— Дурачком прикинулся? Дело твое. Не хочешь подождать освобождения брата мисс Макнайт? Она ждет его в вестибюле.

Дэр стиснул челюсти, но это не уняло его головную боль.

— Какое мне до них дело? — Да, он и в самом деле прикидывается дурачком. Но с чего он должен признаваться в своих чувствах и делать себя объектом насмешек Сэма?

— Я же вижу, как ты смотришь на нее, дружище. Только слепой дурак мог этого не заметить. — Сэм навалился на стол и бросил на Дэра взгляд, будто вот-вот отпустит неуместную шуточку.

Вот и замечательно. Никому не надо ни в чем признаваться. Очевидно, его чувства были пришиты к униформе, точно погоны.

— Ты, наверное, заметил, что она не разделяет твоих сантиментов?

— Бог мой, вы, мужики, такие идиоты! — Это произнесла Кара Хартли, полицейский и хороший друг. Они любили работать вместе, а в выходные вместе отдыхать.

— Откуда ты взялась? — спросил Дэр.

Кара засмеялась, ее хвостик разметался по плечам.

— Я притаилась рядом и подслушивала, как вы двое рассуждали о Лиссе Макнайт. Какие же вы оба дураки!

Дэр покачал головой и с трудом удержал стон.

— Мне совершенно не интересно, что ты думаешь на этот счет.

— Придется послушать. — Кара прижалась к нему бедром. — Ты думаешь, что она не замечает тебя. Но ты ошибаешься.

Дэр удивленно моргнул. Ухмылка Сэма стала такой широкой, что Дэр удивился про себя, как его физиономия до сих пор не треснула. Он вовсе не нуждался в их советах в таком деликатном деле.

— Почему она должна хорошо относиться к тебе? Ты арестовываешь ее брата, и ей всякий раз приходится вызволять его. Не думаю, что она захочет встречаться с тобой после такого.

Дэр почувствовал, как вновь заныли мышцы спины.

— Мы можем не обсуждать это?

— Нет. Тема вынесена на обсуждение, и покончено с ней будет тогда, когда я решу. Что, если ты… я не знаю… попробуешь изменить свое отношение? Что-то подсказывает мне, что она может… — Кара повела бровью.

Несмотря на то что ему не хотелось распространяться на эту тему, Дэр задумался над ее словами.

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросил Сэм Дэра. — Что в словах нашей девочки есть здравый смысл?

Кара посмотрела на Сэма и надула губки.

— Я не ваша, — проворчала она. Кара была верна себе и не терпела снисходительности к ней как к женщине ни в каком случае. Такое отношение крайне раздражало ее.

— Я ничего не думаю, — ответил Дэр. Выносить свои чувства на обсуждение он не собирался.

— Просто помни, что ты можешь подойти к этому с другой стороны. Если захочешь. — Кара пожала плечами.

— Это подсказывает тебе твоя женская интуиция? — спросил Сэм. — Кара у нас спец по интуиции, — напомнил он другу.

Кара усмехнулась, одобрительно кивнув:

— Спасибо за комплимент, Сэм. Я даже готова забыть твою грубую шутку в мой адрес. Еще я могу позволить вам угостить меня «У Джо» в ближайшую среду. — Обычно они ходили в этот клуб по четвергам, когда девушкам был бесплатный вход, поскольку в этот день у них у всех был выходной.

Дэр засмеялся, но Сэм был прав. Интуиция Кары, как на работе, так и вне ее, всегда была на высоте.

— Какие планы? — спросил Сэм у Дэра.

Тот закатил глаза.

— Как я уже говорил, я собираюсь домой.

— Но… — Кара покачала головой. — Не важно, поступай как знаешь. Никто не слушает меня, даже когда я права.

Дэр усмехнулся:

— Ладно, раз уж ты уходишь, я иду с тобой. У меня сегодня тоже выходной. Ты идешь, Сэм?

Он покачал головой:

— Нет, пока не отпущу Макнайта под залог. Увидимся завтра, ребята.

Дэр кивнул Сэму:

— Пока.

Он направился к выходу вместе с Карой, которая болтала о предстоящих выходных и фестивале пожарных, где у них будет выставлена урна для пожертвований на молодежный центр, в котором все трое работали добровольцами. Дэр посмеялся над ее шуткой, в очередной раз восхитившись ее чувством юмора, но даже в обществе Кары он ни на минуту не забывал о Лиссе, которую он заметил, выходя из участка. Лисса сидела в одиночестве, ожидая освобождения брата, и выглядела одновременно сердитой и обеспокоенной. Никогда еще Дэр не испытывал ничего подобного ни к одной женщине.

Лисса ждала Брайана и барабанила пальцами по сумочке. Она бы не удивилась, если бы в полицейском участке у ее брата появилась именная камера — слишком часто он оказывался здесь. При одной мысли об этом у нее начинало крутить живот.

Лисса покачала головой и подавила стон. «По крайней мере будь честна сама с собой», — пробормотала она. Арест брата был не единственной причиной ее плохого самочувствия.

Причина была в Дэре Бэрроне. Полицейском, который всегда оказывался рядом, если ее брат попадал за решетку. Привлекательный мужчина, смотревший на нее то как на самую аппетитную штучку в округе, то как на убогую с другой планеты.

