- Я пускаю слюни во сне, - испуганно сказала девушка, думая, что он точно уйдет, проклиная себя за глупость.

- А у меня плохо пахнет изо рта с утра, - усмехнулся парень, залезая под одеяло рядом с ней, тут же чувствуя тепло ее тела и нагретого одеяла. – Переживем? – лукаво спросил он.

- Переживем, - только и смогла ответить девушка, думая, что от его близости точно не уснет.

- Спокойной ночи, - тихо сказал Стас, притягивая ее лицом к себе в кольцо рук.

- Спокойной ночи, - так же тихо выдохнула девушка ему между ключиц, заставив все тело напрячься от охватившего возбуждения этим простым действием.

- Оль, - помедлив, начал парень, не любивший ходить вокруг обрыва долго. – Я тебя хочу, - прошептал он ей в ушко, заставив вспыхнуть, как спичку.

Все мысли вылетели из головы девушки. А что тут сказать? Давай…я не против… я тоже… действуй… не сегодня? Что? Любая фраза показалась нелепой, ненужной, лишней, не той. Оля затаила дыхание, всматриваясь в полумраке комнаты в любимые шоколадные глаза. Тонкие пальцы потянулись к подбородку парня, который, казалось, так же как она, забыл, как дышать. Большой палец мягко провел по гладковыбритой коже парня, оставляя след мурашек, замирая на шершаво-обветренной нижней губе. Оля все хотела что-то сказать, вымолвить самое важное, те самые слова, которые давно были не нужны, ответ был ясен. Он застыл на искусанных от нервов красных губах, плясал жгучим огнем в дымчато-серых широко распахнутых глазах, он витал в напряженном от страсти воздухе и остановившихся настенных часах.

Длинные немного шершавые пальцы Стаса выпутались из-под одеяла, так же безмолвно проводя по нежной коже острого подбородка любимой девушки. Большой палец парня мягко провел по контуру пухлых красиво вылепленных губ. Оля так и не знала, как ответить, как сказать все, что есть в душе, хотя Стас с загадочной улыбкой давно все понял. Руки парня и девушки делали, словно зеркальное отражение друг друга, будоража кожу, распаляя желания, убивая связные мысли, разжигая пожар сердец до вселенского пламени. Подавшись одновременно навстречу, Стас с Олей впились в губы друг друга с отчаяньем утопающих, словно первые люди на Земле, словно последние живые на Планете. За окном кружилась в танце вьюга, там где-то в Париже были родители, за стеной гуляла предновогодняя Москва, это все было там, далеко, не с ними, не сегодня. Мир жил рядом, но мир был далек. Сейчас все было не важно, кроме этих двоих. Оля обняла Стаса за шею, поддаваясь ближе, на что парень сильнее сжал ее в объятьях, целуя, неистово, жадно, чувственно, как будто в первый раз, как будто в последний. Языки сплетались, даря бесконечное дикое наслаждение, руки парня мягко, но настойчиво потянулись под футболку Оли, сжимая кожу, чертя рваные узоры по худенькой спине, обводя лопатки, а потом, просто задирая футболку, помогая окончательно избавиться от нее. В полумраке, девушка оторвалась от него на мгновение, замирая, сидя на кровати, прижав руки от смущения к груди, и смотря чуть ниже уровня его глаз.

Стас молча встал с кровати, на ее глазах стягивая вниз пижамные штаны, оставаясь в одних белых боксерах, и Оля чуть не ахнула, в темной комнате, рассматривая жилистое рельефное тело, красивое тату на руке, немного всклоченные светлые волосы. Не сводя с нее глаз, парень опустился коленями на кровать, все равно оставаясь значительно выше смущенной девушки.

- Оль, - прохрипел он вмиг осевшим голосом, беря ее пальцами за подбородок и приподнимая, заставляя заглянуть себе в глаза. – Ты…

Оля так и не узнала, что он хотел сказать, потому что, резко поднявшись, прижалась к нему, снова целуя, наваливаясь и опрокидывая несопротивляющегося парня на кровать. Неприкрытая ничем грудь девушки уперлась в накачанный торс парня, заставляя едва ли не рычать от желания. Руки исследовали тела, трогали, сминали кожу, оставляя небольшие синяки от страсти, прижимались теснее. Губы впивались в губы, потягивая, кусая, сводя с ума, доводя до исступления. Руки парня потянулись вниз ее спины, проходясь по копчику, исчезая за тканью ее нижнего белья, сжимая ягодицы. Оля лежала на Стасе, целуя его, трогая покатые плечи, чувствуя телом его возбуждение.

- Даже если ты скажешь ‘нет’, я не отпущу тебя, - прошептал он ей в шею, опаляя жарким дыханием, а затем оставляя засос на ней. – Я никогда не отпущу тебя.

Оля немного приподнялась над ним, вставая на четвереньки, заглядывая в глаза, смотря, как неровно вздымается его грудная клетка, путаясь, какое сердце стучит громче. Слова парня дарили счастье.

- И не надо…отпускать, мм… - Оля не договорила, потому что Стас, воспользовавшись ее положением, убрал одну руку с ягодицы девушки и коснулся ее между ног, заставив охнуть от неожиданности. Чуть поглаживая ее плоть сквозь ткань, парень с усмешкой наблюдал, как кривится ее лицо от наслаждения, как краснеют в неловкости и стыдливости щеки, и как непослушные губы выдают тихие молящие стоны, безмолвно прося продолжения.

