Гибель Янна в шторме жизни — более достойный исход, чем унижения беспомощной старости — расплаты за страх перед миром. Такова суровая диалектика лучших романов Лоти, навеянная размышлениями писателя о человеке и его земном назначении.

Восьмого апреля 1973 года в речи, произнесенной в Рошфоре от имени Французской академии по случаю пятидесятилетней годовщины со дня смерти Пьера Лоти, академик Этьен Жильсон задался вопросом: «Почему Лоти писал? На листах почтовой бумаги, которой Лоти пользовался для переписки, в верхнем левом углу были выгравированы слова: „Я заколдовываю свое горе". Он заколдовывал свое горе, воспевая его».