– У меня достаточно веры в нас, чтобы пройти через эту небольшую загвоздку.

Я нахмурилась с сомнением.

– Как ты можешь быть так уверен?

– Потому что после изгнания, властных родителей, пяти лет молчания и двухсот миль между нами, мы, наконец, делаем это прямо здесь, прямо сейчас.

– Трахаемся? – спросила я смиренно.

Он покачал головой.

– Занимаемся любовью. И Рокки, эта любовь будет тем, что поможет нам пройти через это. Это закроет расстояние, и что более важно, это поможет мне сдержать обещание.


Глава 32

Шесть месяцев спустя

– Эй! – я махала рукой из стороны в сторону, со слащавой ухмылкой на моем лице. Джесси смотрел на меня с такой же глупой улыбкой. – Как проходит твой день

– Лучше сейчас, когда ты здесь, – Джесси подвинул свой ноутбук, и мне стало лучше его видно. Солнце светило из соседнего окна, подчеркивая его недавно побритое лицо.

– Что случилось с твоим лицом? Мне нравились волосы! – я нахмурилась.

– Несчастный случай с бритвой. Не волнуйся, они снова вырастут, – пошутил он.

Это то, из чего состояли наши ночи. И наше утро. И вторая половина дня. Вообще-то, любое свободное время мы с ним проводили либо по телефону, либо в видеочате. Это полностью сделало дистанцию терпимой.

– Как работа? – я потянулась и положила картофельный чипс в рот, громко хрустя, прекрасно зная, что звук раздражает Джесси.

– Детка, серьезно?

Ухмыляясь, я поместила тонкую чипсу между верхним и нижним зубами, медленно кусая.

Он закатил глаза, но рассмеялся.

– Отвечаю на твой вопрос, на работе все хорошо. На самом деле, мы немного нервничаем из-за нашей новой хостесс, что приехала сюда, если ты понимаешь, о чем я.

– Да, жаль, что у Ханны не получилось, – солгала я.

– О, я вижу, что ты действительно переживаешь, – он подмигнул.

Я пожала плечами.

– Эй, я действительно не могу винить ее за то, что она ушла. Узнать, что единственная причина, по которой ты работаешь в компании – встречаться с кем–то другим, это отстой.

Он пытался сохранить суровое лицо, но не смог бороться со смехом, который вырвался.

– Мы никогда не сможем это доказать.

– О, девушка всегда знает, когда кто-то другой изучает ее мужчину.

– Кстати о девчачьих вещах, я вижу коробку цветочного дерьма там сзади, – он остановился и указал на камеру, виляя указательным пальцем вправо. – Ты видела мою квартиру? Похоже, что она приветствует цветы?

– Эй, если ты получаешь меня, то ты получаешь и мой стиль, – сказала я, в ответ дразня.

– Отлично, как раз то, что мне нужно. Розы, ромашки и прочее дерьмо, – хотя он звучал так, как будто у него болит живот, в его голосе не было никакого юмора. – Теперь, когда мы пришли к этой теме, как идет упаковка?

– Это... много, – призналась я. – Не думала, что столько вещей я накопила за эти годы.

– Я действительно хотел бы быть там, чтобы помочь тебе.

– Ну, ты будешь здесь через неделю, чтобы забрать меня. Тогда ты сможешь мне помочь.

– Не терпится.

После шести месяцев свиданий я, наконец-то, приняла важное решение переехать в Чарльстон. Хотя я знала, что он и Стефани были правы все это время, и я не решалась покинуть БэтлФоллс из-за того, что случилось со мной в университете, я думаю, мне нужно было выяснить это для себя. Кроме того, я думаю, что это немного безответственно переезжать к парню прямо сейчас. Даже если это парень, которого ты знаешь с детства.

– Как Стефани приняла твой переезд? – спросил Джесси.

Я грустно улыбнулась.

– Примерно так же хорошо, как ты думаешь. Она в депрессии, но, к счастью, она снова вместе с Девоном...

– Чувак из нашего пред-математического класса? – воскликнул он с широкими глазами.

– Что я могу сказать? Дэниел был неудачником, но мы с тобой живое доказательство того, что старшая школа может продолжаться и после окончания.

– Замечательно.

Я хихикнула.

– По крайней мере, этот парень хороший. Держит ее в напряжении.

– Это хорошо..., – Джесси кивнул на мгновение, а затем поморщился.

– Что такое?

– Как твои родители справляются с этим теперь, когда все ближе к прощанию? – он сжал лицо, так будто не желал знать ответ.

– Папа грустит, а мама... ну, гордится, я думаю.

– Гордится? Как так?

– Она всегда знала, что «Новинки Росси» – это просто работа для меня, и она всегда говорила мне дождаться достойного парня. Думаю, она наконец–то увидела, что это ты.

– Ты уверена, что это не кто-то другой?

Я выгнула бровь.

– А кто?

– Итан? – предположил он в хитром тоне.

– Тебе повезло, что нас разделяет компьютерный экран, иначе я бы стукнула тебя прямо в лицо.

