— Вот как? — с досадой прервала его Кэт. — Да он само совершенство! Я начинаю его бояться!

— Вы не ответили, зачем вам понадобилось скрывать наше знакомство, — напомнил Бакленд.

— Все очень просто, — глядя ему прямо в глаза, сказала она, — я хочу выйти за него замуж!

От удивления у Бакленда отвисла челюсть.

— Что-что? — переспросил он.

Когда Бакленд планировал поездку в Чипинг-Фосворт под вымышленным именем, ему очень хотелось отдохнуть от алчных красоток, пытавшихся женить его на себе, чтобы прибрать к рукам его состояние и титул. Неужели нигде нет спасения?! Ну что ж, теперь, по крайней мере, за него будет отдуваться Джеймс.

— Пожалуйста, не надо делать вид, что вы потрясены моим цинизмом! — сказала Кэт и, подняв с пола еще теплый на ощупь пистолет, положила его в карман. — Вы прекрасно знаете, что нам, женщинам, приходится думать о выгодном замужестве, чтобы обеспечить себе достойное будущее, иначе придется пойти в гувернантки или всю жизнь суетиться с лавандовой водой вокруг какой-нибудь ворчливой старухи. К сожалению, богатого приданого у меня нет.

— Вы весьма откровенны!

— А какой смысл мне что-то скрывать от вас?

— О, представляю себе, как вы высматриваете среди знакомых мужчин богатых женихов! — с отвращением заметил Бакленд.

Кэт расправила складки плаща и принялась счищать прилипшую к подолу грязь и соломинки.

— Мне странно слышать упрек в алчности от вас. Ведь вам недаром приходится быть компаньоном богатого лорда Эшвелла. Разве вы сами не охотитесь за богатым приданым?

— Нет! — лицо Бакленда окаменело. — Кстати, откуда вы знаете, что я беден? Ведь мы с Эшвеллом приехали только вчера!

Кэт безнадежно махнула рукой.

— В нашем захолустье слухи распространяются быстро. Тем более что нас не часто посещают такие достойные джентльмены, как вы с мистером Эшвеллом. Кстати, чем вы живете? — спросила она в надежде почерпнуть что-нибудь полезное, что помогло бы ей решить собственные финансовые проблемы. — Только не говорите, что вы приживала Эшвелла, потому что я не поверю. Вы не похожи на приживалу.

— Очевидно, мне следует поблагодарить вас за комплимент, — заметил он с обидой.

— Может быть, вы часто выигрываете в карты? — не понимая, почему он обиделся, продолжала Кэт. — Нет, наверняка нет! Уж я-то знаю, как не везет в карты, когда деньги особенно нужны.

Ей вспомнился Джаспер со своей неуемной страстью к картам. Вот кто никогда не выигрывал!

Бакленд между тем разглядывал ее очаровательное, обрамленное рыжими локонами личико с большими карими глазами и высокими, безупречной формы скулами, не нуждавшимися в румянах. Маленькие ровные зубы с досадой закусили пунцовые, как спелая вишня, соблазнительные губы. Неужели это восхитительное юное создание не пользуется мужским вниманием? Ему припомнился ее вчерашний костюм. Похоже, она не обычная барышня, а настоящая сорвиголова, любительница поохотиться и пострелять, упрямая и своенравная. Но ее намерение выйти за «лорда Эшвелла» ничего, кроме презрения, не вызывало.

Что ж, у нее свои планы, а у него — свои, и он ими жертвовать не собирается. О, одержать верх над гордой, строптивой и одновременно простодушной лесной красавицей Кэтрин Дрейкотт — возможно, это будет самое захватывающее приключение за последние несколько лет!

— Давайте оставим эту тему, — Бакленд старался говорить как можно ласковее. — Моя жизнь и источники моих доходов никого, кроме меня, не касаются. Вы просите меня забыть о нашей первой встрече — я согласен. Но что я получу в награду за мою забывчивость?

Обрадованная переменой в его настроении, Кэт твердо взглянула ему в глаза:

— Сознание того, что вы поступаете благородно, как подобает джентльмену!

Бакленд чуть не расхохотался.

— Вы меня удивляете! Неужели вы и правда думаете, что девица благородного происхождения, которая, вырядившись в мужскую одежду, бродит с охотничьим ружьем по лесам и «бессовестный повеса», с легкостью соглашающийся на свидание с юной особой в самый неурочный час при самых предосудительных обстоятельствах, смогут вести себя, как положено леди и джентльмену?

— О, мистер Бакленд! — воскликнула Кэт, в безотчетном порыве кладя руку на лацкан его сюртука. — Я очень прошу вас выполнить мою просьбу! Понимаю, у меня нет права рассчитывать на вашу доброту, но, пожалуйста, помогите мне — и, может быть, когда-нибудь я смогу отплатить вам за эту услугу.

Ее глаза смотрели на него так умоляюще, голос звучал так проникновенно… Бакленд почувствовал, что не в силах больше сопротивляться ее очарованию. Схватив нежную руку девушки, он прижал ее к своей груди. Господи, почему ему так хочется обнять эту бесстыдницу, только что объявившую о своем намерении выйти замуж из-за денег?

— Итак, вы хотите стать женой Эшвелла, — тихо проговорил он. — Как жаль, что я беден!

