Я выдыхаю и киваю. Я так сильно сдерживаюсь - выглядя, словно деревянная доска, словно кто-то вогнал метелку мне в зад, будто объявили боевую готовность и нужно ждать следующей атаки. И как я не стараюсь это отпустить, мне довольно сложно. Мое оголенное тело по всему интернету, и мой мир перевернулся в одну миллисекунду, в один момент.

Что сделано, то сделано.

- Я могу попробовать кое-что? - спрашивает у меня Коннор.

Я сильно хмурюсь, не понимая. Но он сцепляет мои запястья и притягивает к себе. А затем его огромная рука опускается мне на затылок, направляя меня к груди Коннора так, что мой лоб безопасно прижимается к изгибу его плеча.

Здесь таится тьма.

То, с чем я не хотела встречаться.

Неестественно глубокие эмоции пронзают меня, и словно мощный всплеск пузырьков вырываются на поверхности, и я не могу остановить их. Защитные слои, под которыми кроется боль, быстро рушатся. Сначала приходят слезы. Тихие. Затем всхлипы. Они громче. А затем мое тело начинает трясти. Мне так хреново, особенно от того, что расплачиваться приходится не мне одной. Я ненавижу то, что втянула еще кого-то в расплату за свою ошибку.

Из-за этого Коннор может потерять свою работу. Кобальт Инк. может не принять того, что их будущий генеральный директор - порно звезда. Потеря Кэллоуэй Кутюр ранит меня, но знание того, что я сломала чью-то мечту - это непростительно.

Я не могу остановить свой плачь. Ненавижу слезы. Ненавижу то, что они означают, но в объятиях Коннора я чувствую безопасность и не страшусь показать эту часть себя.

Он крепче прижимает меня, а я цепляюсь за ткань его рубашки.

- Выпусти это, - воркует Коннор, поглаживая мой затылок.

Моя личная жизнь была обнажена, и я никогда не получу ее обратно. Я чувствую эту невероятную боль, пытающуюся сломать меня, но Коннору каким-то образом удается смягчить мои ощущения. То, как он меня обнимает, с уверенностью, решимостью и спокойствием, помогает поверить в то, что я могу преодолеть любые трудности. Думаю, что всю мою жизнь он помогал мне найти в себе силы, чтобы двигаться вперед, никогда не оглядываясь.

Даже и не знаю, как долго он держит меня в своих руках, а я плачу, но когда ощущаю опустошенность, когда слезы заканчиваются, и я нахожу силы заблокировать чувство вины, тогда я отдвигаюсь от его теплой груди.

Коннор вытирает следы от слез на моем лице.

- Ты можешь вытереть мне тушь? - спрашиваю я шепотом.

- Подними взгляд, - говорит он мне. Я смотрю в потолок, пока его большой палец вытирает черные пятна у меня под глазами. Когда он заканчивает, то снова прикладывает свои руки к моим щекам. - Роуз, - выдыхает он. - Я бы предпочел твой плачь у меня в объятиях в течение десяти минут, чем маниакальность в течение двух часов. Помни, я всегда рядом, когда ты нуждаешься во мне.

- Буквально, плечо для слез, - говорю я, немного улыбаясь.

- Буквально, да, - он разделяет мою улыбку.

А затем целует в губы и говорит:

- Мы пройдем через это. Нет таких проблем, которые мы не сможем преодолеть вместе.

Он прав. Моя грудь вздымается с новой силой, прямо в тот момент, как входная дверь приоткрывается. Мы поворачиваемся и смотрим на входящих Лорена и Рика.

- Итак, грузчики только что уехали, - говорит нам Лорен. - Они сказали, что не смогут вместить твой кедровый столик в грузовик, так что нам придется перевозить его на Escalade, - ребята останавливаются у моего журнального столика, будто смогут его поднять, но простояв рядом с ним пару секунд, они смотрят на меня со знанием дела. Это странный уровень отношений, к которым я не привыкла.

Они видели, как я занимаюсь сексом.

Они скорее всего представили меня голой или частично обнаженной.

Не представляю, смотрели ли они неотредактированную запись этого инцидента нарочно или не видели его вовсе, но у них теперь есть данная опция. Вместо того, чтоб страдать от смущения, угрожающего выразиться румянцем у меня на коже, я упираю руки в бедра и говорю:

- Ну и чего вы ждете? Несите стол в машину, - я почти кричу и тыкаю на них пальцами. Но не сдерживаю этот порыв.

Лорен наклоняет голову, и его рот изгибается в озорной усмешке.

- Так тебе нравиться быть связанной?

Мои ноздри расширяются. Смущение все же настигает меня. Но не гнев. Я готова броситься (со всем своим равновесием и знаниями по самообороне) и треснуть его своей сумочкой, но Коннор обнимает меня за талию.

- Что? - насмехается Ло. - Я просто излагаю правду.

Рик бросает взгляд на своего брата.

- Не заставляй ее стыдиться.

Ло невинно касается своей груди.

- Я просто считаю забавным то, что девушка, которая изобретает новые способы по озвучиванию членов каждый божий день, любит, чтобы ее жестко трахали.

