Сара М. Андерсон

Истинный вкус страсти

Глава 1

Джамал повернулся с водительского кресла лимузина:

— Ты точно к этому готов?

Зеб Ричардс невольно улыбнулся:

— Я родился уже готовым к этому.

Зеб не лгал. Сейчас, по прошествии стольких лет, он наконец получил то, что по праву всегда принадлежало ему. Пивоварня «Бомонт» до недавнего времени была собственностью семьи Бомонт. Это гордость и история семьи длиной в сто двадцать пять лет. Гордость и история, которой Зеб был лишен.

Он — Бомонт по крови. Хардвик Бомонт приходился ему отцом. Но Зеб не имел никаких прав на наследство. Хардвик выписал его матери — Эмили — чек на крупную сумму, когда узнал, что та забеременела. И заставил навсегда уехать из города. А семья Бомонт не признавала не только родство с ним, но и сам факт его существования.

В какой-то момент ему это надоело. Долгие годы он продумывал план по возвращению того, что принадлежит ему по закону. И вот пришел час воплотить этот план в жизнь.

Джамал Хитченс — правая рука Зеба. Друг, водитель и охранник одновременно. А еще повар, умеющий печь потрясающие шоколадные печенья.

— Уверен, что мне не надо пойти с тобой? — спросил Джамал.

Зеб отрицательно покачал головой:

— Без обид, но ты их только распугаешь. Мне нужны не напуганные, а послушные сотрудники.

Джамал видел глаза Зеба в зеркале заднего вида. Момент молчаливой мужской солидарности.

Припарковавшись возле головного офиса, Джамал вышел из машины и открыл дверь Зебу. С этого момента Зеб должен был стать полноправным Бомонтом.

— Ты совсем не волнуешься? — поинтересовался Джамал.

Нет, Зеб не волновался. К чему волнение, когда все происходит по справедливости? При поддержке Джамала Зеб превратился из сына парикмахерши в единственного владельца инвестиционной компании «Зора», основанной им самим. Он заработал миллионы долларов без какой-либо помощи великих Бомонтов. Зато с помощью — опять же — Джамала.

А вот перенять семейный бизнес — только его задача, и не стоит вмешивать старого друга.

— Если понадобится помощь, я пришлю сообщение, — сказал Зеб, хлопая Джамала по плечу. — А ты пока посмотри дома.

В Денвере им нужно где-то жить. «Зора», компания Зеба, по-прежнему имела головной офис в Нью-Йорке — на случай, если он по какой-то причине лишится прав на пивоварню. Но купить дом здесь — значит дать сигнал, что Зеб Ричардс собирается осесть здесь надолго.

— Есть, босс, — хлопнул в ладоши Джамал. — Лучшую жилплощадь в городе?

— Разумеется. Главное, чтобы лучше, чем у Бомонтов.

С этими словами Зеб вошел в холл пивоварни «Бомонт». Он не предупреждал о своем приезде. Специально, чтобы увидеть реакцию сотрудников, не знающих о прибытии нового владельца.

И все же Зеб знал, что сейчас он представляет собой странное зрелище: афроамериканец, идущий по зданию так, словно все здесь принадлежит ему. Что по факту так и было. Конечно, сотрудники знали, что их новый босс — Зебадьях Ричардс. Но кто из них видел, как он выглядит?

Женщина на ресепшен поднесла к уху телефон, словно собираясь вызвать охрану. Но коллега шепнула ей что-то на ухо, и у той округлились глаза. Больше подозрений ни у кого не появилось. Зеб шел вперед, а вокруг него, казалось, стихали даже звуки. Сам он еле сдерживал улыбку. Значит, здесь знают, кто он. И наверняка все читали о нем самые разные слухи и сплетни.

Зебадьях Ричардс скупал фирмы на грани банкротства, реструктурировал их и продавал с крупной наценкой. «Зора» принесла ему не только миллионы, но и репутацию расчетливого, даже безжалостного бизнесмена.

В бизнесе такая репутация только на руку. Хотя на самом деле Зеб вовсе не безжалостен. Скорее, проницателен. Он четко понимал, что сотрудники пивоварни скучают по Чедвику Бомонту — предыдущему директору.

Это не Зеб сместил Чедвика. Он лишь воспользовался неразберихой, вызванной продажей пивоварни конгломерату «Аллбев». И когда заместитель Чедвика — Итан Логан — запутался в документах, Зеб убедил владельцев «Аллбев» продать пивоварню ему самому.

Так что теперь ему принадлежала компания с напуганными и отчаявшимися сотрудниками. Впрочем, большинство из них ушло за Чедвиком Бомонтом на его новую пивоварню «Першерон драфтс». Многие нашли другую работу или просто отправились на пенсию.

Зато те, кто остался, вынуждены были держаться за пивоварню изо всех сил. Именно им уже нечего было терять. А значит, они — самые опасные. Зеб видел таких сотрудников в других разорившихся компаниях. Обычно его это не беспокоило. Знакомство с ними всегда было мимолетным. Но в этот раз все по-другому. Пивоварню он хотел сделать своей навсегда. Он дорожил этим местом, у которого была своя история. Потому что это и его история тоже.

