— Отлично. — Взгляд Фейт скользнул вниз. — Кольца нет, значит, ты не замужем?

Лисса покачала головой:

— Нет, только не я… — Быть замужем значит доверять мужчине, который может разбить ей сердце, сломить ее дух и еще чего хуже.

Только не снова.

— Мне больше нравятся короткие любовные интрижки, — добавила она, зная, как странно это звучит.

Фейт повела бровью, но ничего не сказала.

Лисса тоже хранила молчание. Ей надоело, что постоянно приходится извиняться за свои желания и за то, кем она является. Может, из-за боязни совершить очередную ошибку Лисса была осторожной в отношениях с противоположным полом, что с того? Это не мешало ей наслаждаться жизнью и встречаться с мужчинами, оставаясь при этом в безопасности. Ей нравилось ни с кем не сближаться.

— Что ж, лишь бы ветер дул в твои паруса, — произнесла Фейт и посмотрела на нее таким проницательным взглядом, что Лисса смутилась. — Ты знаешь, до Итана я уже была замужем, — продолжила Фейт, застав Лиссу врасплох. — Этот парень был законченным эгоистом, он использовал связи моего отца и изменял мне, возможно, с первого дня.

Внезапное признание Фейт подтвердило догадку Лиссы, что Фейт понимает куда больше, чем кажется на первый взгляд.

— Мне жаль, — сказала Лисса, не упоминая о том, что уже прочитала эту историю в журнальной статье.

Фейт улыбнулась:

— Ничего. Это сделало меня сильнее, и потом я нашла Итана.

Лиссу восхитил такой подход.

— Мы болтаем так, словно и не было стольких лет разлуки! — восторженно проговорила Лисса, благодарная за то, что с течением времени ее подруга нисколько не изменилась.

— Я не удивлена. Я с нетерпением ждала нашей сегодняшней встречи. И рада, что работа в «Комитете» снова сплотит нас.

— Я тоже. Кстати, о «Комитете»… как ты заполучила кресло председателя? Нет, ты не подумай, я не имею ничего против. Мне намного сподручней работать со старой подругой, чем с какой-нибудь склочницей.

Лисса усмехнулась, а Фейт рассмеялась.

— Каролина Бреттон, президент «Комитета красоты», — клиент и давняя подруга моей матери. А «Комитет» уже много лет пытается войти в высший свет Серендипити. Каролина — умная женщина и прекрасно понимала, что Итан не станет открывать им двери в «клуб» только за красивые глаза. — Фейт сморщила нос, она явно презирала этих людей.

Зная прошлое братьев Бэррон, выросших в «неблагополучной» части города, Лисса все прекрасно понимала.

— Что заставило тебя поддаться на уговоры? Большие возможности?

Фейт вздохнула:

— Знаешь, я не уверена. Каролина была так добра ко мне, когда я затеяла свой бизнес. Она была одной из моих первых клиенток и рисковала не меньше моего, ведь я и сама не знала, что получится. — Она посмеялась над собственной шуткой. — И она оставалась рядом с моей матерью, хотя та, откровенно говоря, не заслуживала дружбы. — Фейт пожала плечами. — Надеюсь, что я все сделала правильно.

— А Итан? Как он относится к тому, что придется открыть дом для такой толпы? — спросила Лисса.

Фейт сказала раздраженно:

— Ему невыносима мысль об этом, но ради меня он сделает все. — Вдруг ее взгляд потеплел.

Глядя на нее, Лисса покрылась гусиной кожей. Она не завидовала Фейт, просто ей стало грустно от мысли, что у нее никогда не было таких отношений ни с одним мужчиной. У нее не было никого, кто делал бы все ради нее только потому, что ей того хотелось. Но это был ее осознанный выбор, благодаря ему Лисса была свободна и в полной безопасности.

— Ну что, готова перейти к делу? — спросила Фейт, не заметив эмоций Лиссы.

— Еще бы. У меня нет достаточной власти в «Комитете», чтобы претендовать на кресло председателя, но я действительно хочу помочь со сбором денег. — Лисса вытянула руки перед собой. — Я с тобой, так что загрузи меня работой.

— Не могу выразить, как я тебе благодарна! — Из своей огромной сумочки Фейт достала блокнот, Лисса сделала то же самое.

Она хотела реализовать свою задумку, решить проблему, которая так долго занимала ее мысли, как можно скорее, пока у нее есть возможность работать с Фейт.

— У меня вопрос. Были ли какие-то разговоры по поводу того, на какой проект будут собираться деньги в этом году?

Фейт щелкнула ручкой.

— Шли разговоры о том, чтобы построить новую беседку в городском парке, — настороженно ответила Фейт. — А что?

— Никто не воспринял серьезно мои идеи, и я даже не знаю почему.

— И почему же? Когда я разговаривала с Каролиной Бреттон, она сказала, что ты работаешь в «Комитете» уже два года. Почему они не прислушиваются к тебе? — спросила Фейт.

Лисса посмотрела на стол. Вот оно. Настало время говорить о проблемах, которые она терпеть не могла обсуждать.

— Имя Макнайт не внушает доверия, если это не касается архитектуры. По крайней мере не в Серендипити.

— Из-за Брайана? — мягко спросила Фейт.

