- Лилли, - с убеждением произносит она мое имя - Ты уверена, что такая нагрузка не доконает тебя? Ты всегда так упорно работала. Тебе необходим перерыв. Не стоит гробить это лето ради работы. Подумай об этом — это последнее лето, когда мы еще дети, перед обязанностями реального мира, которые лягут на наши плечи. Может быть, мы можем заняться альпинизмом по всей Европе вместо этого — только ты, я и Соня? Мои родители с радостью заплатят.

- Нет, - останавливаю я ее. - Я больше не могу брать у твоих родителей деньги. Это было бы неправильно.

- Да брось ты! Они любят тебя. Для этого и нужны друзья семьи. Помнишь Новый Год?

Да. Родители Фей пригласили меня и Соню в гости, затем удивили нас оплатой всех расходов за поездку в Свистун, Британская Колумбия, для недельной лыжной поездки. Соня и я понятия не имели, откуда это взялось. Но подозревали, что это дело рук Фей.

- Да, - говорю я. - И я до сих чувствую себя жалкой, что не могу вернуть их.

Фей снова издает тот раздражающий шум.

- Сколько раз я должна повторять? Ты ничего им не должна. Друзья семьи делают такого рода вещи друг для друга.

- Нет, не оттуда откуда я происхожу, - бормочу я.

Фей хмурится, а я тем временем продолжаю,

- Я не могу отступить сейчас, Фей.

Мне нужны деньги, чтобы оплатить кредиты. Можете ли вы себе представить, как тяжело, когда восемьдесят процентов зарплаты уходит на них в течение пяти лет, черт, даже спустя десять лет после получения высшего образования? По крайней мере, так я получу преимущество.

Фей жует внутреннюю часть губы в мысли.

- Хорошо, - наконец говорит она. - Я знаю, что ты должна решить это самостоятельно.

Она сжимает меня в быстром объятии.

- Но если что-нибудь пойдет не так, ты первой сообщишь мне об этом, хорошо?

- Я обещаю, - улыбаюсь я.

Глава 16

Настоящий момент


Я не отказывалась от этого обещания.

Я просто проигнорировала его. Когда все пошло не так, я вообще никому не позвонила.

Немного слюны пошло в не то горло, отчего я начинаю сильно кашлять. Мои внутренности накрывает спазм, и я кричу. Я чувствую себя неопытной, напряженной, и очень, очень худой. Мое тело чахнет в этой тюрьме.

Я продолжаю кашлять, дрожа от конвульсий, пока приступ, наконец, не проходит. Горло першит и покрылось волдырями. Я чувствую вкус металла на языке. Мне не нужен свет, чтобы увидеть, что я кашляла кровью.

Я горжусь понимающими людьми?

Я глумлюсь над наивностью, которую я когда-то имела. Вы можете прочитать все в мире книги по психологии и по-прежнему будете ошеломлены жестокостью человеческого сердца.

Мой лимит на исходе. Я - женщина на краю пропасти. Я знаю, что у меня есть только один выбор прямо сейчас:

Умереть или подписать контракт.

Глава 17

Месяц назад


Я -зла. Серьезно, я – очень зла.

Я брожу по шикарной квартире в центре города, предоставленной мне консалтинговой фирмой, потрясенная и возмущенная тем, что я только что услышала.

- Мисс, Вы все еще там?

- Да, я все еще здесь! - грубо отвечаю я в приемник.

- Я здесь, в центре города Пало-Альто, потому что Ваша фирма предложила мне работу. Где, черт возьми, я еще могу быть?

- Я понимаю, что это возможно тяжелое время для Вас. Ваше выходное пособие включает определенные преимущества.

- Даже не пытайтесь уломать меня этими преимуществами! - взрываюсь я.

- Я умею читать. Семидневное уведомление? Вы мать вашу, издеваетесь надо мной? Это составляет семь дней, - я чувствую, что мой характер справляется лучше меня.

Я останавливаюсь, глубоко вздыхаю и продолжаю говорить милым голосом,

- Семь дней, чтобы освободить помещение, а за тем последует выселение. Куда я должна идти, ахах? Скажите мне. Школьный семестр уже начался, и Йельский университет не примет позднюю регистрацию!

Это бесполезно. К концу предложения я кричу на нее снова.

- Мисс Райдер, я просто передаю информацию. Вы понимаете, что я никак не могу изменить это?

Тон её голоса заставить меня чувствовать себя ненормальной.

- И Вы понимаете, что я не могу лечь и терпеть такое обращение, как избитая собака! Передайте Вашему боссу, что завтра утром я появлюсь на пороге его офиса, требуя компенсации за незаконное нарушение условий контракта!

Большим пальцем я нажимаю на отбой, затем швыряю телефон через комнату. Он врезается в стену и падает на пол.

Хорошо. Я испытываю желание ломать вещи.

Это был наихудший телефонный звонок моей жизни.

