впредь ей нужно контролировать эмоции.

Он вздохнул:

– Не обращайте внимания.

Она посторонилась.

– Проходите, пожалуйста.

Войдя в просторную комнату, он осмотрелся. Она следила за его взглядом, который перемещался с дивана на кресла, на стол с вазой с цветами, ее рабочий стол и, наконец, на огромную кровать с пологом.

Наконец он взглянул на нее:

– Вы пропустили ланч.

– А разве у нас были планы? – Она помнила, что Грейсон намеревался провести в городе большую часть дня.

– Нет. Но мои встречи закончились раньше, чем я предполагал. Я надеялся увидеть вас за ланчем. Но когда вы не появились, я… я просто хотел увериться, что с вами все в порядке.

– Все хорошо. Я просто зачиталась. – Она небрежно махнула рукой в сторону кровати со смятым покрывалом.

– Похоже, я вас напугал.

– Что?

Он подошел к кровати и поднял в пола дневник. Рядом лежали рассыпавшиеся веером фотографии.

– О, нет! – Аннабель бросилась к кровати.

– Не беспокойтесь, все цело.

– Не нужно мне помогать, – она наклонилась рядом, – я справлюсь сама.

– Мне не трудно. – Он поднял одну фотографию. – Это вы ребенком?

Она бегло взглянула на фото, и на нее снова нахлынули воспоминания.

– Да, это я с братом Люкой.

– Вы были забавной девчушкой.

– Благодарю. Не могу поверить, что мама хранила все эти фотографии в дневнике.

– Так это дневник вашей матери? Теперь понятно, почему вы за него так переживали. Вы готовы были броситься на офицера с кулаками, когда тот не хотел вам его возвращать.

– Спасибо, что помогли мне урезонить офицера.

– Не стоит благодарности.

– Знаете, а вы можете быть полезны в критических ситуациях.

Он улыбнулся.

– Намекаете, чтобы я остался на фестиваль? – мягко спросил он.

– Возможно, – туманно ответила она.

Их взгляды перекрестились. Он смотрел на нее по-другому. Неожиданно она прочла в его взгляде желание.

Это было подобно разряду электрического тока. Их неодолимо влекло друг к другу.

Они стояли на коленях у кровати плечом к плечу. Он хоть понимает, что делает с ней его близость?

Его взгляд скользнул по ее губам. Неужели он сейчас ее поцелует? Это плохо, что ей именно этого хочется?

Не дожидаясь, пока он решится, она наклонилась вперед и прижалась губами к его рту. Если это было слишком смело, то ей все равно. Она осторожничала всю жизнь, надо же когда-то проявить безрассудство.

Его губы были мягкими и теплыми, и тем не менее он колебался. Его губы оставались неподвижными. Боже! Неужели она неправильно истолковала его взгляд?

Ей не хватало опыта. Она редко бывала на свиданиях. Вот и сейчас она явно ошиблась, посчитав, что он ее хочет.

Аннабель хотела было отстраниться, но в этот момент он погладил ее по щеке и откликнулся на поцелуй. Ее сердце затрепетало. Он хочет ее, она не ошиблась. Их вожделение взаимно. Она обняла его за шею и растворилась в поцелуе. Мир перестал существовать. Только его губы и руки, нежно гладящие ее.

В коридоре послышались шаги. Аннабель вспомнила, что оставила дверь распахнутой настежь.

Аннабель отпрянула от него. Он ее отпустил. Они оба поняли, что увлеклись. Они из разных миров. Более того, встретились для деловых переговоров. У нее есть цель.

Аннабель отвернулась, зардевшись от смущения. Как ей теперь смотреть ему в глаза, ведь это она вызвала его на поцелуй?

Она посмотрела на разбросанные по полу фотографии и начала судорожно их собирать, когда раздался стук в дверь.

Появилась официантка с подносом.

– Прошу прощения, мэм. Вас не было на ланче, и его величество прислал вам поднос с едой.

– Благодарю вас, – натянуто улыбнулась Аннабель. – Поставьте, пожалуйста, на стол.