Лисса встретилась с ней взглядом.

— Ты уже слышала?

Фейт вздохнула.

— Конечно, я помню о вечеринке, которая была много лет назад, и о смерти Стюарта Россмана, — ответила она тихим, полным участия голосом.

При упоминании о подростковой вечеринке, в ходе которой по вине ее брата нелепо погиб юноша, Лиссе сделалось дурно.

— Да, а мой братец не образумился до сих пор. — Что уж там, он стал еще хуже, и отчасти Лисса винила в этом себя. — Брайана постоянно приходится вытаскивать из тюрьмы.

— Мне жаль.

Лисса пожала плечами, пряча глубоко свои чувства всякий раз, когда речь заходила о Брайане.

— Спасибо, но ничего не изменить. Именно поэтому в «Комитете» никто не желает меня слушать. Ты ведь знаешь собравшихся там мегер, они едва выносят мое присутствие.

Фейт вздохнула:

— Ну, если учесть, что они выгнали мою мать, то, полагаю, единственная причина того, что я стала председателем правления, — мой дом. Кажется, это вина по ассоциативному принципу.

Лисса не удержалась от улыбки. Должно быть, они действительно верят, что яблоко от яблони недалеко падает. Она покачала головой и горько усмехнулась:

— Ох уж мне эти клише! И натерпелась же я от них!

Фейт кивнула:

— Ладно, так что у тебя там за идея?

Лисса взяла обеими руками чашку с кофе, чтобы согреться.

— Вместо того чтобы выкинуть деньги на украшение и без того идеальной части города — а то получается, что от добрых дел в «Комитете» одно название, — я подумала, что мы можем вложиться в развитие молодежного центра в бедном районе. — Она стала объяснять, почему этот центр так важен для нее, но в глазах Фейт уже зажегся огонек, и она кивала, соглашаясь с каждым словом.

— Можешь даже не объяснять. Моя близкая подруга Кейт Эндрюс, школьная учительница, работает волонтером в этом центре каждое лето. Брат мужа, Дэр, работает с детьми, и Тесс тоже помогала центру прошлым летом, поэтому этот молодежный центр так важен для нашей семьи.

Глаза Фейт сияли, и Лисса чувствовала, как учащенно бьется ее сердце. Стараясь не обращать внимания на свою реакцию на упоминание о Дэре, Лисса посмотрела Фейт в глаза.

— Я рада, что мы в одной команде.

Фейт кивнула:

— Но в первую очередь мы должны привлечь на нашу сторону и других членов «Комитета», всех, кого только сможем.

Адреналин в крови Лиссы зашкалил, и она уже была не в силах сдерживать свой энтузиазм.

— Ты восхитительна, ты восхитительна! Мы это сделаем, мы сможем!

— Ну еще бы! Наступило время перемен. Пора показать этому городу, как нужно вести дела.

— Еще бы! — воскликнула Лисса.

Они чокнулись чашками с кофе.

— Давай, я проведу кое-какую предварительную подготовку, и поглядим, смогу ли я протолкнуть в правлении нашу идею до следующего собрания. Я тебе позвоню, чтобы встретиться и обсудить все детали. Идет?

— Отлично! — улыбнулась Лисса.

Фейт ухмыльнулась.

Лисса была горда тем, что они делают, и впервые за долгие годы чувствовала поддержку со стороны. Она надеялась, что их дружба вновь возродится. Этого ей так долго не хватало в Серендипити.

— Перехватись! — крикнул Дэр четырнадцатилетнему Чарли Скитсу, или, как все его звали, Скитеру.

Подросток перехватил биту повыше и приготовился принять следующий мяч.

Дэр был тренером молодежной команды, их тренировка на поле на окраине города уже подходила к концу. Осталось только дождаться удара Чарли, затем сказать пару слов на прощание, и все, Дэр был свободен на всю ночь.

Спустя десять минут он дал каждому парнишке наставление, разобрав по полочкам сильные и слабые стороны. Когда он закончил, дети разбежались кто куда: кто-то пошел домой с друзьями, а нескольких счастливчиков забрали родители.

Дэр сложил свою амуницию в шкафчик, забросил сумку через плечо и пошел к полноприводному «форду» цвета черный металлик. Он кинул сумку в багажник, захлопнул пыльную крышку и направился к фонтану, чтобы сполоснуть руки.

Только он повернул обратно, как на тротуаре столкнулся с бегуном. Он поднял руки, чтобы защититься от неизбежного столкновения, и понял, что его ладони уперлись в женскую грудь. Мягкую, круглую, большую грудь.

Его тело тут же отреагировало.

— Простите, — пробормотал Дэр и сделал шаг назад.

— И вы простите, совсем не смотрю, куда бегу, — раздался знакомый голос.

Дэр удивленно посмотрел на Лиссу, вынимавшую из ушей наушники от плейера.

— Лисса!

— Вы! — одновременно с ним воскликнула Лисса.

Дэр посмотрел в ее глаза цвета кофе, и их взгляды встретились. Такая близость к Лиссе настолько ошеломила его, что Дэр чуть было не шлепнулся на асфальт. На ее груди остались влажные отпечатки его пальцев, и он не мог не замечать этого. Дэру пришлось отвести взгляд, чтобы не усугублять ситуацию.