– Я просто шучу. Но на самом деле, это здорово, что она видит это так. Учитывая их реакцию в первый раз, когда ты рассказала им, я думал, что никогда не увижу тебя здесь.

Мои глаза затуманились, когда я вспомнила тот роковой день. Это была редкая ночь, когда мы втроем были дома. После того, как мои родители оставили меня за главную, и я полностью испортила магазин, я думала, что они никогда не будут доверять никому достаточно, чтобы покинуть магазин снова. Как ни странно, они поняли, что Конвенция была на самом деле очень необходимым перерывом и решили нанять нового менеджера. Сдвиг в ответственности действительно помог их настроению, и я думаю, что это помогло и нашим отношениям.

Я вошла в столовую, когда мои родители заканчивали свой ужин. Как обычно, я решила поесть перед компьютером. Там был Джесси и мой способ разделить ужин вместе. Мой желудок сжимался, но я знала, что не могу больше задерживаться.

– Мама? Папа? Могу я с вами поговорить?

– Ты беременна? – глаза моей мамы расширились.

Опешив, я не могла не начать смеяться.

– Я не думаю, что это физически возможно.

– Новые технологии и…

– Мари, просто остановись, – папа неловко сместился и сделал мне предложение присесть. – О чем ты хотела с нами поговорить? Если ты спрашиваешь о повышении, мне, возможно, придется с этим не согласиться.

Я закатила глаза и вытащила стул, не торопясь присела.

– Ой-ой. Это должно быть важно, – папа вздохнул.

– Откуда ты знаешь? – я спросила смущенно.

– Мы твои родители. Я думаю, что после двадцати трех лет мы знаем, как тебя читать, – он протянул руку, чтобы схватить свою банку пива и лукаво добавил: – кроме того, обычно твой рот уже бы не замолкал. Тот факт, что ты молчишь, ну…

– Ха-ха, – я потянул стул вперед и положила локти на стол. Думала, что это дало мне ауру уверенности, которой мне очень не хватало. Я знаю, что большинство людей подумают, что я нелепа. Разве большинство детей не съезжают в возрасте восемнадцати лет? Дело в том, что я из итальянской семьи. Мы все связаны в бедре, и переезд – это гораздо большее дело, чем поймет большинство людей. Отчасти это было причиной, почему Эмили считалась белой вороной.

Мама выгнула бровь.

– Что случилось?

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула.

– Я... – я прочистила горло и постучала кулаком по груди, словно для того, чтобы перезапустить сердце. – Я хочу... я собираюсь съехать.

Молчание. Серьезно, это было так, как будто сверчки за нашими окнами услышали меня и сказали: «о черт!» и решили перестать играть свою мелодию. Мои родители просто сидели там и смотрели на меня, как будто я разговаривала с ними по-русски.

– Пожалуйста, скажите что-нибудь, – из меня вырвался спертый смех.

– Это имеет отношение к Джесси? – папа практически рычал.

– Да, отчасти, – я закрыла глаза, мысленно готовясь к натиску слов. – Я уже взрослая, и мне жаль, но ты знаешь, что я никогда не должна была оставаться в этом городе. Я хочу развиваться, исследовать и... рисовать снова.

– Развиваться, переехав к нему? Ты даже не замужем!

– Да ладно, папа! Это двадцать первый век. Ты не можешь использовать это против меня. Ведь Эмили...

– Эмили – причина, по которой мы так тебя оберегали, – моя мама закончила за меня.

Я медленно покачала головой.

– То, что она сделала, не было идеальным, но она счастлива с потрясающей семьей. Только не говори, что хочешь оградить меня от такого исхода.

Мама не хотела этого делать.

– Что заставило тебя прийти к этому решению? Ты когда-нибудь задумывалась о материальной стороне? Что ты собираешься делать с работой?

– Я собираюсь работать неполный рабочий день в ресторане Джесси и неполный рабочий день в галерее поблизости. Это поможет мне войти в колею и даст мне время снова рисовать.

– Мне это не нравится, – мой отец скрестил руки, как будто он был ребенком.

– При всем уважении, тебе не обязательно должно все нравится. Я достаточно взрослая, чтобы принимать собственные решения, и это то, что я должна сделать, – конечно, мое следующее действие было далеко не зрелым, но я не смогла удержаться. Я встала и извинилась, не дожидаясь их ответа. Какой в этом был смысл? Я знала, о чем они думают.

По крайней мере, я так думала.

Позже той ночью я услышал два стука в дверь моей спальни.

Я подняла голову с кровати.

– Входи.

Моя мама медленно открыла дверь и нерешительно шагнула внутрь.

– Могу я поговорить с тобой?

– Какой в этом смысл? Я уже знаю, что ты собираешься сказать, – пробормотала я.

– Рокки, ты должна понять меня с твоим отцом. Мы не хотим, чтобы тебе причинили боль.

– Эмили не пострадала, – напомнила я ей.

– Эмили повезло! – она закрыла глаза и покачала головой. – Излишне говорить, что мы всегда были немного осторожны с Джесси. Начиная со школы до проделок в магазине, мы всегда думали, что он плохой пример, – я невольно покраснела.