— В этом неудобство поездок. Одному скучно, а напрашиваться на знакомство… это несколько вульгарно. Но я, как видите, предпочел показаться вульгарным. Мне так хотелось познакомиться с вами. Сочту за честь сесть с вами рядом.

Уилф, слушавший разговор без зазрения совести, бросился перенести кофе Хартли за соседний столик. Хартли занял место между сэром Дэвидом и леди Крифф.

Леди Крифф пригубила вино и сказала:

— Могу поздравить: у вас отличный вкус. Ваше вино может вполне соперничать с тем, что хранил в своем погребе сэр Обри. Вы из этих мест, мистер Хартли?

— Нет, из Девона. Сейчас у меня каникулы. Отсюда поеду в Лондон проведать родственников.

Она вздохнула.

— Как хорошо быть холостяком! Путешествуй себе по свету, отправляйся, куда заблагорассудится. Или я ошибаюсь? Возможно, вы женаты? — спросила она.

— Вы не ошиблись, я холост. А вы откуда?

— Шотландия.

— У меня большая овцеводческая ферма в горах Морфут, — похвалился сэр Дэвид. — Вы, наверное, слышали о нашем имении — Пентворт Холл?

— Нет. Никогда не был в Шотландии. Говорят, что там очень красивые места. Сколько голов в вашем стаде, сэр Дэвид?

— Сотни, — бросил он, беспомощно оглядываясь на леди Крифф.

— Он преуменьшает. Как не стыдно, Дэвид! — пожурила она. — У сэра Дэвида больше тысячи овец, мистер Хартли. И две тысячи акров земли, — добавила она, выбирая цифры, достаточно внушительные, но не выходящие за рамки реального. В газетах упоминалось только то, что Пентворт Холл большое и богатое поместье.

Она обратилась к сэру Дэвиду:

— И пора тебе заняться делами и знать точно, чем ты владеешь, Дэвид. Теперь, когда отца больше нет, все принадлежит тебе. А я, увы, получаю только… Но простите, мистер Хартли, вам, должно быть, неинтересно слушать о моем наследстве, — сказала она кокетливо, стрельнув глазами в его сторону.

Этот эпизод заронил сомнения в душе Хартли. Трудно было поверить, что шестнадцатилетний наследник мог не знать размеров своих владений. Хартли решил как-нибудь остаться с ним наедине в ближайшее время и допросить его более тщательно. Оставался еще один вопрос — что же получила в наследство леди Крифф? С ней прибыл внушительный ящичек, предположительно содержащий драгоценности. Хартли еще раз взглянул на бриллиантовое колье: скромное, но натуральное; при каждом повороте шеи грани сверкали всеми цветами радуги, лучи бросали блики на мраморную грудь, делая ее еще более соблазнительной. Мойра перехватила его взгляд, посмотрела многозначительно и прикрыла вырез шалью.

— Я в своем имении специализируюсь на выращивании скота, — сообщил Хартли. — Вы уже осмотрели окрестности? — Он адресовал вопрос обоим, так как хотел, чтобы молодой человек тоже принял участие в прогулке.

— Мы только недавно приехали, — ответила леди Крифф. — Место кажется не слишком людным — ни одного приличного магазина поблизости. Смею заметить, что и люди здесь, наверное, очень скучные. Здесь хоть устраивают праздники, званые вечера?

— Я тоже только недавно прибыл, как и вы, леди Крифф. Мы приехали почти в одно время. Мне хотелось бы завтра осмотреть окрестности и выяснить, как можно здесь провести время. Не хотите ли составить мне компанию?

— Спасибо, мистер Хартли. С большим удовольствием. Вот это истинно добрососедский жест, — ответила леди Крифф, выражением лица, однако, давая понять, что это она оказывает ему честь, и добавила, что сэр Дэвид должен обязательно составить им компанию. — Не подумайте, что я вам не доверяю, мистер Хартли, — заверила она, — но приличия этого требуют, не так ли? Я действительно охотно прокачусь с вами; видите ли, мы не относимся к людям, которые смотрят на других сверху вниз, если у них нет титула. В Пентворте я обычно приглашала на вечера каждого приличного джентльмена, если у него был вечерний костюм. У нас в бальном зале танцевали одновременно по сто человек, не так ли, Дэвид? Всегда стараюсь пригласить побольше молодых людей, чтобы некрасивым девушкам не приходилось сидеть у стенки весь вечер.

— Как великодушно с вашей стороны, — заметил Хартли, пряча насмешливую улыбку.

Молодая леди не скрывала, что довольна похвалой.

— Все говорили, что у меня были лучшие приемы в округе. Знаете, сэр Обри не очень любил шумные компании, но мне всегда удавалось его уломать.

— Охотно верю, что вам удавалось это и многое другое.

Хартли был несказанно рад, когда Дэвид прервал этот поток самовосхваления — он не знал, как ему следовало реагировать на ее вульгарное бахвальство. Если бы не подозрение, что она каким-то образом связана со Стенби, он бы давно откланялся. Досадно было сознавать, что столь приятная оболочка скрывала повадки простолюдинки и безобразное тщеславие.

— Вы разрешите мне прокатиться в вашем ландо? — спросил Дэвид.

— Боюсь, что мои лошади для вас слишком норовисты, вы не сможете ими управлять. Значит, мы договорились: завтра, если погода не подведет, едем на прогулку?

