— Хорошо. А теперь прошу меня простить.

В то же мгновение она скользнула за бак, и Долорес опять принялась извиняться:

— Простите, Кейси такая…

Зеб не дослушал, хотя именно это ему и было интересно. Какая она? Что о ней думают другие сотрудники пивоварни?

С удивлением для себя он осознал тот факт, что восхищается этой Кейси Джонсон. Руководить процессом пивоварения сложно, особенно юной леди. А она лет на двадцать моложе, чем любой другой рабочий, которого Зеб сегодня видел.

— Она просто слишком молода, — закончила Долорес фразу, начало которой он не слышал.

Зеб кивнул. На фоне его секретарши сложно быть старой.

— Но она настоящий трудоголик, — убеждала Долорес.

— Предупредите отдел кадров о наборе персонала, — сменил тему Зеб. — Пусть обеспечат ей всю необходимую помощь.

Глава 4

Глядя на взволнованные лица своих замов, вице-президентов, начальников департаментов и прочих новых коллег, Зеб ехидно ухмыльнулся.

— Спасибо всем, что пришли, — поблагодарил он присутствующих.

Эти люди сидели за длинным переговорным столом в его кабинете. До пресс-конференции оставалось двадцать минут, и Зеб решил собрать своих помощников заранее.

Все они были встревожены, и это легко объяснялось. Зеб попросил каждого оставить сотовые телефоны Долорес, и по всему было видно, что для многих из них это серьезное лишение. Только один человек из собравшихся казался уверенным в себе.

Кейси Джонсон.

Сегодня она выглядела как управленец, а не как рабочий. Отметив это, Зеб криво улыбнулся. Ее волосы были забраны в тугой пучок, а сама она была одета в светло-фиолетовую блузку и облегающие брюки. Если бы не сеточный шрам на щеке, Зеб мог бы усомниться, что именно эта женщина врывалась недавно к нему в кабинет.

— Я скажу вам те же слова, что совсем скоро скажу журналистам, — продолжил Зеб. — От каждого из вас в частности и от всех вас вместе я жду поддержку. Мне нужна сплоченная команда. Пивоварня «Бомонт» не только воскреснет, но и станет сильнее, чем когда-либо.

На этих словах Зеб взглянул на Кейси. Она подняла брови и выдала рукой жест, который можно было трактовать как «да-да, продолжай».

Что он и сделал.

— Хардвик Бомонт был моим отцом.

Как и ожидалось, весь кабинет будто вздрогнул и зашептался в недоверии. Зеб вновь посмотрел на Кейси и заметил недоумение в ее взгляде. Ее явно удивляло, что остальные не заметили сходства. Вот почему она уникальна, но сама этого не замечает. Все остальные видели в нем просто чернокожего из Атланты, набитого деньгами.

Кто-то заметно помрачнел, другие были шокированы. А ведь это только начало.

— Некоторые из вас уже познакомились с Дэниелом Ли, — продолжил Зеб, показывая на стоящего у стены Дэниела. — Это не только наш новый маркетинг-директор. Дэниел также один из сыновей Хардвика. Поэтому когда я скажу журналистам, — говорил Зеб, игнорируя второй круг шепота, — что пивоварня «Бомонт» снова в руках Бомонтов, поддержите меня. Всю эту неделю мы с вами знакомились. Я знаю, что Чедвик Бомонт, мой брат по отцу, руководил компанией с фамильной честью. И я обещаю вам, что мы восстановим эту честь, несмотря на то что моя фамилия не Бомонт. Так могу ли я рассчитывать на вашу поддержку?

Зеб встретился глазами с Кейси. Она переводила взгляд с него на Дэниела, определенно улавливая сходство.

Шепот в кабинете набирал громкость, грозя превратиться в бурю. Зеб ждал. Он не станет спрашивать второй раз: это признак слабости. А слабость не присуща большим начальникам.

— Чедвик знает о ваших планах?

Зеб не видел, кто задал вопрос, но, судя по голосу, кто-то из старейшин. Возможно, кто-то, кто застал не только Чедвика, но и Хардвика.

— Скоро узнает. В настоящее время Чедвик наш конкурент. Я желаю ему успехов, но, уверяю вас, сюда он не вернется. Теперь это моя компания. Подробности я расскажу, когда соберется пресса, но уверяю, что успех ждет и нас. И мы будем варить новые сорта пива, — сказал Зеб, глядя в сторону Кейси. — А благодаря богатому опыту Дэниела, у нас будет новая маркетинговая стратегия.

— Последний директор чуть с землей нас не сровнял! — выкрикнул тот же голос.

— Последний директор не был Бомонтом, — парировал Зеб. Он видел сомнение в глазах сидящих за столом начальников. Еще большее сомнение читалось во взглядах стоящих по кругу рабочих.

Зеб знал, что в понедельник на его столе будет несколько заявлений об увольнении.

— Что требуется от нас? — спросил все тот же голос, и Зеб отметил себе узнать его имя.

— Как я уже сказал, мне нужна ваша поддержка.

Когда все сотрудники направились к двери, чтобы на выходе из здания сделать групповое фото для прессы, Зеб направился в личный туалет. Перед пресс-конференцией неплохо бы умыться. Однако, выйдя из туалета, он увидел, что один сотрудник все еще сидел за переговорным столом.

