Устроить в его палате настоящий балаган и потом сидеть эдакой смиренницей на подоконнике!

Мол, я не я и корова не моя…

Нет, прямо-таки ангел невинный, даже сияние вокруг головы присутствует, может, рыжие на нашей грешной земле и впрямь за ангелов?..

Кирилл действительно схватил Василису за плечи, но трясти не стал. Ее косточки вдруг показались ему по-птичьи тонкими, легкими, чрезмерно хрупкими. И девичья шея тянулась из широкого воротника как-то особенно беззащитно, и круглый подбородок мерцал в сумерках ненастья нежно и трогательно…

Василиса обернулась, у Кирилла перехватило дыхание: она смотрела на него удивительно… доверчиво, открыто, со странным ожиданием. Ее необычные радужки при свете редких молний завораживающе светлели, и плавились вокруг зрачков редкие коричневые островки…

Кирилл гулко сглотнул, из головы мгновенно вылетели все недавние планы. Он рывком, плохо сознавая, что делает, притянул Василису к себе. Зарылся носом в легкие кудряшки, с наслаждением вдохнул ароматы лета и хрипло пробормотал:

— Чудо ты мое лесное…