Делая очередной глоток и протирая кулаком воспаленные глаза, он зашелся в сухом кашле. Дело было плохо. Погода стояла отвратительная – мокрый снег, таявший не долетая до асфальта, воздух, пропитанный сыростью, грязное месиво под ногами. А сегодня добавился еще и густой туман - мы с утра пробирались на работу буквально на ощупь.


Как всегда в такое время по Москве гуляла очередная эпидемия гриппа. Правда, нас привили, так сказать, в добровольно-принудительном порядке. Но, по-моему, толку от этой прививки было чуть – народ заболевал по-прежнему, т.е. именно тогда, когда это было нужно менее всего. Алексей с Шерон сегодня вечером должны были улетать в Питер, чтобы презентовать клиенту многостраничный результат наших месячных страданий. К тому же через неделю у него была запланирована свадьба, так что парень буквально разрывался на части. А тут еще грипп! Глядя на Леху, я не понимала, как он вообще умудряется сидеть и работать. Также было совершенно непонятно, как он собирается куда-то лететь и что-то презентовать.


- Весь мир насилья мы разрушим … кто был ничем, то станет всем, – на этой жизнеутверждающей ноте в наш отсек вошла Шерон.


- Рада слышать такие … оптимистичные идеи, - она обвела комнату глазами. - Добрый день, Alex! Я думаю, нам надо еще раз уточнить налоговый аспект проекта, зайди ко мне вместе с tax manager{26} за полчаса до общей встречи.


Повернувшись ко мне, она добавила:

- Что происходит с теми графиками?


Опять - двадцать пять! Вот пойми, что она имеет в виду! Я строю добрую сотню графиков за день, причем половину из них для нее. Собравшись, я лучезарно улыбнулась и прощебетала:

- Добрый день, Шерон! Те графики – это … какие именно... графики?


- Те графики – это те два графика по налогам, которые ты собиралась закончить и послать мне еще вчера, - мне был подарен очередной, далекий от доброжелательности взгляд.


- Кстати, я слышала, вас можно поздравлять, - натянутая улыбка в нашу сторону и совсем непраздничный тон, - у вас скоро свадьба…


- У нас… да, в смысле… у меня скоро свадьба, но я заранее написал на vacation{27}, - босс как всегда оправдывался.


После его слов в комнате повисло недоуменное молчание. Тут до меня дошло – она же нас вместе с Лехой поздравляла, ну, конечно, мы же together…


- Свадьба будет только у Алексея… В смысле, у Алексея и его жены… Ну, которая сейчас еще не жена. Короче, я в этом не участвую, - попыталась расставить я точки над i, одновременно понимая, что большей околесицы в единицу времени наплести было бы сложно. Потом, взяв себя в руки, как можно спокойнее продолжила. - А что касается тех двух налоговых графиков, то я обещала закончить их вчера вечером. Как и договаривались, я закончила и выслала их тебе еще вчера вечером перед уходом.


Если она и удивилась, то не подала виду.

- Um-m… перед уходом… значит, это было уже сегодня, не вчера, - мне показалось, что-то изменилось в ее голосе, он стал как будто ниже, да и взгляд явно помягчел.


Надо же … заметила, во сколько я вчера ушла… Я опустила голову в притворном смирении:

- I’m sorry, really very sorry. My slender hope is that wouldn’t ruin the deal completely.{28}


Исполнив арию покаяния, я подняла голову и с долей вызова посмотрела ей в глаза. А чего мне, собственно, было терять? Я готова была увидеть в них что угодно: раздражение, гнев или обычную для нее скуку. Но ничего этого не было и в помине. В них светился явный и неприкрытый… интерес? И еще нечто непонятное, такое бывает, когда в незнакомце неожиданно узнаешь кого-то, кого не видел уже сто лет, короче… узнавание, что ли?


- Well, I hope so. I’d hate to have to fire you,{29} - она внимательно смотрела на меня.


Опаньки! Что это? Шутить изволим? Ну, что ж, как говорится, была не была:

- Is that the case? I guess that would be delicious for you…{30}


- Oh no, - синие глаза продолжали рассматривать меня с откровенным интересом, - that wouldn’t be delicious, nothing of the kind, just regrettable…{31}


- Regrettable?


- Sure. I have never got such a skillful and … promising assistant… in this lifetime at least…{32}


    Она вышла. Я, чтобы скрыть внезапно нахлынувшее смущение, показала ей вслед язык. Ну, разумеется, она тут же обернулась. Наверное, выглядела я просто очаровательно - красные от недосыпа глаза, растрепанные волосы и высунутый язык. Она скорчилась от смеха, затем сделала жест правой рукой, имитируя движение ножниц поперек языка, потом развернулась и ушла уже окончательно.


Лешка удивленно усмехнулся:

- И что это было?


А потом задумчиво продолжил:

- Если бы она была мужчиной, я бы, наверное, предположил … - тут он опять задохнулся в приступе кашля. И, между нами говоря, я была рада, что он не смог додумать свою мысль до конца.


***

Не знаю, как прошла встреча с tax manager’ом, но на общей встрече Леха выглядел просто волшебно – в смысле, краше в гроб кладут. В итоге его отправили домой с пакетом антибиотиков и кучей медицинских советов.