Я бросаюсь на диван, зарываюсь головой в подушках, затем испускаю один длинный, затянувшийся разочарованный крик.

Три недели назад я была главным членом профессиональной команды, созданной для проектирования международной рекламной кампании по предстоящему запуску компании клиента нового технического продукта. Сочетание Apple ТВ, Roku и все топ-установки игровых приставок, которые были так популярны, начиная с Xbox, запущенного в 2005 году. У него был весь потенциал, чтобы покорить мир.

Я была главным членом ведущей команды для всей рекламной кампании. Я была единственной, обладающей ценной аналитической информацией, самыми захватывающими идеями. Все в команде признали это. Я хорошо ладила с коллегами. Даже при том, что я была просто молодой специалисткой, а они были сотрудниками фирмы с полным рабочим днем, я не раз чувствовала себя другой.

Две недели назад летняя стажировка закончилась. Пусть наша работа и не была закончена, но я гордилась своим вкладом. По крайней мере я рассчитывала на великолепное рекомендательное письмо от своего босса.

То, что я получила на самом деле, взорвало мой мозг:

Годовой контракт, чтобы остаться в фирме, и подготовить рекламную кампанию к ее запуску. Стоимость из контракта? 120,000$, оклад, плюс еще пятьдесят процентов в исполнительных премиях.

Если бы я заработала премии, то могла бы полностью выплатить все образовательные кредиты, когда вернулась бы в школу. Конечно же, я подписала. Мне даже предложили помещение на время моего полного пребывания, не участок далеко от главного офиса в Пало-Альто. Тот стимул стоил еще тридцать или сорок тысяч.

За два дня были сделаны документы. Своему представителю деканата я сообщила, что возьму академический отпуск. Он ответил, немедленно выражая свое волнения за меня, и напомнил, что в следующем году меня будут с радостью ждать. Все школы Лиги плюща рады таким вещам. Они хотят поддержать абсолютно совершенный уровень церемонии вручения дипломов. Затем оставалась самая трудная часть: позвонить Соне и Фей и сказать, что съезжаю с нашего дома. Я думала они расстроятся.

Вместо этого, как и хорошие друзья, они сказали, что, счастливы за меня.

Было такое чувство, что мечта сбывается.

В течение последних нескольких дней клиент был все более и более отдален в связях с моей командой. Я сброшена со счетов предупредительными знаками. Такое иногда бывает. В конце концов, они огромные транснациональные корпорации. Независимо от того, сколько они могли бы платить моей фирме, у них есть другие продукты, другие обязанности.

Это лишь небольшое осложнение. Нечего терять сон из-за …

До тер пор, пока глава моей команды не нашел нас в полдень и не попросил пойти домой пораньше.

Он сказал, что мы упорно работали и заслужили перерыв. Так как была пятница, мы получили трехдневный уик-энд.

Я должна была почувствовать подвох. Но этого не случилось, я была единственной, кого попросили уехать. Целая команда была распущена рано. Мы планировали встретиться за ужином в шикарном хипстерском баре.

Ничего страшного, я думала …, пока мне не позвонили от HR. Клиент вышел из дела. Проект закончен. Мне заплатили бы, распределили пропорционально, в течение двух недель работы. Но не больше. У меня была неделя, чтобы освободить квартиру. Такое чувство, что мой мир рушится. Прощай финансовая свобода. Прощай начало новой жизни. Прощай, красивый Пало-Альто. За тридцать секунд мне сказали, что я бездомная, безработная, и мне абсолютно некуда обратиться.

Йельский университет не принимает поздние регистрации. Ни в коем случае. Никогда. Даже возвращение на весенний семестр было бы напряжно. Они любят, чтобы их студенты обучались с начала года. Они упорно работают над тем, чтобы построить домашнее сообщество, и не хотят разрушить его вновь прибывшими, в середине года.

Кроме того, большинство студентов в Йельском университете происходят из богатых семей.

С запозданием, я понимаю жалостную тщетность своей угрозы по телефону. Если я припрусь в офис своего босса завтра утром, то не увижу ни души.

В выходные здание закрыто.

Я кричу в подушку, пока мой голос не охрип.

Куда я пойду? Что делать? Моя мать —

Нет. Она единственная, что у меня есть. Но я не собираюсь ползать перед ней. Мы шесть лет не разговаривали. Она была инициатором конфликта. И только ей под силу восстановить наши отношения. Я обещала себе, что никогда не буду ответственна за ее ошибки.

Итак, с чем же я осталась?

Разбитая, безработная, и по уши в долгах. Вот где.

Хуже того, теперь я потеряла следующие двенадцать месяцев своей жизни. Пуф, их не стало, точно так же, как и этого звука. Я не могу пойти в школу. Я не могу работать ни над чем, что поможет мне в будущем.

Но, я намереваюсь придерживаться другой вещи, которую я сказала. Я не смирюсь с этим без борьбы. Они должны будут тянуть Лилли Райдер, пинающую и кричащую через ямы ада, прежде чем она сдастся.