Бакленд произнес эти слова так искренно, безыскусно, что не поверить ему было просто невозможно. О, Лидия права, он отъявленный волокита, развратник, который преследует свои жертвы, притупляя их бдительность притворством, завораживая своими бездонными синими очами!

Кэт попыталась вырвать руку, но Бакленд держал ее крепко.

— Обещаю вам, моя лесная нимфа, ничего не говорить его светлости ни о нашем знакомстве, ни о нашем свидании, — негромко произнес он. — Но предупреждаю, я всеми возможными способами постараюсь помешать вам завоевать Эшвелла лживыми любовными клятвами!

Кэт вырвала наконец свою руку и отступила, потирая запястье. Что ж, пусть будет так, как он говорит. Она очень хорошо понимала его желание защитить друга от махинаций алчной соблазнительницы. Но что он сможет сделать, если поэт влюбится в нее? Ровным счетом ничего! Кэт не собиралась отступать. Напротив, ей начинало казаться, что именно такого мужчину, как лорд Эшвелл, — тонкого, одухотворенного — она смогла бы полюбить…

— Делайте что хотите, мистер Бакленд! — проговорила Кэт, бледнея от волнения, отчего ее темно-рыжие локоны стали еще ярче, напоминая языки пламени.

Она уже собралась попрощаться и отправиться в обратный путь, когда послышался отдаленный стук копыт. С каждым мгновением он делался все громче и громче, приближаясь к конюшне. Кэт охватила паника: ее ни в коем случае не должны здесь застать. Наконец в оконце мелькнула тощая фигура всадника, и Кэт испуганно ахнула. Саппертон! Господи, этот человек словно нарочно ее преследует! Что привело его в такую рань в этот забытый богом уголок?

По лицу Кэт разлилась смертельная бледность. Поняв, что девушка всерьез напугана появлением незнакомцев, Бакленд схватил ее за талию, потянул в глубь стойла и буквально впихнул в копну сена, загородив собой.

— Это Саппертон! — сдавленно прошептала она, задыхаясь. — О, если он застанет меня здесь с вами…

Послышались голоса, говорящих было двое, и Кэт узнала второй голос — он принадлежал управляющему лорда Саппертона.

— Эта старая конюшня прекрасно подойдет для наших целей, Эбботс, — проговорил граф. — Во-первых, она на отшибе, а во-вторых, тут достаточно места для сотни и даже более мешков!

— А Дрейкотт продаст зерно? — В голосе Эбботса слышалась тревога.

Ответ графа прозвучал невнятно, но он наверняка был положительным, потому что управляющий воскликнул: «Отлично!» Кэт представила себе худое лицо Саппертона с торжествующей ухмылкой на тонких бледных губах. Он всегда омерзительно ухмылялся, когда был уверен в успехе, при этом одна его щека подергивалась в нервном тике. Голоса стали удаляться и постепенно затихли.

— Как вы думаете, они уехали? — испуганно спросила Кэт.

— Да. Но стоит ли так бояться графа? Неужели он и впрямь такой опасный человек?

Кэт встала на ноги и принялась отряхивать от соломы плащ и платье.

— Саппертон — гнусный, тупой, самовлюбленный негодяй — сказала она, не отрываясь от своего занятия. — Он думает только о том, как бы нажиться за счет крестьян. И представьте себе, — она повернула к Бакленду лицо, искаженное гримасой отвращения, — этот мерзавец хочет на мне жениться!

Бакленд был поражен и озадачен. Как сверкнули ее глаза, как зарделись от гнева нежные щеки! Значит, Кэт могла бы без хлопот получить титул вкупе с огромным состоянием, но не хочет этого? Он усмехнулся и вынул из волос Кэт несколько соломинок.

— Мой друг Джеймс, то есть лорд Эшвелл, который мирно спит сейчас в «Лебеде и гусе», посчитал бы ваши выразительные определения чересчур смелыми для леди и, без сомнения, осудил бы вас, — сказал он, беря девушку за подбородок. — Но я нахожу вашу манеру браниться очаровательной!

— В его присутствии я постараюсь избегать таких выражений, мистер Бакленд. Большое спасибо за предупреждение! — Кэт отбросила его руку и пошла к выходу.

Молодой человек проводил ее глазами — полы довольно поношенного длинного черного плаща с прилипшими кое-где соломинками мерно раскачивались в такт ее грациозной походке. Несмотря на более чем скромный наряд, она, без сомнения, была божественна хороша!

3

— Нет-нет, и не проси! За каким чертом, скажи на милость, мне тащиться к этому лорду Эшвеллу? — замахал руками Джаспер.

Он как раз только что уютно устроился в любимом кресле у камина, вознамерившись почитать газету, когда Кэт подошла к нему с просьбой навестить Эшвелла и пригласить его в гости. К поэтам и поэзии Джаспер питал безграничное отвращение, которое выражал во всеуслышание при каждом удобном случае.

— Твой Эшвелл — один из этих никчемных кривляк, оскверняющих землю всякой стихотворной галиматьей. Меня просто тошнит, стоит только представить себе, как они семенят мелкими шажками, размахивая платочками, словно жеманные бабы! Нет, не поеду, и точка!

Посчитав разговор законченным, сквайр откинулся на спинку кресла и снова взялся за газету. Стоявшая у камина Кэт схватилась за сердце в притворном ужасе.

— Джаспер, как ты можешь говорить такое мне, девице, получившей изысканное воспитание?!