Коннор отвечает раньше меня.

- Ей нравится то, что нравится. Давай на этом остановимся, Ло, - он говорит это расслабленно, но мы все ощущаем в его словах предупреждение.

- Ладно, - отвечает Ло, но с трудом сдерживает улыбку и смех. Рик качает головой, но тоже готов засмеяться.

- Я ненавижу вас обоих, - говорю я им.

Рик смотрит на меня немного виновато.

- Мы смеемся не над тобой. Честно, просто... - его взгляд порхает от меня до Коннора. И Рик снова улыбается. - Вы живете, воспринимая людей по одному. А потом в один чертов момент оказывается, что все, что вы считали обычным делом, стало чем-то еще, чем-то... другим, - он пожимает плечами. - Это все. Я просто теперь вижу вас, ребята, под другим углом. Это и не плохо и не хорошо. Просто, блин, иначе.

Мне требуется момент, чтобы переварить это все. Я могу смириться с тем, что меня воспринимают теперь иначе. Коннор пытается не улыбнуться. Я практически слышу его мысли: Нормальность скучна, дорогая. Он любит каждое слово, которое только что сорвалось с уст Рика. А это редкость.

Лорен кивает Коннору.

- Ты собираешься нам помочь поднять эту штуку?

Бровь Коннора изгибается.

- Он реально такой тяжелый?

- Это твердая древесина, - говорит Лорен, собираясь пнуть ногой стол для пущей демонстрации своих слов.

Я хмурюсь и подымаю палец.

- Не шаркай ногами о мой стол.

Его нога застывает на полпути. Он опускает ее на пол, пока Коннор подходит и становится между братьями.

Прежде чем они поднимают стол, Коннор на секунду смотрит в сторону, и я замечаю растерянность в его взгляде.

- Мне нужно кое-что у вас спросить, - говорит он, прочищая горло. Он смотрит поочередно на ребят. - Кто-то из вас трахался в ванной?

- Никоим образом, - отвечает первым Рик.

О. Черт. Мы не можем быть единственными, верно?

Лорен говорит:

- Лили слишком боялась принимать душ голой в течение всех этих шести месяцев. Ты правда думаешь, что мы бы стали там трахаться?

Итак, у них нет видео с голой Лили. Вероятно, она не снимала свой купальник. Слава богу. Я принимаю это как чудо.

- А вы двое делали что-то? - спрашивает нас Лорен.

Мы молчим, вспоминая тот случай с минетом. Я выгляжу более подозрительно, чем Коннор.

Лорен встречается со мной взглядом, и я моргаю. В ответ он заливается смехом.

- О, это видео принесет кучу денег.

- Как и то, где моя нога врезается в твои яйца, - отвечаю я.

- Почему бы тебе просто не ударить Коннора? - шутит Лорен. - И тогда он сможет тебя за это отшлепать.

- Или я могу отшлепать тебя, - говорит Коннор.

Лорен смеется.

- До или после того, как ты меня свяжешь?

- После.

Лорен усмехается, и я обрываю его в тот момент, когда рот парня снова открывается:

- Вы оба так очаровательны. Мы уже поняли это, - прежде чем он успевает прокомментировать мои слова, я добавляю. - Как дела у Лили и Дэйзи? - я еще ни с кем из них не говорила о видео. Я избегала этого, а они предоставили мне личное пространство, пока мы все упаковывали вещи.

Сначала Лорен и Рик ничего не говорят, и мои глаза, должно быть, расширяются до размера блюдец, потому что Коннор возвращается ко мне и притягивает мое тело к своей груди.

- Ты говори, - шепчет Рик брату.

Лорен качает головой, а потом закатывает глаза. После чего переводит взгляд на меня.

- Лил беспокоится о тебе. Она в порядке, но... я имею в виду... - его передергивает. - Мы с ней теперь в каком-то роде освободились от бремени, - он выглядит виноватым за то, что говорит такое. - Если честно, мы просто рады, что это случилось не с нами.

- Я тоже, - говорю я.

Он выдыхает и проводит рукой по волосам.

- Мне жаль. Правда, Роуз. Если бы это была Лили... - его лицо искажается и выглядит так, словно физическое бремя давит ему на плечи, опуская их.

- Она в порядке, - говорю я, кивая. Если не она, то я, верно? Я могу с этим справиться. Если продолжу себе это говорить, то может быть оно и станет реальностью. Или я просто буду верить в это до тех пор, пока оно не сбудется. - А Дэйзи? - спрашиваю я.

Рик засовывает руки в карманы джинс.

- Она вела себя тихо. Думаю, у нее все еще шок.

- Она будет в порядке, - говорю я снова, еще раз кивая.

- Ага, - говорит Рик, его мускулы напряжены, - она будет в порядке, - это похоже на то, как если бы он перенял мою тактику. Повтори и поверь.

Коннор целует меня в щеку и снова отходит, чтобы помочь со столом.

Я глубоко вдыхаю, наблюдая за тем, как ребята поднимают антиквариат в воздух. Последний кусочек мебели в этом таунхаусе. Последний момент перед тем, как мы освободимся от реалити-шоу.