Как будто Лисса сама не знала, что делает! Она все прекрасно знала. Но у нее не было выбора, ведь Брайан был частью ее семьи. К тому же она была его должницей.

Как бы там ни было, Лисса не обязана была отчитываться перед Дэром, даже если он прикидывался «большим плохим полицейским». Да, его темные волосы с золотыми прядями и великолепные карие глаза заставляли ее таять. Но это вовсе не означало, что Лисса должна оправдываться перед кем бы то ни было. И пусть раньше все было по-другому, но теперь она повзрослела и в состоянии отстоять свою независимость.

Лисса поднялась на ноги, раздраженная долгим отсутствием брата. Она не могла понять причину такой задержки, ведь адвокат уже сделал свою работу, и освобождение было лишь вопросом времени, так почему так долго?

Вдруг Лисса услышала свое имя, произнесенное низким мужским голосом. Она обернулась в надежде увидеть брата, но вместо этого увидела Дэра с прелестной женщиной-полицейским. Лисса знала, что ее имя Кара Хартли. Каре было двадцать восемь, она была на год младше Лиссы, Дэру же было двадцать шесть. Кара и Дэр шли рядом и смеялись.

Лисса почувствовала укол ревности, и ее без того бедному желудку стало еще хуже. Ее уже не интересовало, была ли между ними дружба или нечто большее, ее братец и так доставил ей много хлопот. Так что роман с одним из лучших мужчин Серендипити явно не входил в планы Лиссы.

Появление брата отвлекло Лиссу от раздумий, и она шагнула навстречу ему. Судя по всему, он был уже трезв, вел себя довольно замкнуто, а при виде Лиссы погрустнел еще больше. Когда она подписала все необходимые документы, они вместе направились к выходу. В животе у Лиссы заурчало, и тут она вспомнила, что провела в суде и полицейском участке большую часть дня.

Они сели в машину, и только тогда она обернулась к брату.

— Голоден? — спросила Лисса.

Он кивнул:

— Да, но больше всего мне хотелось бы принять душ. Не могу никуда идти в таком виде.

Нашел о чем волноваться.

Его офисная рубашка была помятой и грязной, как будто последние сутки он беспробудно пьянствовал. Но Лисса видела его утром на работе в архитектурном агентстве Макнайтов, которое основал еще ее дед и в котором работал и Брайан. Ее брат был бухгалтером, а это большая ответственность. Но ее дед еще при жизни распорядился, чтобы Брайан не занял должность руководителя, чтобы за ним было кому присмотреть.

— Ты можешь отвезти меня домой, а когда я приму душ, отправимся куда-нибудь пообедать, — сказал Брайан.

«Без намеков», — подумала Лисса.

Она крепче сжала пальцами руль.

— Как насчет того, чтобы забросить тебя домой, оставить там и съездить пообедать, как делают все нормальные люди? Ты сам можешь позаботиться о себе. Я внесла за тебя залог, Брайан, разве этого недостаточно?

Он сжал ее руку.

— Я знаю. И я ценю это, Лисса Лу! — Это прозвище вернуло ее в их детство, когда Брайан впервые посмотрел фильм «Гринч — похититель Рождества».

Лисса тогда носила хвостик, чем походила на Синди Лу. Тогда ей нравилось такое прозвище, теперь же оно напоминало ей о брате, которого она потеряла. Лисса не могла точно сказать, когда он выбрал неверную дорогу. Наверное, когда Брайан стал подростком, тогда проблемы и настигли его. Или он сам нашел себе неприятности.

Лисса сжала челюсти и только после этого смогла произнести:

— Если ты ценишь это, может, посмотришь повнимательнее в зеркало? — Она опустила козырек, в котором было зеркало, так чтобы он мог видеть свое отражение. — Кто ты и что ты сделал с моим братом? — мягко спросила она.

Брайан покачал головой и поднял козырек обратно.

— Ты же знаешь, какие кретины полицейские в этом городе, — пробормотал он. — Они цепляются ко мне.

Она повела бровью.

— Почему тебя не было в офисе днем? — спросила Лисса, пропуская мимо ушей его дурацкую отговорку.

— У меня был деловой обед.

— В баре «У Джо»? — с сарказмом спросила она.

— Нет ничего плохого в том, чтобы угостить клиента выпивкой.

— Что за клиент? И с каких это пор должность бухгалтера обязывает судачить за выпивкой с клиентами?

Брайан что-то недовольно буркнул.

— Я не обязан отчитываться перед тобой, — ответил он, скрестив руки на груди и уставившись в окно.

Лисса снова пропустила его слова мимо ушей: все равно спорить с ним бесполезно. Кроме того, они почти приехали домой.

Дом на холме Лисса увидела издалека, он был местной достопримечательностью и виден со всех сторон, горделиво и величественно возвышаясь на фоне затянутого облаками неба. Было время, Лисса часто приезжала сюда, здесь жила ее подружка Фейт Харрингтон, с которой они вместе выросли. Родители Фейт жили в этом доме до прошлого года, пока ее отца не посадили в тюрьму за жульничество с инвестициями и Итан Бэррон, брат Дэра Бэррона, не приобрел дом на аукционе Комиссии по ценным бумагам[1].