Тем временем обсуждение шло своим чередом. Это было как генеральная репетиция спектакля, с одной стороны. А с другой, целью встречи было попытаться еще раз нащупать слабые и непроработанные места. Поочередно выступали менеджеры, вовлеченные в проект: антимонопольники, применимые проф.законы, финансы, легализация, налоги и прочая, прочая, прочая.


А над всем этим возвышалась Шерон. Ума не приложу, как ей удавалось держать все это под контролем. Правда, выглядела она немного озабоченной. Ну конечно, Алекс заболел, а это было серьезной потерей. То, что он сможет прийти в форму к вечеру, было из области фантастики. Наверное, размышляет, кем заменить Леху. “Вот уж дудки”, - мстительно подумала я, - “пусть теперь попыхтит. Такого, как Леха, вдруг не заменишь”.


Вскоре очередь дошла и до расчетов. В отсутствии босса выступать пришлось мне. Все шло довольно гладко, пока дело не дошло до тех самых вчерашних графиков. Они иллюстрировали налоговые последствия проекта в среднесрочной перспективе. Налоговые последствия… а она ведь напоследок просила Леху проверить именно налоговые последствия. И он добросовестно проверил их, проверил согласно… действующему законодательству, что и было скрупулезно отражено в мои расчетах.


Вот засада! Через пару недель – Новый год, а значит, наверняка, вступает в силу что-нибудь новенькое в Кодексе из того, что эти …удаки-депутаты успели напринимать в течение года или еще раньше. Да ладно, он же специально встречался с tax manager’ом, наверняка, они проверили, что там и когда вступает в силу. И вообще, это не мое дело. Но язык уже опережал мои благие намерения, и вместо заранее заготовленного комментария я услышала собственные слова:


- Как вы можете видеть, для всех расчетов используется одна и та же формула, так как одной из предпосылок было неизменное в рассматриваемом периоде состояние налогообложения отрасли. Хотя, мне сейчас кажется, что возможно именно эта предпосылка нуждается в дополнительной проверке.


Внезапно стало очень тихо. Тишину взрезал хриплый голос Шерон:

- Olga, почему была принята эта предпосылка? И почему, ты думаешь, она … все еще нуждается в проверке?


Всем было очевидно, что вопрос явно не по адресу, не по зарплате, как у нас говорили. Предпосылки формируют менеджеры. В отсутствие Алексея народ повернулся к tax manager’у. Тот слегка скривился:

- По поручению Алексея я сделал ревью текущей налоговой ситуации… - он сделал упор на слова “по поручению” и “текущей”.


“Вот скотина!… ты же знал, что считаем для пяти лет! Замотался, забыл проверить будущее - так и скажи, нет, валит все на отсутствующего”, – нестройный ход моих мыслей был прерван словами Шерон:

  - Well, тогда проверьте немедленно, - ее взгляд переместился на меня, - продолжайте, Olga.


Я быстро долистала свои оставшиеся слайды, лихорадочно соображая, что придется делать, если и впрямь что-то в налогах меняется.


- Ну, в общем, ничего критичного. Изменения есть, но небольшие, вот новое ревью, - tax manager невозмутимо зашел в переговорную и, как ни в чем не бывало, направился к своему креслу, раздавая присутствующим свежераспечатанные листочки.


Народ охнул.

- Shit! – коротко резюмировала Шерон.

- Б…! – это не выдержал благовоспитаннейший Николай Иванович, наш главный аналитик.

- No comments, - ну, это уже Оксана, которая тоже присутствовала на встрече в качестве… да кто ее знает, в каком качестве она присутствовала. Хотя, может, просто как один из директоров.


Я взяла свою порцию листочков и метнулась к выходу. “Урод, просто урод!” – пронеслось в голове на ходу. Какая разница – большие изменения или нет! И дело даже не в том, что людям через три часа отчаливать из офиса, а надо еще презентацию править. Этот проект стоил сотни тысяч, а потенциальные проекты этого клиента – миллионы долларов. Одна малейшая неточность, и его доверие к компании будет подорвано. Я всегда удивлялась, почему клиенты соглашались оплачивать поистине сумасшедшие счета, выставляемые нашей фирмой. Леха как-то раз на пальцах объяснил мне эту кухню.


“Понимаешь, конечно, в компании собраны лучшие специалисты в отрасли, ну, одни из лучших. Конечно, мы не ошибаемся, ну, почти не ошибаемся. Конечно, на определенной ступени развития бизнесы уже не могут позволить себе иметь дешевых контрагентов, вот и оплачивают счета аудиторов из Четверки или же наш консалтинг. Но главное не это. Мы, как компания, понимаешь, мы же продаем не консалтинг, мы продаем уверенность… глобальную уверенность в том, что все сделано хорошо и правильно. А если эта уверенность, это доверие разрушены, то …” - он задумался. “Компания теряет клиента”, – продолжила я. “Компания теряет клиентов. Не клиента, а клиентов! Слухи же быстро по рынку распространяются. А менеджеры теряют работу”, - философски закончил он.