Разумеется, Кейси Джонсон.

По какой-то неведомой причине в груди Зеба кольнуло.

— Как я выглядел? — спросил он и сам удивился своему вопросу.

Ему не нужно ее одобрение. Так почему же он спросил?

Кейси склонила голову набок, словно изучая его.

— Неплохо, — наконец ответила она. — Но вы можете потерять весь отдел маркетинга.

Зеб поднял брови. Интересно, это из-за Дэниела или из-за него самого?

— Вы уверены в своих действиях? — спросила Кейси.

— Вы умеете хранить тайны, мисс Джонсон?

— А вы?

Зеб редко нервничал. Но сейчас ему понадобился весь актерский талант, чтобы разыграть спокойствие. Общение с начальницей пивоваренного цеха определенно выбивало его из колеи.

— Я принимаю ваш ответ как отрицательный. Вы не умеете хранить тайны, — заключил Зеб, прежде чем Кейси успела возразить. — Но я доверяю варение своего пива молодой даме, имеющей проблемы с общением, в то время как любой другой президент компании предпочел бы ей более опытного пивовара. Все потому, что я верю в вас, мисс Джонсон. Верьте и вы в меня.

Кейси плохо играла в покер. Прежде всего, потому, что не умела блефовать. Ей захотелось разорвать заносчивого директора за то, что указал ей на проблемы с общением. Но сразу за этим последовал комплимент, и случилось странное.

Она покраснела.

Это был не тот красный румянец, который Зеб уже имел шанс видеть. Сейчас это был деликатный, легкий цвет смущения.

— Вы в меня верите?

— Вчера я пил наше пиво. А раз вы уже год во главе пивоваренного цеха, я предположил, что сварили его вы. Так что — да, я верю в ваши способности.

Губы Кейси разомкнулись, и Зеб едва сдержался, чтобы не наброситься на нее с поцелуем. В это мгновение она была неотразима.

Но Зеб быстро отмел эту мысль. Что, черт возьми, с ним сегодня творится? До встречи с толпой журналистов считанные минуты. Целоваться с кем-то, особенно с начальницей цеха, самая неподходящая идея. Особенно учитывая ее несдержанность и в каком-то смысле невоспитанность.

Неужели он такой же, как его отец?

И все же Зеб не смог устоять на месте. Он сделал несколько шагов к Кейси и заметил, как потемнели ее зрачки.

— Не подведите меня, — низко проговорил он.

Зеб так и не узнал, что бы она ответила, потому что в ту же секунду дверь приоткрылась, и Дэниел просунул внутрь голову:

— Мисс Джонсон, мы вас ждем.

И мисс Джонсон пошагала к двери, но возле нее вдруг остановилась:

— А вы не подведите компанию, мистер Ричардс.

Итак, он в нее верил. И в свете этого Кейси было крайне не по себе. За свое поведение в течение их двух предыдущих встреч. Зеб Ричардс не был знаком с ней, а значит, именно тогда сложил свое первое впечатление.

Но ведь уже после этого он признался, что верит в нее.

Возможно, он сказал это для красного словца. Мужчина с такой внешностью и в таком положении однозначно знает, что и когда сказать женщине.

И журналистам тоже. А вопросов на пресс-конференции было предостаточно. Но все их можно так или иначе свести к двум: «Как вы докажете, что Хардвик Бомонт ваш отец?» и «Сколько у него незаконнорожденных детей?».


Кейси наблюдала за Зебом Ричардсом. Журналисты локтями пробивали дорогу к сцене, как будто нахождение в первом ряду гарантировало ответ на вопрос. И хотя все давление было на Зеба, страшно почему-то было Кейси. Зеб же стоял за трибуной, глядя на репортеров так, словно они — облепившие его в летний вечер комары. Это впечатляло.

Когда он говорил о планах на компанию, Кейси невольно вспомнила прошлое. Когда она устроилась в пивоварню, Хардвик Бомонт был уже стариком. А голос Уолли Уинкинга — старого пивовара, говорившего с немецким акцентом, — до сих пор иногда звучал в голове Кейси. Как-то он сказал, что она похожа на его внучку. А еще он советовал ей никогда не оставаться с Хардвиком один на один. Кейси так и не спросила почему.

Сегодня она уже второй раз осталась один на один с Зебом. И он сказал, что уважает ее. Как человека и как пивовара. И это роднило Зеба с его братом Чедвиком.

Ее отец будет счастлив и горд. Сказать, что Карл Джонсон сделал все для ее карьеры, — это не сказать ничего. Он постоянно волновался, что Кейси потеряет работу. И в последний год этот страх усилился втрое. Отец оберегал свою дочь — иногда слишком навязчиво. Это было приятно и раздражало одновременно.

Кейси не сказала ему о пресс-конференции. А завтра он увидит ее в газетах с другими рабочими позади Зеба Ричардса. Отец сочтет это чуть ли не предательством. Уж слишком щепетильно он относился ко всему, что связано с пивоварней и семьей Бомонт в частности. Значит, как только Дэниел Ли вернет всем телефоны, она отправит отцу сообщение.