Юлия Резник

Моль


Аннотация

Она не хотела чужих тайн… Но узнала их. Она не была панацеей… Но ей пришлось ею стать. Она не искала любовь… Любовь сама нашла ее. Она была просто Молью, которая спасла Мотылька"


Глава 1


Моль… Они звали её молью. Сколько Света себя помнила, и в какую бы компанию ни попадала, это прозвище всегда следовало за ней назойливой мухой. Сегодня ее второе имя оправдывало себя, как никогда. Двенадцать часов у операционного стола. Очередной кровавый бой в затянувшейся войне со смертью. И «кровавый» в этом случае - вовсе не стилистическая фигура речи. Кровищи в её работе хватает. Света опустила взгляд на форменный костюм, заляпанный бурыми пятнами. Ничего удивительного - если перебита артерия, кровь бьет фонтаном. Как и в этот раз. Черте что! Слава Богу, все живы. Пока. Последний прооперированный совсем плох. Но тут только время решит - быть или не быть. Она сделала все, что могла. А могла она, без ложной скромности, очень и очень многое. Недаром в свои тридцать пять возглавила целое отделение. Ох, и поднялся тогда стон! Мужики, которые в хирургии преобладали в девяноста пяти процентах случаев, чуть с ума не сошли, что их баба подвинула. Так ладно бы, если про неё за чаркой можно было сказать «насосала». Нет! С её внешностью это было попросту невозможно… Их профессиональную гордость особо попирал тот факт, что Моль это место заслужила по праву. По праву профессионального мастерства. Шовинистические ублюдки!

Света наклонилась к умывальнику и, набрав полные пригоршни воды, умыла лицо. Подняла взгляд к зеркалу, застыла на мгновение, всматриваясь в собственное отражение. Возраст мало кого красит. Редкая женщина может похвастаться тем, что с годами становится только лучше. В этом плане Света находилась где-то посередине. Возраст её не украшал, но и хуже не делал. Она как будто застыла в одной поре. Бледная кожа, которая с детства отвергала загар, теперь благодарила свою хозяйку за его отсутствие идеальной гладкостью и свежестью. Все остальное тоже не сильно поменялось… Крупный породистый нос, тонкие губы, белесые брови, ресницы и волосы. Моль, как ни крути. Ярким пятном на её бледном лице выделялись разве что глаза. Необычного зеленого цвета. Они могли бы считаться красивыми, если бы не так сильно контрастировали со всем остальным её обликом. А так… Только ещё сильнее отталкивали.

Женщина отвернулась от зеркала, устало откидывая волосы ото лба. Домой… Собраться с силами, принять душ и просто уехать. Возможно, даже на такси. Света не была уверена, что сможет сесть за руль. Она даже не моргала, опасаясь уснуть.

Дверь в кабинете хлопнула. Что за хрень?

- Светлана Юриевна! Светлана…

Света резким движением закрыла кран и вышла из крохотной уборной, которая примыкала ее к кабинету, навстречу примчавшейся медсестре.

- Скорее, Светланочка Юриевночка, скорее… Плохо дело. Неживой почти. Только вы спасете…

Ну вот, почему она сразу не ушла? - костерила себя Света, моясь. Философствовать вздумала… Нужно было домой ехать! Быстро закончив с обработкой, размашистой походкой вошла в операционную. Протянула руки сестре, которая ловко натянула на них перчатки, между делом информируя о показателях пациента. Торопливо подошла к столу. Юху! Давненько она не видела такой печени. Придётся повозиться, да, мальчик? Впрочем, хорошо уже то, что обошлось без разрыва крупных сосудов. Удивительное дело, учитывая характер повреждения.

- Гепатопексия по Хиари-Алферову. Поехали.

Света принялась за дело, без сожаления удаляя травмированные кусочки плоти с сомнительной жизнеспособностью. При этом тупо пальцами разделяла участки ткани, ощущая натяжение сосудов и желчных протоков. Аппаратура противно запищала. Приехали. Он, что, помирать собрался? Ну, уж, нет. Только не у неё на столе. Она второй месяц работает без потерь. Не стоит нарушать эту добрую традицию.

- Адреналин один. Дефибриллятор двести.

- Нет реакции.

- Дефибриллятор триста!

Они что сегодня, сговорились? Третья остановка за день.

- Есть! - не сдержал эмоций кто-то.

- Работаем, – строго взглянула на подчиненных Моль. Гневят Бога, раньше времени радуясь…

Из операционной не выходит. Выползает. Четыре часа борьбы не на жизнь, а на смерть. Смерть удалось отсрочить, но вот надолго ли? Время покажет. Чтобы говорить о стопроцентном успехе, необходимо выждать дня три. И если не пойдёт развитие сегментных некрозов… Совсем случайно на полу замечает небольшую записную книжку, которая, по всей видимости, выпала из куртки последнего пациента. Иначе быть не могло. Предоперационная регулярно обрабатывалась, и вещицу непременно заметили бы. На автомате положила блокнот в карман и вышла в коридор.

