- Kid!{46}

- Ну и пусть! Мне шницель, - добавила я, развернувшись к официантке, с интересом наблюдавшей наши споры, - шницель и салат.

И плевала я на ваши expat’ские заморочки.

- Have some brandy as well, hope it’ll fix you,{47} - прозвучало как всегда насмешливо, но теперь все-таки слегка по-другому… теплее что ли…

- Это мы и без сопливых знаем… - пробурчала я себе под нос.

Она вопросительно посмотрела на меня, но я не стала переводить. Зачем?


Как пишут в официальных релизах, ужин проходил в непринужденной, дружеской атмосфере. Я в два счета расправилась со шницелем, размер которого производил удручающее впечатление. Наверное, они вывели новую породу – какие-нибудь карликовые свиньи, и теперь делают из них мини-шницели для вагонов-ресторанов. Салат тоже моментально испарился с моей тарелки. Сопроводив все это в целях профилактики глотком коньяка, я сиротливо уставилась в пустую тарелку.

- Повторить? – давешняя официантка участливо смотрела на мои опущенные плечи.

- Бесполезно, - вздохнула я, - можно лучше чаю, обычного не зеленого чаю? Только глоток бензина может спасти смертельно раненого кота.

- Чай-то у нас как раз хороший, никакой не бензин! – женщина с возмущением посмотрела на меня, а потом удалилась, обиженно поджав губы.


Вот уж кого не хотела задеть! Я виновато улыбнулась Шерон, ее же все это только забавляло.

- Она меня не поняла, я не имела в виду ничего обидного, это же…

- Булгаков, - прервала она, - я тоже люблю его.

- Кого, Михаила Афанасьевича?

- Да. Почему тебя это удивляет? Я произвожу впечатление, что могу читать только news and reports?{48}

- Да нет, просто необычно как-то.

- Замнем для ясности.

- Отличная память! Я бы не запомнила с первого раза.

Шерон несколько самодовольно хмыкнула:

- У меня много... – она замялась в поисках нужного слова, а потом, так и не найдя его, продолжила, - skills…


Ну, вот, я расслабилась, беседую с ней как с подругой - Martell, видимо, так подействовал. Валить отсюда надо, вот что... пока не брякнула чего.


Я зевнула, даже не пытаясь прикрыть рот:

- Извини, я, наверное, пойду. Спать хочется – сил нет. А то еще немного – и меня придется отсюда выносить.

- I may well do it,{49} - она сказала это так тихо, что я решила, что мне послышалось. Тем не менее, удержаться было трудно:

- Во мне 58 кило живого веса, между прочим.

- I do weight-lifting.{50}

Значит, не послышалось.

- Таскать на себе спящих аналитиков – что может быть интереснее?

- Sounds good,{51} - она усмехнулась, - я тоже хочу пойти, но твой чай?

- Да ну его! А то действительно еще бензином напоят.

- Могут, - она оставила на столике деньги, и мы, смеясь, ушли. 


Дверь купе закрылась, отрезая нас от внешнего мира. Внезапно мы перестали смеяться, одновременно перестали. Мир сжался до размеров маленького купе, слабо освещенного тусклым ночником. Хлеставший в окно снег и мутные тени, отбрасываемые слепыми фонарями проезжаемых дачных полустанков, рисовали причудливые узоры на стенах и низком потолке. Мы стояли друг напротив друга, опустив глаза и засунув руки в карманы джинсов. Ее – при этом видимо дрожали, мои – да тоже дрожали, но меньше.


Вагон качнуло на повороте. Мои и без того слабые ноги подогнулись, и меня бросило прямо на Шерон. Руки были по-прежнему в карманах, а она стояла, ссутулившись, низко опустив голову… хлоп… мы шлепнулись лбами. Сдавленный смех…

- Нет, ну, я точно сегодня тебе что-нибудь сломаю…

- I’ll survive…{52}


Мы продолжали стоять молча, уперевшись лбами. Наверное, со стороны, картина была потрясающая. В другом случае я бы просто ухохоталась, но сейчас было не до смеха, совсем не до него.

- Oh, no…

В горле внезапно пересохло.

- Что “oh no”? – смогла выдавить я из себя. Что со мной происходит? В миллиметре от моих губ оказались ее. Не знаю, как это получилось, но я задела их своими. Да нет, клянусь, я не целовала ее, как она потом не раз говорила, дразня меня, что, мол, это я, первая, уложила ее, such a naive girl,{53} в постель. Мне в тот момент самой бы и в голову не пришло осознанно поцеловать своего босса, поцеловать… женщину.


Как я уже сказала, я просто задела ее губы своими. Просто потому, что они были так близко, просто потому, что эту близость уже нельзя было игнорировать. Ну, я и не игнорировала… В ответ ее голова упала на мое плечо. Я почувствовала, как ее зубы стиснули ткань моей толстовки, и сквозь них прошелестело:

- I can’t… I shouldn’t… I won’t…

- Shaz, what’s up? What are you talking about?