- Стас…

- Что? – тихий вопрос, безобразно лукавая улыбка краешком губ.

Пальцы чуть надавливают, чувствуя, как тонкий хлопок становиться немного влажным от возбуждения девушки.

- Прекрати, - прошептала со стоном девушка, выгибаясь, как кошка, хотя тело умоляло продолжать.

- Да ну? – ехидно пропел парень, нагло оттягивая ткань и легонько надавливая подушечками пальцев на горячую возбужденную плоть.

Оля неосознанно застонала громче, тут же прикрыв рот рукой, но свободная рука парня потянула ее за кисть в сторону, переплетая свои пальцы с ее.

- Мне нравится слушать твои стоны, - прошептал Стас, приподнимаясь и проводя языком вокруг напряженного соска Оли, посасывая его, немного потягивая, влажно целуя, одновременно продолжая ласкать ее пальцами между ног.

У Оли не было времени ни смутиться, ни чтобы то ни было сказать. Глаза парня гипнотизировали, сбивчивое дыхание и чуть покрасневшие щеки обнажали его собственное желание.

- Я люблю тебя, - едва слышно застонала Оля, ощущая, как его пальцы делают невообразимые вещи с ней. А затем парень на ее глазах, убрал их и с наслаждением облизал, заставив девушку чуть не сгореть от смущения. – Ты, - начала она.

- Люблю тебя! – Стас резко приподнялся, обхватывая ее и переворачивая на спину, нависая сверху.

Губы парня выцеловывали каждый сантиметр ее тела, медленно опускаясь вниз с шеи до красивой груди. Пальцы девушки вплетались ему в волосы, губы шептали бессвязные слова.

Кровать Оли была довольно низкой, поэтому, не прерывая свои ласки, Стас опустил руку вниз, нащупывая свои пижамные штаны, чтобы достать из кармана презерватив.

Неожиданно парень посмотрел в такие любимые глаза, которые заволокло страстью, в ее распухшие от поцелуев губы и вдруг с удивлением для себя решил задать вопрос, который меньше всего хотел сейчас спросить.

- Оль, - слова давались с трудом, собственное возбуждение сносило крышу, но он из последних сил сдерживался и не желал быть с ней эгоистом. – Оль, я могу остановиться, - серьезно начал он, заглядывая ей в глаза, но больше всего хотелось продолжить. – Мы никуда не торопимся, я могу подождать еще, если ты…

Оля заткнула его поцелуем, решая проблему на раз.

- Куда подевалась твоя диктатура? – лукаво спросила она, отрываясь от его губ и проводя рукой по прессу вниз, останавливаясь на мгновение у ткани боксеров, а затем проникая пальцами под нее.

Стас на секунду опешил, широко распахнув глаза, и чуть не кончил, чувствуя ее тонкую руку сначала на своем паху, а затем на члене. Воздух вышибло из легких, разум захлопнулся, а парень буквально набросился на девушку, неистово целуя, сминая кожу своими руками, подминая под себя, вдавливая своим телом в пружинистый матрац. Стас, как мог, старался быть нежным, зная, что у нее это впервые, но Оля так сильно возбуждала, что терпеть больше не было сил. И сняв остатки одежды, парень зашуршал фольгой, а затем чуть развел ноги девушки, медленно входя в нее.

- Больно, - прошептала она, зажмурившись, чувствуя неприятные ощущения внутри.

Парень действовал как можно нежнее, шепча до одури приятные слова Оле, отвлекая поцелуями.

- Обещаю, это последний раз, когда я делаю тебе больно, - прохрипел Стас, целуя ее веснушчатый нос, щеки, губы, лоб, шею.

Оля лишь болезненно улыбнулась, немного расслабившись, позволяя ему войти до конца.

Стас аккуратно начал двигаться, продолжая целовать ее и успокаивать, боль отступила сначала на неприятные ощущения, а потом и вовсе ушла. Никаких фейерверков, как в дамских романах, не было, но это было вполне терпимо, а главное это был Стас. Это был любимый человек, это было здорово.

Изучив этот вопрос с медицинской точки зрения заранее, Стас знал, что в первый раз с девственницей нельзя долго заниматься сексом, и ни о каком неземном наслаждение с обоих сторон не может быть и речи. Поэтому парень, не кончив, остановился через несколько минут, понимая, что ей надо прийти в себя.

Выкинув резинку на пол, парень решил, что потом ее выбросит, а пока, просто полежит рядом с Олей в обнимку.

- Прости, - прошептал он, притягивая ее к себе, целуя в макушку. Безумно хотелось курить, но еще сильнее хотелось вот так просто лежать с ней рядом. Хотелось бросить мир к ее ногам, хотелось, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась.

- Я тебя люблю, - счастливо сказала Оля, доверчиво прижимаясь к нему теснее. – Тебе было неприятно?

- Что?! – Стас аж поперхнулся от неожиданности.

- Ты остановился, хотя ты…

- Дурочка! – Стас снова ее поцеловал, думая, какое же она – чудо. – Я и так сделал тебе больно. Все должно быть постепенно. В следующий раз так легко не отделаешься, - прошептал он ей в ушко, слегка подув. – И все, что касается тебя, мне нравится.