— Когда я узнал, что ты в Шотландии, — сказал он, — остальное было уже просто.

Кейт отвернулась и обвела взглядом долину и окрестные горы Ник смотрел на нее влюбленными глазами.

— Они тоже сюда приходили, — промолвила Кейт. — «Элламария с Бобом.

Ник обнял ее за плечи.

— Да, я знаю.

— А я пришла, чтобы попрощаться с ними, — прошептала Кейт. — Навсегда.

Ник улыбнулся и провел пальцами по ее щеке.

— Пойдем домой, милая.

Спускаясь следом за ним по горной тропе и глядя, как Ник перепрыгивает с валуна на валун, то и дело оборачиваясь, чтобы продать ей руку, Кейт невольно залюбовалась его статной фигурой.

Внезапно ее настолько переполнила любовь к нему, что она, не выдержав, остановилась.

— Ник!

Ник обернулся, вопросительно изогнув брови, но, заглянув ей в глаза, мигом все понял.

Вновь зарядил дождь, но ни один из них не шелохнулся Порыв ветра подхватил волосы Кейт и бросил их ей в лицо Не обращая внимания на ручейки воды, стекавшие по ее щекам, Кейт прошептала:

— Я люблю тебя. Ник, дорогой. Всем сердцем люблю!

Не отрывая от нес глаз, Ник поднялся к ней по поросшему вереском склону, обнял и поцеловал в мокрые волосы.

— Никогда больше не уходи от меня, Кейт! — прошептал он.

— О, Ник! — вскричала она, прижимаясь к нему всем телом.

Зажав ее Лицо в ладонях, он принялся покрывать его частыми поцелуями, слизывая слезинки, перемешанные с каплями дождя. А затем, тесно прильнув друг к другу, они слились в отчаянном, безумном и страстном поцелуе.

Взяв Кейт за руку. Ник молча увлек ее под сень деревьев.

И прямо там, среди кустов вереска, на замшелых и мокрых камнях, под звуки горных ручьев, низвергавшихся с крутых склонов, он овладел ею. Никогда прежде или в последующие годы ни Кейт, ни Ник не испытывали таких бурных ощущений и еще долго потом вспоминали минуты неописуемого блаженства.

Тем более что именно тогда, под шум дождя и ветра, была зачата их дочь.


Ник остановил автомобиль перед входом в старую деревенскую гостиницу. На пороге их встречала миссис Дафф — Наконец-то! — обрадовалась она. — Я уж испереживалась, куда это, вы пропали. — Взгляну?, на Кейт, она всплеснула руками. — Он, милочка моя! Что с вами приключилось?

Кейт недоуменно, покосилась на Ника, который расхохотался во все горло.

— Грязь, — пояснил он. — Ты перепачкала всю мордашку.

— Господи, что же ты мне раньше не сказал! — возмутилась Кейт, лихорадочно вытирая лицо, но добилась лишь того, что размазала грязь по щекам.

Перехватив взгляд Ника, который с невинным видом пожал плечами, давая понять, что он тут ни при чем, миссис Дафф расцвела понимающей улыбкой. Затем, посторонившись, пропустила Кейт в гостиную. Вглядевшись в сумеречный полумрак, Кейт испустила восторженный вопль:

— Дженнин! Что ты здесь…

Но закончить не успела — подскочившая Дженнин с такой силой стиснула ее в объятиях, что у бедной Кейт затрещали ребра.

Когда вошел Ник, обе подруги обливались слезами. Он, смеясь, вынул из кармана носовой платок, но затем, не зная, кого утешать в первую очередь, пожал плечами и сунул платок в карман.

Вошла миссис Дафф с чайным подносом. Бросив сочувственный взгляд на Кейт и Дженнин, она доставила поднос на стол и вышла.

— Пожалуй, я поднимусь и переоденусь, — сказал Ник.

— Выпей с нами чаю, — предложила Кейт, на мгновение отрываясь от Дженнин.

— На всех все равно не хватит, — усмехнулся он, направляясь к лестнице.

, Кейт проводила его взглядом и охнула — по ступенькам спускалась Эшли.


Потом Ник сидел на краю ванны, влажной губкой вытирая грязь с лица и тела Кейт А позже расслабленно лежал в постели, глядя, как она одевается к ужину и расчесывает волосы.

— Опоздаешь, — сказала Кейт, перехватив в зеркале его взгляд.

— А мне спешить некуда, — улыбнулся он. — Вам и без меня есть о чем поговорить. Тем более что, насколько мне известно, они хотят тебе кое-что показать.

— Да? А что?

Стук в дверь помешал Нику ей ответить.

Эшли и Дженнин привели Кейт в небольшой бар. Кроме них, других постояльцев в деревенской гостинице не было, поэтому помешать их уединению никто не мог. Мистер Дафф подал им заказанные напитки, после чего благоразумно испарился.

Подруги переглянулись, и Эшли кивнула. Тогда Дженнин полезла в сумочку и вынула какой-то конверт.

— Это от Элламарии, — сказала Дженнин, вручая письмо Кейт. — Она написала его незадолго до смерти. Мне кажется, настало время и тебе его прочесть.

Кровь отхлынула от лица Кейт; дрожащей рукой она достала из конверта сложенный вчетверо листок бумаги.

За долгие месяцы, проведенные в тюрьме, Кейт едва ли не все время размышляла над случившимся. Дженнин угадала: она и в самом деле винила себя в смерти Элламарии Как, впрочем, и в истории со своим отцом. И вот теперь, читая строки, написанные рукой Элламарии, Кейт словно наяву слышала се голос, чувствуя, как с каждым словом в нее вливаются силы, которые она и раньше всегда черпала у своей удивительной и яркой подруги. Читая письмо, она едва ли не впервые почувствовала великую силу любви, раздиравшей Элламарию, и поняла самое главное — Элламария просила у них прощения!

Дочитав последнюю строку, Кейт отложила письмо в сторону и подняла на подруг заплаканные глаза. Дженнин и Эшли, к своему облегчению, поняли: эти слезы вызваны настоящим горем, а не угрызениями совести.

— Так он и вправду любил ее? — прошептала Кейт. — До последнего вздоха?

Дженнин молча кивнула — комок в горле мешал ;ей разговаривать.

— Видишь, Кейт, мы тут ни при чем, — промолвила Эшли, с трудом сдерживая слезы. — Спасти се никто не мог. Накладывая на себя руки, она знала, что только так воссоединится с Бобом.

Кейт отвернулась и посмотрела в незашторенное окно.

По небу ползли тяжелые свинцовые тучи, подгоняемые неистовыми порывами ветра. В отдалении сквозь мрачную серую дымку проглядывали горные пики; где-то среди них сегодня она и была совсем рядом с Элламарией. Дженнин и Эшли тоже посмотрели в окно.

— И они сейчас вместе, — тихонько прошептала Кейт. — Я знаю — они вместе.

Воцарилось долгое молчание. Поразительно, но оно красноречивее всех слов подсказало каждой из подруг: это Элламария, а вовсе не Кейт привела их всех сюда, в старинную деревенскую гостиницу.

Дженнин взяла Кейт за руку. Та, глотая слезы, прикоснулась к руке Эшли. Улыбнувшись, она прошептала:

— Да, порой только самая ужасная трагедия позволяет по-настоящему оценить жизнь. И понять, что главное — когда рядом с тобой самые близкие люди.