- God, she doesn’t even understand…{54}


Стоя вплотную к ней, я не могла не чувствовать напряжение и жар, исходящие от ее тела. У меня у самой в голове был совершеннейший бедлам. И тут… уфф! Нельзя же быть ТАКОЙ идиоткой! События последнего месяца в одно мгновенье пронеслись у меня перед глазами. Видимо, вид я имела весьма красноречивый. Понимание нахлынуло на меня, и я стояла, ошарашено глядя на мою … да, кто его знает, кто она мне… теперь.


Она, расценив мой взгляд по-своему, медленно отстранилась, скривив рот в болезненной усмешке.

- Нет! – вырвалось у меня, и я сделала шаг вперед, шаг навстречу к ней.

- Нет? – обжигающий взгляд исподлобья.

- Да! – и еще один шаг вперед. Все, приехали, дальше идти некуда. Мой лоб уперся в ее подбородок. Я почувствовала, как ее слова шевелят мои волосы:

- Are you sure?{55}

- Не знаю, но, может, попробовать…

- Я не хочу просто попробовать с тобой, - медленно и членораздельно произнесла она, - hope you’ll get it, maybe a little later…{56}


Тихий стон, и ее руки покинули карманы, чтобы медленно переместиться на мои плечи. Медленно, очень медленно она провела большими пальцами по моим скулам. Я по-прежнему стояла, как дура, засунув руки в карманы, и тихо плавилась от нахлынувших ощущений. Она нагнулась и поцеловала меня, заметная судорога свела ее тело. Потом она опустилась на колени и стала целовать мои руки, ну, то, что выступало из карманов, сначала одну, затем – другую. Очнувшись, я, наконец, сообразила вынуть их. Она тут же поймала их и прижала к своим щекам. Я вздрогнула, жар, исходящий от них, почти обжигал. Я освободила свои руки и запустила их в ее волосы, прижимая к себе ее лицо. Она замерла на мгновенье, а потом, подняв голову, вопросительно посмотрела на меня.


Я только кивнула в ответ, вовремя поняв, что ничего вразумительного все равно сказать не смогу. А дальше… Перед глазами мелькнуло сдернутое с заправленной верхней полки и мгновенно расстеленное на диване одеяло. Ее руки тут же подхватили меня и опустили на его прохладную поверхность. Ничего себе, сильная! Точно weight-lifting’ом занимается. Мои толстовка, джинсы, футболка, белье полетели на соседний диван… потом тоже самое, но уже с ее вещами… А дальше - первое прикосновение обнаженной кожи, женская грудь, прижатая к твоей собственной… Засада, я же в этом ничего не понимаю! А в голове одни глупости, обрывок старого анекдота – а чего там понимать, наливай и пей… И я пила, пила жадно, судорожно, хватая ртом раскалившийся воздух. Пила - ну, когда она позволяла мне сделать вдох.


Темные пряди скользили по лицу, их тонкий аромат просто дурил голову.

- You may just say a word to make me stop, but you must say it now, just now…{57}

Мозг вывернуло в поисках ответа, потом яркая вспышка, и я выдохнула первое, что пришло в голову. А пришло мне в голову гагаринское:

- Поехали!

Она улыбнулась:

- I love you…

А я продолжала слышать эхо моих слов: поехали, поехали, поехали… до тех пор, пока сама не унеслась к звездам.


На всю жизнь я запомню эту дикую ночь: расширенные зрачки, разметавшиеся волосы, руки, ну, тут лучше помолчу, и шепот, сумасшедший шепот:

- Mine… just mine… no one else’s…{58}


Очнувшись, я попыталась привстать, но почувствовала, что не могу. Я лежала на боку, плотно прижатая к ее мускулистому телу. Ее правая рука нежно и беспорядочно гладила мою грудь. А левая была внизу … у меня внизу, обнимая и прижимая к себе. Ее рука была такой горячей… или это я была горячей, а, какая, в прочем, разница.


Почувствовав мое движение, она приподнялась и который раз за эту ночь вопросительно посмотрела мне в глаза. Хотя, сказать точно, чего больше было в этом взгляде – вопроса, тревоги, надежды, было трудно. Она выглядела как … как будто ждала приговора что ли. Она была гордой и не хотела ничего спрашивать, просто ждала. Я молча смотрела в ответ. Конечно, я видела ее мучения. Ничего-ничего, ей полезно. Поменьше будет стажерок обижать. Блин, поубиваю всех стажерок в округе… Наконец, не выдержав откровенной муки, спрятавшейся за ее вымученной улыбкой, я сказала:

- Yours, just yours, no one else’s…{59}

Ее щеки медленно вспыхнули:

- My girl… Um-m… я не напугала тебя?

Я качнула головой:

- Хочу еще… напугаться.

Она рассмеялась и опять унесла меня в свой мир… мир, без которого мне трудно было бы теперь представить свою жизнь.


А потом было утро. Спешные сборы. Честно говоря, собрала все она, дав мне поспать до последнего. Сквозь сон я слышала, как Shaz пакует ноутбуки и собирает другие пожитки. Потом, склонившись надо мной и поцеловав, она прошептала: