В общем-то она доверяла Дэру, но расследование обнаружило некоторые семейные тайны Марсденов, и теперь она не имела права о нем рассказывать.

– Сядешь за руль? – Она кинула Дэру ключи от машины, чтобы сменить тему разговора.

– Конечно. – Он ловко поймал их. – Если тебе нужна помощь, ты только скажи.

– Скажу, можешь не сомневаться, – отозвалась Кара, понимая, что Дэр имеет в виду разговор с мэром. Она была благодарна ему за дружеские слова поддержки.

Сэм временно вышел из строя, мэр требовала результатов расследования… В этой ситуации Каре был необходим новый план действий. Следовательно, ей нужно было согласие напарника на его временную замену. Она еще не знала, кто сможет заменить Сэма, но твердо решила посоветоваться с ним на этот счет.

К счастью, остаток рабочего дня прошел довольно быстро, и в конце дежурства Кара и Дэр разошлись по своим делам. Она осталась в участке, чтобы выполнить кое-какую бумажную работу, а Дэра отослала домой, к жене. Кара все еще не могла поверить, что Дэр женат, однако была вынуждена признать, что Лисса Макнайт именно та женщина, которая нужна Дэру. Он всегда был беспечным и беззаботным другом Кары, но до появления Лиссы в его карих глазах время от времени загорались недобрые огоньки, которых, как ему казалось, никто не замечал. Кара была рада, что Лисса не только заставила его бороться со старыми демонами, но и подарила ему надежду на светлое будущее.

С одной стороны, она завидовала тем, кого дома ждали. С другой, помня своих родителей, хорошо понимала, как трудно найти того самого единственного человека, который тебе нужен. Уж лучше оставаться одной, чем жить с тем, в ком не уверена.

Тряхнув головой, Кара попыталась сосредоточиться на кипе документов, лежавших перед ней на столе, как вдруг почувствовала нависшую над ней тень немаленьких размеров. Встревоженно вскинув голову, она увидела стоявшего рядом Майка.

– Есть свободная минутка? – спросил он.

– Да… конечно.

Кара отложила в сторону ручку и взглянула на Майка.

– Надо поговорить с глазу на глаз, и пусть этот разговор останется между нами, – сказал он.

Что-то в его голосе заставило ее внутренне вздрогнуть, но она покорно поднялась из-за стола и пошла вслед за ним в его служебный кабинет.

– Это насчет какого-то дела? – спросила она на ходу.

– Нет, это личное.

Споткнувшись от неожиданности, она чуть не уперлась Майку в спину. Остановившись у двери, он жестом пригласил ее войти.

Осторожно обойдя Майка, она вошла в небольшую комнату, служившую кабинетом начальника полиции, мимоходом уловив мускусный запах его одеколона, который мгновенно воскресил в ее памяти ту жаркую ночь.

Закрыв за собой дверь, он прислонился к дверному косяку, сложив руки на груди.

Оставшись наедине с Майком, Кара почувствовала себя крайне уязвимой. Для женщины, умевшей противостоять любому преступнику, это говорило о многом.

– Так в чем дело, шеф?

– Тебе обязательно так меня называть? – буркнул Майк. – Когда ты ставишь между нами работу, я не могу сказать то, что хочу.

Кара недоуменно прищурилась. Насколько ей было известно, со дня его возвращения в Серендипити работа всегда стояла между ними. Его статус непосредственного начальника и прочие возведенные им же барьеры надежно держали ее на расстоянии. Кара понимала Майка без слов и умело притворялась, что его отчужденность ничуть ее не задевает. Еще ни один мужчина не вел себя с ней так холодно после расставания. Ей нечасто приходилось вступать в отношения на одну ночь, но она отлично понимала, что к чему, и умела получать удовольствие от секса, не примешивая к нему лишние эмоции. Ночь с Майком значила гораздо больше, чем одноразовый секс, хотя он сам упрямо отказывался признать это.

Не желая облегчить Майку начало разговора, Кара молчала, и вскоре в кабинете повисла тягостная тишина.

– Ты пригласил меня поговорить, – напомнила ему наконец она.

Майк тяжело выдохнул:

– Когда я вернулся и занял эту должность, я не уладил наши отношения, как это следовало бы сделать.

Его неожиданное признание удивило ее.

– Ты их вообще не касался.

– Ты тоже, – криво улыбнулся Майк.

Тут он был прав.

Она хотела уже ответить, но он опередил ее:

– Вернувшись в город, я должен был по крайней мере показать тебе, что помню о том, что между нами что-то было.

В его карих глазах мелькнуло сожаление и даже просьба о прощении.

– Что-то действительно было, – прошептала Кара. Вместо едва замечавшего ее начальника полиции она снова видела мужчину, которого пустила в свою постель.

Его горячий взгляд скользнул по ней, и между ними возникло несомненное сексуальное напряжение. Сердце Кары под этим взглядом стало таять, словно свеча. Однако она не была наивной девочкой и не собиралась принимать банальное извинение за начало нового этапа отношений. Хотя ей очень хотелось, чтобы это было именно так.

– Зачем же ты заговорил об этом именно сейчас? – спросила она.

– Сказать правду?

– Только правду, всегда только правду, – кивнула она.

Майк опустил голову и негромко проговорил:

– Сэм спросил, что бы я сделал с парнем, который поступил бы с Эрин так, как я с тобой.

Нет, не на такой ответ она рассчитывала. Значит, Майк решил вдруг позаботиться о ее чувствах, потому что на помощь ей пришел ее лучший друг Сэм.

Расправив плечи, она приготовилась выйти из кабинета с высоко поднятой головой.

– Успокойся. Я знала, на что шла, так что не волнуйся, – сказала она, гордая тем, что ее голос не дрогнул.

– Да? – растерянно заморгал Майк. Казалось, он был удивлен ее ответом.

А чего он, собственно говоря, ждал от нее? Вечной благодарности за то, что поступил как мужчина и взял ответственность на себя? Или он хотел, чтобы она прильнула к нему и умоляла дать еще один шанс? Этого не будет ни сейчас, ни когда-либо еще. Так решила Кара.

– Рад, что мы понимаем друг друга, – хрипло проговорил Майк.

Едва сдерживая эмоции, она сказала:

– Если это все, что ты хотел мне сказать, позволь мне закончить работу с документами.

И она направилась к двери, у которой, загораживая выход, все еще стоял Майк. Понимая, что мешает Каре выйти, он шагнул в сторону и открыл перед ней дверь. Она уже почти прошла мимо него, чувствуя притягательный запах и тепло его тела, но остановилась.

– Майк?

– Что?

– Скажи Сэму, чтобы он не волновался по пустякам. Я всегда знала, что ты не из тех парней, от которых можно чего-то ждать, – сказала Кара, уходя со всем достоинством, на какое только была в тот миг способна.

И лишь когда дверь кабинета закрылась, скрыв Кару от глаз Майка, она позволила коленям подогнуться и обессиленно опустилась в свое кресло, мысленно пообещав себе навсегда забыть об этом разговоре.

Майк Марсден остался в прошлом. На службе она будет образцовым офицером и относиться к начальнику с должным уважением. Но в нерабочее время… Она не станет больше осторожничать с ним, щадя его самолюбие. Нет, она будет сама собой. Только так у нее получится забыть навсегда и его, и ту ночь, которую они провели вместе.


«Я всегда знала, что ты не из тех парней, от которых можно чего-то ждать».

Он понимал, что Кара имела в виду. Он не только заслужил такое мнение о себе, он им гордился. Он никогда не связывал себя никакими обязательствами, если, конечно, речь не шла о членах его семьи. Как когда-то это сделал его биологический отец, Рекс Брансом, Майк удрал из Серендипити, как только представилась возможность, бросив семью и местное полицейское подразделение, куда успел поступить на службу.

Так же, как и его биологический отец, он причинил горе женщине, убегая из родного города. Впрочем, в отличие от матери Майка, носившей тогда под сердцем ребенка, Тиффани не была от него беременна. Майк был тогда слишком молод – ему едва исполнилось двадцать два, – чтобы разобраться в своих чувствах к Тиффани или в отсутствии таковых. Но в одном он был уверен наверняка – он никогда не собирался жениться на ней.

Майк вздрогнул при воспоминании о том, как использовал необходимость сбежать от Тиффани как предлог для того, чтобы удрать из родного города. Остановился он только в Атлантик-Сити, поступив на службу патрульным полицейским. Однако служить ему было скучно, и это заметил один из его начальников. Распознав в нем талант и умение находить верное решение в обход правил, он пустил в ход свои связи, и Майка перевели в особый отдел нью-йоркской городской полиции, где жизнь била ключом и скучать, равно как и уставать, было некогда.

Майк был доволен своей жизнью. Так почему же слова Кары продолжали болезненно отзываться в его сердце спустя целых два дня после разговора?

Что доставало его еще больше, так это необходимость навещать брата в квартире Кары, где все напоминало ему о проведенной там страстной ночи.

Припарковав свой «форд пикап» рядом с многоквартирным жилым домом, он вспомнил, как приехал сюда вместе с ней из бара Джо и поставил машину рядом с ее синим «джипом чероки». В обнимку они прошли в подъезд и поднялись к ней в квартиру. Она закрыла дверь и зажгла неяркий свет в прихожей. И в этот момент с него слетели все приличествующие джентльмену качества, коих было немного, по правде сказать. Майк всегда обладал здоровыми мужскими инстинктами, к тому же работа под прикрытием предполагала вынужденное воздержание. И все же это не вполне объясняло тот факт, что он прямо в прихожей стал страстно обнимать и целовать Кару.

Там, в баре, ему понравился ее смех, до сих пор звучавший у него в ушах. От него ему почему-то становилось легко на душе. Так легко, как никогда. Ему доводилось и раньше видеть сексуальных женщин в коротеньких юбочках и ковбойских сапогах, но когда Кара перегнулась через стол, чтобы пошептаться с подругой, Майк вдруг заметил, что на ней не колготки, а чулки. В это мгновение его прошиб пот, словно он впервые увидел женские бедра. То, что произошло потом, и вовсе не поддавалось разумному объяснению.