Не раздумывая ни минуты, Света, быстро переоделась в модные джинсы, накинула пальто и, засыпая на ходу, вышла из здания. Едва не отключилась в пойманном такси. А потом с трудом вскарабкалась на свой, не такой уж и высокий, первый этаж. Всего пятнадцать ступенек, но даже они дались с большим трудом. Повернула ключ, захлопнула дверь, разулась и, в чем была, рухнула на постель.

Она проспала восемнадцать часов. И проснулась от жуткого голода. Не мешало бы где-нибудь поесть. Ну, или заказать доставку… Нет, лучше выбраться в люди. Однажды Моль поймала себя на мысли, что жизнь проходит мимо, а она движется по какому-то бесконечному кругу. Работа – дом, дом – работа. И никакого просвета в этой бесконечной череде серых будней… И радости никакой. Почему так? Почему она позволяет своей жизни уходить впустую? И она воспротивилась… Сломала все свои привычки на корню и начала учиться быть счастливой. Ведь счастье – оно в мелочах. Главное, научиться распознавать такие моменты. Отделять их от серой рутины, и не позволять одиночеству взять над собой верх. Первым делом Света составила список того, что ей нравится, помимо медицины. На удивление, перечень вышел довольно обширным. Она любила модную одежду и красивые туфли, груши, марочные коньяки, ристретто без сахара утром, и каретто вечером, если нужно расслабиться. Ой, очень нравились красивые мужские машины непременно черного цвета, а вот в интерьере Моль предпочитала более светлые тона – весь спектр от белого до кремового и песочного. В общем, в жизни женщины нашлась целая куча вещей, способных подарить ей мгновения радости, удовольствия и счастья.

Прежде всего, Света взялась за свое жилье. Доставшаяся от родителей матери двушка недалеко от центра, интерьер которой оставался в неизменном состоянии последние двадцать лет. Просто раньше ей не было дела до того, что ее окружает. Все время она проводила на работе, домой возвращалась изредка, и только для того, чтобы отоспаться. Моль просто не замечала совковой стенки или продавленного дивана. Даже ковры на стене не вызывали никаких эмоций. Но все резко поменялось. Она отказалась от второй ставки в больнице и взялась за ремонт. Света выкинула старую мебель, содрала древние обои, линолеум и переехала жить в ординаторскую - в квартире был абсолютный разгром. Через четыре месяца, сменив две бригады рабочих и обнулив подчистую баланс карты, Моль, наконец, въехала в преображенное жилище. Улыбнулась, разглядывая идеально оштукатуренные белые стены, провела по декоративным кирпичикам, которыми была отделана одна стена в кухне, нынче совмещенной с гостиной. Красиво. Из мебели в тот период у нее была только новенькая встроенная кухня и надувной матрац, на котором она спала еще очень долго. Всем остальным женщина обзаводилась по мере возможности. Врачи в нашей стране никогда особо много не зарабатывали, а ей хотелось покупать действительно качественные вещи. И вот теперь Света была действительно довольна. Ее дом выглядел именно так, как она и хотела. Идеально…

Моль вообще была перфекционисткой, у нее был безупречный вкус во всем. Возможно, поэтому она все еще оставалась одна. Как-то, сидя в баре за очередным бокалом коньяка, Света пришла к выводу, что отпугивает мужчин не столько своими неказистыми внешними данными, сколько… Своей яркостью. Да, это странно звучит – яркая моль, но она была именно такой. Светлана могла отрастить волосы, перекраситься в более темный цвет, чтобы не так сильно выделяться, но… Это была бы уже не она! А так… Женщина выбрила виски, и ходила с ультрамодной укладкой, зачесывая льняные волосы ото лба. Добавьте к этому красную помаду, невероятно стильный прикид и стовосьмидесятисантиметровый рост женщины… Ну, вот кто решится подойти к такой?

В животе противно заурчало. Света оторвалась от своих размышлений и поплелась в душ. Быстро обмылась, высушила волосы, подкрасила губы. В глубине квартиры раздался звонок телефона.

- Я умерла, меня нет… Черт! Да у меня еще двенадцать часов законного выходного, - бормотала женщина, спеша за звук. Честно сказать, такие звонки были достаточно частыми. Редкий выходной проходил без того, чтобы ей не позвонили из отделения, или не вызвали на работу в срочном порядке.

- Привет, Светик! Вырвался, наконец. Не хочешь где-нибудь посидеть?

Савельев. Единственный нормальный мужик в их дурдоме. Заведующий реанимацией. Они даже как-то пробовали начать встречаться, да только не вышло ничего.

- Привет, Слав. Ты вовремя. Я как раз собираюсь где-нибудь поесть.

- Буду у тебя минут через двадцать. Дождешься?

- Без вариантов. Я без колес.

- А где твой бегемот?

- Возле отделения бросила.

- Совсем тебя уработали?

- До смерти почти. Ладно, при встрече поболтаем.

Славка, подъехал, как и обещал, спустя ровно двадцать минут. Света уже оделась и нетерпеливо топталась у подъезда. Жрать хотелось просто смертельно.