— Они полюбили друг в друга в первый же вечер, — уточнила Тереза, — и графиня рассказывала, как счастливо они жили до самой его смерти, а это случилось в прошлом году.

Ее голос слегка прерывался.

— Полагаю, папа, маркиз попросил ее сопровождать меня еще затем, чтобы дать ей возможность хоть немного отвлечься от своей утраты.

Сострадание в голосе Терезы растрогало сэра Хьюберта, и он сказал:

— Постарайся сделать все возможное, моя дорогая, чтобы ободрить ее. Мы так благодарны ей за то, что она согласилась представить тебя ко двору.

— Мне остается только надеяться, что я не разочарую тебя, папа! Я знаю, ты веришь в мой успех, и тебе будет слишком обидно, если никто не обратит на меня внимания.

— Тебе не стоит волноваться по этому поводу, — успокоил ее сэр Хьюберт.

Знание жизни давало ему основание несколько цинично оценивать ситуацию: даже если свет не будет потрясен красотой Терезы, он не сможет забыть, насколько она богата, будучи единственной его наследницей!

Маркиз отдавал распоряжения относительно их поездки в Стоук Пэлэс, Тереза делала покупки, а сэр Хьюберт отправился на лошадиные торги.

Он слышал, будто прибыли прекрасные лошади, и в самом деле не разочаровался, увидев их.

И хотя их стоимость оказалась крайне высокой, он не задумываясь приобрел шесть лошадей и договорился о их незамедлительной отправке в Стоук Пэлэс.

Он задумал использовать лошадей как приманку, перед которой Гарри, бесспорно, не сможет устоять: тогда он наверняка приедет к ним в конце недели, даже если у него будут другие планы.

Сэр Хьюберт уже собрался было покинуть аукцион, когда заметил своего приятеля, рассматривающего одну из лошадей, не выставленных на продажу, — того самого лорда Чарлза Грэма, который и рассказал ему о намерении Гарри жениться на Камилле Клайд.

Сэр Хьюберт миновал двор и, подойдя к лорду Чарлзу, положил ему руку на плечо.

— Я рассчитывал встретить вас здесь, Чарлз, — приветствовал он приятеля.

— Салют, Хьюберт! Я припозднился, а вы наверняка уже успели сорвать с дерева все спелые вишни!

— Мне было бы крайне досадно пропустить хотя бы одну хорошую сделку!

Его приятель расхохотался.

— Мне хотелось бы приобрести что-нибудь новое к зиме. Но, разумеется, на этом аукционе я оказался слишком поздно для покупок.

— Я хотел с вами поговорить, — признался сэр Хьюберт.

— О чем?

Они отдалились от покупателей, заполнивших двор.

— Помните, вы говорили мне о Гарри Лэнбоурне? — спросил сэр Хьюберт. — Он по-прежнему собирается жениться на той женщине?

— Весьма забавно, вам не кажется? Я был с Рози вчера вечером. У нее небольшая роль в пьесе, в которой играет Камилла Клайд.

Сэр Хьюберт кивнул. Для него не было секретом, откуда лорду Чарлзу стало известно о планах Гарри.

— Она сообщила вам что-нибудь, новое?

— Она сказала, будто Камилла решила принять предложение Гарри. Сэр Хьюберт едва перевел дыхание.

— Вы в этом абсолютно уверены?

— Моя подружка — ее ближайшая наперсница, и в то же время она страшно завидует ей. Смею предположить, что сей прецедент станет предметом вожделений каждой красотки, выступающей на подмостках, — ведь это возможность засиять среди знати.

Сэр Хьюберт нахмурился.

— Послушайте, Чарлз, — тихо молвил он, — мне необходимо знать, есть ли у вас хоть какие-нибудь предположения насчет того, когда может состояться этот брак.

Чарлз пожал плечами.

— Если б моя подружка знала это, она сказала бы мне, но, во всяком случае, она твердо уверена в одном: Камилла в настоящий момент решительно настроена выйти замуж за молодого Лэнбоурна. Если вы спросите мое мнение, то я считаю его глупцом!

— Я тоже.

Сэр Хьюберт не стал больше тратить время впустую и, покинув торги, отправился искать маркиза. Оставалось лишь надеяться, что я этот брак не будет заключен до конца недели. Гарри обещал дяде приехать в Стоук Пэлэс.

Сдержит ли молодой человек свое слово?

Тут сэр Хьюберт спохватился, так как у него была назначена встреча с морским капитаном, недавно прибывшим в Англию после длительного плавания на восток с заходом в Китай.

Одержимый желанием приобрести лошадей для маркиза, он совсем было запамятовал о ней.

Теперь ом вспомнил, что поручил своему секретарю связаться с этим капитаном — китайцем по имени Чанг Мэй и обещал зайти к нему в течение дня.

Забравшись в карету, он достал из жилетного кармана адрес, который дал ему секретарь, и усмехнулся.

Он давно знал капитана как изрядного пройдоху и опытного спеца во многих областях, вот и сейчас не был удивлен, узнав, где тот остановился.

Это был китайский квартал города.

Он скорее изумился бы, окажись судно Чанг Мэя не загруженным кое-какими нелегальными грузами, — ведь именно в китайском квартале имелся неплохой рынок сбыта для всякого рода ювелирных изделий, восточных безделушек, драгоценных камней и талисманов, не говоря уж о наркотиках.