И теперь, находясь в этом здании, ему хотелось поднять руки к небу и воскликнуть: «Посмотрите на меня!»

Бомонты уже не смогут делать вид, что его не существует. А он не будет вынужден скрывать принадлежность к именитому роду.

Слух о приезде Зеба, видимо, уже дошел до высших кабинетов, потому что полная женщина в конце директорского крыла ждала его стоя и нервно глотала воздух.

— Мистер Ричардс, — сказала она, заикаясь. — Мы не ждали вас сегодня.

Зеб понимающе кивнул. Ему нет смысла объяснять причину такой таинственности.

— А вы, простите, кто?

— Долорес Хан, — ответила женщина. — Ваш исполнительный помощник. Иными словами, секретарь. — Она то нервно сжимала ладони перед собой, то вытягивала руки по швам. — Добро пожаловать в пивоварню «Бомонт».

Зеб снисходительно улыбнулся. Его помощница попала в затруднительное положение, но старалась сохранять лицо.

— Спасибо.

Долорес откашлялась.

— Может, вы хотите осмотреть все именно сейчас? — предложила она, и Зеб понял, что Долорес ему нравится.

Но сейчас он ей этого не покажет. Он пришел сюда вовсе не за тем, чтобы строить глазки симпатичным сотрудницам. Прежде всего, стоило думать о бизнесе.

— Позже, — ответил Зеб и направился в свой новый кабинет.

Закрыв за собой дверь, Зеб прижался к ней спиной. Все это происходит по-настоящему. Годы выжидания, наблюдений и составления плана не прошли даром. Ему хотелось смеяться в голос. Но Долорес, скорее всего, стоит с другой стороны двери, прислонившись к ней ухом. И маниакальный смех — это не то, что ей нужно слышать в первый день его работы.

Зеб осмотрел кабинет. Он читал о нем, видел его фотографии. Но стать частью истории своей семьи — это совсем другое. Чувствовать себя здесь на своем месте — такое не сразу дается.

Здание было построено в сороковых годах прошлого века дедушкой Зеба — Джоном. Стены кабинета отделаны панелями из красного дерева, покрытыми лаком до блеска. Встроенный бар с огромным зеркалом занимал одну из стен полностью. В углу — неподвижные барные стулья с ярко-красными кожаными сиденьями. Кофейный столик на колесиках остался с тех времен, когда прапрадедушка Зеба Филип Бомонт ехал в вагоне-тележке по плато Великих равнин в Денвер. Чтобы в 1880 году открыть здесь пивоварню.

Все здесь дышало достатком, необычайной роскошью и историей. И пусть только кто-нибудь скажет, что это не его история!

Зеб подошел к столу и включил компьютер — разумеется, самый современный. Бомонты ничего не делают наполовину. Это есть и в его крови.

Он лишь на четыре месяца младше Чедвика Бомонта. И он тоже мог бы ходить сюда в детстве — учиться бизнесу у отца, а не кружиться то и дело возле парикмахерского кресла матери. Но Хардвик не женился на его маме. Он не женился ни на одной из своих любовниц, но Эмили Ричардс — особый случай.

Эмили была черной.

Вот почему само существование Зеба было сущим кошмаром для Бомонтов.

Он нажал на кнопку интеркома, и после недолгого жужжания услышал голос Долорес:

— Да, сэр?

— Организуйте пресс-конференцию в эту пятницу. Я хочу официально заявить сотрудникам и прессе о своих планах на пивоварню.

— Да, сэр, — ответила Долорес, выдержав паузу. — Пресс-конференция должна пройти здесь?

— Прямо на входе в здание, — распорядился Зеб. — Долорес, и еще…

— Да, сэр.

— К концу завтрашнего дня мне нужны резюме всех сотрудников пивоварни.

Снова пауза, на этот раз дольше. Зеб представил, что сейчас выражает лицо Долорес.

— Да, сэр. Но могу я узнать причину?

— Разумеется. — Зеб медленно выдохнул, нарочито добавляя в диалог напряжения. — Каждый должен подтвердить, что достоин работать в этой компании. В том числе и вы.

— Кейси!

Услышав голос Ларри, Кейси Джонсон так дернула головой, что ударилась о дно пятнадцатого бака. Выходя из-под него, она потирала ушиб.

— Что такое?

Ларри Качински — мужчина средних лет, с пивным животиком, что вполне объяснимо, учитывая сферу его работы. Обычно бодрый и всегда готовый обсудить любой бейсбольный матч, сегодня он казался взволнованным.

— Новый директор, — проговорил Ларри. — Он здесь.

— Рада за него, — ответила Кейси, глядя на пятнадцатый бак, как ни в чем не бывало. Это второй новый директор менее чем за год. Скорее всего, и этот протянет недолго.

Сейчас куда важнее этот проклятый бак. Обязанности пивовара — не только варить пиво, но и контролировать исправность оборудования. А ненавистный пятнадцатый бак неисправен уже третий день.

— Ты не поняла, — выпалил Ларри прежде, чем Кейси вернулась под бак. — Он пришел меньше часа назад и уже выдал приказ.