Мойра старалась уяснить себе, почему мистер Хартли настаивает на продолжении знакомства. Она была достаточно умна и наблюдательна, чтобы понять, что он от нее не в восторге. Первоначальное восхищение ею перешло в презрение, когда он посидел подольше в ее обществе. Если бы он знал правду, она бы его немало позабавила. Хартли слишком пристально рассматривал ее бриллианты. А еще раньше упоминал имя Стенби. Все это было очень странно.

— Подождем до завтра и посмотрим, какая будет погода, — сказала она.

— Вы сама осторожность, — ответил Хартли, скрывая раздражение за галантной улыбкой. — Буду молить бога, чтобы послал нам солнце.

Он трезво оценивал ситуацию. Хорошенькая пустышка не скрывала, что питает к нему симпатию. Пока не было причин для возведения линии обороны. Он допил кофе и откланялся с заверением глубокого удовлетворения от знакомства. Хартли мог точно угадать, куда они направятся после обеда. В мае сумерки наступали поздно, а гостиница развлечениями была небогата. Так что он был уверен, что сможет несколько позже встретить их снова на набережной. Основная его цель состояла в том, чтобы познакомиться со Стенби. Поэтому, выходя из гостиной, Хартли нарочито громко спросил Буллиона:

— Есть надежда на карточный столик вечером, Буллион?

— Обычно мы играем в дружеской компании в углу гостиной. Около девяти собираются любители. — Он кивнул в сторону Стенби: — Некоторые из гостей тоже принимают участие.

— Отлично. Я тоже присоединюсь. Обед был отличный. А яблочный пирог просто восхитителен.

— Извините, что не подали хлебную подливку. Ваш лакей заказывал, но Мегги терпеть не может, когда посторонние приходят в кухню. Завтра она сама приготовит ее для вас вместо йоркширской. Согласны?

— У Мотта странные представления о моих вкусах. Я терпеть не могу хлебный соус. Не обращайте на него внимания.

Буллион остался доволен. «Почему это слуги высокопоставленных господ предъявляют гораздо больше претензий, чем их хозяева?» — думал он.

— Мегги будет рада это слышать.

Хартли вышел на воздух. Только начинало смеркаться. В Большой Гостиной ему казалось, что уже глубокая ночь.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Когда Хартли удалился, Мойра сказала брату:

— Он не растерялся и сразу приступил к делу. Как ловко он навязал знакомство!

— Не спускал глаз с бриллиантов, — добавил Джонатон. — На твоем месте я бы не выпускал их из рук, а ночью клал под подушку.

Мойра приступила к десерту и исподволь наблюдала за Стенби.

— Он не проявляет к нам интереса, ему не известно, кто такая леди Крифф. Надо как-то ознакомить его с некоторыми деталями ее истории. Хартли, кстати, тоже ничего о ней не знает. Я предполагала, что ее известность невелика и имя мало о чем говорит. Сделаю так: оставлю вырезки из газет, где о ней пишут, на ночном столике в спальне. Не сомневаюсь, что слуги прочитают и разнесут молву. Или ты как бы невзначай скажи что-нибудь завтра, — предложила она. — Для мальчишки естественно хвастаться такими вещами.

— Я не совсем мальчишка, — воскликнул он, внезапно воспротивившись ее плану.

— Я имею в виду возраст. В остальном тебе пришлось повзрослеть быстрее, чем твоим сверстникам. Жаль, что не удалось дать тебе хорошего образования, хотя викарий неплохо потрудился над тем, чтобы сделать из тебя грамотного человека. Когда отвоюем наше состояние, пошлю тебя в Итон или Харроу [4], потом поступишь в университет, как хотел папа.

— Меня это совсем не волнует. Если все получится, награда принадлежит тебе. Только бы вернуть наши деньги.

— Мы сделаем это, Дэвид, — сказала Мойра твердо. — Не позволяй себе сомневаться, это лишает сил и может провалить все предприятие. Нам нельзя проиграть, тогда мы станем нищими, придется расстаться с имением. Мы же нашли мерзавца, хотя это отняло много времени и сил. То есть работа наполовину сделана, и мы ее закончим.

Они вышли из гостиной. Майор Стенби все еще оставался за столом.

— Только восемь часов, — сказал Джонатон. — Давай пройдемся, пока совсем не стемнело. Скучно сидеть в номерах весь вечер.

— Ты не забыл, что должен прийти слуга леди Марчбэнк, чтобы убедиться, что мы доехали благополучно, и условиться о нашем визите? — напомнила Мойра.

— Мы увидим ее карету. Давай прогуляемся, — настаивал брат.

— Ну, ладно. Только не будем уходить далеко от гостиницы.

Они шагнули в сгущавшиеся сумерки, воздух был свеж и напоен ароматами моря. Заходящее солнце словно простерло багровую сеть над темной гладью воды. У берега маячили несколько рыбацких лодок. К бухте спускался отлогий, поросший травой берег. Устье образовывало полукруг вокруг Совиного Мыса. На противоположной стороне невысокого хребта располагалась гостиница «Приют Совы», выходившая задней частью к морю. Мойре место показалось мрачным и пустынным после пышной природы Суррея. На берегу рыбаки выгружали из лодки свой улов.