Китайский квартал был хорошо известен всем страждущим потребителям опиума и кокаина.

«Интересно, какой груз он доставил для меня на этот раз», — гадал сэр Хьюберт.

Когда год назад капитан отправлялся в плавание, сэр Хьюберт попросил привезти ему что-нибудь ценное.

— То, о чем просит ваше превосходительство, — сказал китаец, — опустошает карманы.

— Я не возражаю против нескольких опустошенных карманов, если вы привезете мне нужную вещь.

Он подозревал, что многие вещи, привозимые Чанг Мэем в Англию, когда-то были украдены.

Отдаленные старинные храмы неизменно становились «законной добычей» грабителей.

Древние монастырские стены, когда-то спасавшие своих защитников, безжалостно расправлявшихся со всяким, кто покушался на сокровища, спрятанные внутри, сильно обветшали за прошедшие столетия, да и охранялись уже не так тщательно.

Однако сэр Хьюберт был достаточно умен, чтобы не задавать слишком много вопросов.

Он с удовольствием добавлял к своей коллекции изящные статуэтки Будды, одна из которых была целиком вырезана из изумруда, жемчужины, добытые некогда со дна морского и попавшие к нему из Бомбея.

Когда леди Элизабет надевала эти жемчуга, ей завидовали все дамы из общества.

Сэр Хьюберт и сейчас был уверен — привезенное капитаном новое сокровище, ожидавшее его в китайском квартале, оправдает его надежды.


Маркиз увидел из окна фаэтон, подъехавший к парадной двери. Он не ожидал племянника так рано, надеялся увидеться с ним попозже вечером.

Тут он сообразил, как было бы некстати, если Гарри расскажет ему о своем намерении теперь, то есть до того момента, когда он, по намеченному плану, прибудет в Стоук Пэлэс и встретит там Терезу.

Маркиз в волнении пересек комнату и остановился перед камином, держа в руке какие-то бумаги.

Спустя несколько минут дверь открылась, и вошел Гарри.

Маркиз отметил про себя, что тот выглядит не только чертовски красивым, но и весьма довольным собой.

Боясь услышать неприятное сообщение, маркиз быстро сказал:

— А, вот и ты, Гарри! Ты меня застал, и я рад этому, ведь я как раз собирался уходить, но хотел до этого попросить тебя непременно приехать завтра в Стоук Пэлэс.

Ему показалось, будто по лицу племянника пробежала тень испуга, но, возможно, это была всего лишь игра света.

Слегка недоумевая, он спросил:

— Это так важно, дядя Морис?

— Сэр Хьюберт преподнес нам с тобой весьма щедрый подарок, — объяснил маркиз. — Он услышал, что лошади Февершама выставлены на продажу, и сегодня в полдень отправился на лошадиные торги, дабы приобрести их для нас.

— Лошади Февершама? — воскликнул Гарри. — Я слышал о продаже, но, понимая, какова должна быть цена на них, даже не решился туда пойти.

— Ну так вот, сэр Хьюберт объявил о предоставлении их нам. Мы будем выглядеть очень неблагодарными, если не подоспеем в Стоук Пэлэс, когда прибудут лошади.

— Само собой разумеется, — согласился Гарри. — Было бы здорово попробовать оседлать их!

Он вздохнул.

— Если хотите знать мое мнение, дядя Морис, только сэр Хьюберт мог позволить себе такое приобретение.

— Согласен с тобой, — кивнул маркиз. — Но и Февершаму не пришлось бы продавать их, не лодырничай он до такой степени и не приведи в подобный беспорядок свои дела; ведь это, если хочешь знать мое мнение, явная глупость с его стороны.

— Что ж, все в итоге обернулось в нашу пользу, — промолвил Гарри. — Я чрезвычайно благодарен сэру Хьюберту за такое пополнение наших конюшен, которые и сейчас уже превосходны. Ну да не мне вам говорить об этом.

— Люблю подобные комплименты! — улыбнулся маркиз.

Они помолчали, и ему показалось, будто Гарри вот-вот решится довериться ему.

Быстро взглянув на бумаги, которые он держал в руке, маркиз заторопился.

— Я уже опаздываю! Мне жаль, что я не могу остаться и поговорить с тобой о наших последних приобретениях для Стоук Пэлэс, но я должен был встретиться с герцогом полчаса назад.

Он направился к выходу и уже подошел к двери, когда племянник спросил:

— Вы будете к обеду, дядя Морис?

— Не сегодня, — ответил маркиз. Спустившись в холл, он с облегчением зашагал к своей карете, ожидавшей его у входа.

Он решил отправиться в Уайт Клаб в надежде встретить там кое-кого из своих друзей, которые могли бы рассказать ему немного больше о Гарри и этом его ужасном намерении жениться на актрисе.

Карета маркиза двинулась вверх по Беркли-стрит в сторону Пиккадилли.

Неожиданно для самого себя он начал молиться о чуде, способном помешать Гарри разрушить собственную жизнь.

Глава 3

Сэр Хьюберт возвратился к себе домой на Беркли-сквер в седьмом часу. В холле дворецкий встретил его словами:

— Его светлость ждет вас в кабинете, сэр.

Обеспокоенный неожиданным визитом маркиза в столь поздний час, сэр Хьюберт поспешил в кабинет.