Вместо ответа, я щелкнула языком по металлическому кольцу, наслаждаясь солоноватым вкусом выделений на головке, пока поглаживала его длину. С каждым движением руки, с каждым прикосновением языка он становился все мокрее.

Его пресс напрягся, а дыхание стало затрудненным.

— Черт. Это такая пытка.

Я остановилась и облизала губы, посмотрев на него. В ответ он закрыл глаза. Элек всегда держал все под контролем, но теперь он был в моей власти, и это заводило.

Его глаза все еще были закрыты, когда я впервые полностью взяла его в свой рот. Звуки удовольствия, исходящей от него были такими сексуальными, что только поощряли меня взять его еще глубже и быстрее. Мне нравилось ощущение его гладкого члена, заполняющего мой рот. Я не могла насытиться им и принялась сосать еще жестче. Я была такой влажной, что могла бы с легкостью кончить, если бы дотронулась до себя.

Он запустил свои пальцы мне в волосы и потянул за них.

— Стоп. Ты доведешь меня до оргазма, а я хочу кончить в тебя.

Я стала сосать его сильнее.

— Нет, — сказала я, желая, чтобы он кончил мне в рот.

Его дыхание было неровным.

— Ты случайно не на таблетках?

Я утвердительно кивнула головой.

— Много лет их пью. Они регулируют мой цикл.

Он вытащил член из моего рта.

— Встань и развернись.

Мое сердце колотилось, когда Элек снял мое платье через голову. Схватив меня за бедра, он погрузился в меня. Тепло и влажность его кожи внутри меня и ощущение металлического кольца без презерватива было практически невозможно вынести. Все мои чувства усилились.

Трахая, он руками схватил меня за ягодицы. С каждым его движением я слышала, насколько влажной была. Казалось, я готова кончить в любой момент, до такой степени меня возбудил минет и секс без преград.

— Я не смогу когда-либо снова использовать с тобой презерватив, — выдохнул он. — Ощущения так хороши.

Я была близка к кульминации.

— Кончи внутрь меня.

Он вколачивался в меня с такой силой, что можно было не сомневаться в появлении синяков на ягодицах на следующий день.

— Черт… Грета… ох… — Элек продолжал движения, пока не излил последнюю каплю, и даже после этого медленно трахал меня в течение некоторого времени.

Наконец, Элек вышел из меня и развернул, чтобы поцеловать. Он усмехнулся.

— Мы не смогли даже отойти от двери. Ты понимаешь это?

— Думаю, я могу повторить все снова.

— Хорошо, потому что я даже близко не закончил с тобой сегодня, — сказал он, таща меня в спальню со свисающими с талии штанами.


* * *

Четыре маленькие свечи мерцали вокруг нас, когда мы сидели в моей постели в четыре утра и кормили друг друга мороженым Бен и Джерри.

— Так, как ты узнал, где меня найти сегодня?

— Ну, когда ты прислала мне смс, что закончила книгу, я сидел в Starbucks за углом от твоей квартиры. Я пришел сюда, так как предполагал, что здесь ты и будешь читать. Хотел прийти к тебе и удивить. Ждал на твоих ступеньках. Эта… личность… которая сказала, что она твоя крестная фея, подошла ко мне и сказала: «Алек, верно? Я узнала бы тебя где угодно по описанию, которое дала мне моя Грета. Я знала, что ты вернешься к ней, глупый ты ублюдок.»

— Ты это серьезно? — Я расхохоталась. — Это Салли. Она действительно мне как крестная фея.

— Ну, ты ведь понимаешь, что у твоей феи достоинство даже больше моего?

— Да, я знаю. Мы просто не обсуждаем это.

— Ты должно быть ей много обо мне рассказала. Во всяком случае, мне просто нужно было добраться до тебя и я спросил, знает ли она, где ты.

— Таким образом, она дала тебе название клуба?

— Не сразу. Думаю, она хотела меня помучить.

— Что она сделала?

— Заставила меня снять рубашку.

— Ты шутишь?

— Абсолютно серьезен.

— Это все?

— Если бы.

— Что?

— Она заставила меня взять табличку из картона, на которой было написано «мудак», и сфотографировала меня с ней.

Я прикрыла рот рукой, переспросив:

— Что?

— Да. Затем она сказала, что это гарантия.

— Салли безумная.

— Ну, он… она, очевидно, заботится о тебе. Это я могу понять. Во всяком случае, только после того, как я позволил ей сделать фото, она дала мне адрес клуба и сказала: «Это твой последний шанс».

— Ничего себе, — ответила я.

— Ага.

Элек повернулся ко мне.

— Ты должна кое-что знать.

— Хорошо…

— Сегодня, после того как мы закончили в переулке, ты сказала мне не возвращаться к Челси. Сложно было слышать это. Есть часть тебя, которая не верит, будто все это реально, и ты до сих травмирована моим уходом в прошлом. Это заставило меня понять, какую боль я тебе причинил и как сильно мне придется потрудиться, чтобы исправить это.

— Я просто была очень эмоциональна в тот момент, особенно после чтения твоей книги весь день. Каждое чувство, в том числе и мой самый большой страх, вышли наружу.

Элек забрал мороженое из моих рук и отложил его в сторону. Он обхватил мое лицо своими руками.

— Не было никогда никакого соперничества. Я любил Челси, но это было словно любовь по умолчанию. Тебя я люблю намного больше. Каждую секунду рядом с тобой, мне приходилось убеждать самого себя, что я любил Челси, а это определенно не то, что должен делать человек. Мои чувства к тебе были настолько сильны, что до чертиков пугали меня. В ту секунду, когда сел на самолет, я знал, что действительно возвращаюсь в Калифорнию только, чтобы закончить отношения с Челси. Это было правильным решением.

— Ты сильно ранил ее?

— Да. Она не заслужила этого.

— Мне жаль.

— Было бы хуже, если бы мы обручились или поженились, ведь я не уверен, что результат мог бы быть другим. Было бы несправедливо оставаться с ней и втайне любить тебя.

— Кажется, я точно знаю как она, должно быть, чувствует себя сейчас.

— Да, наверно ты права. Часть меня всегда будет чувствовать себя ужасно из-за того, что я ранил ее, но избежать этого было невозможно. Мне потребовалось несколько дней после того, как я вернулся, чтобы понять, как лучше объяснить ей все, потому что я хотел быть честным относительно тебя. Я не сделал этого сразу, но больше не спал с ней; ты должна знать это. Я придумывал отговорки. Суть в том, что я не хотел возвращаться к тебе, пока не разобрался со своим багажом и пока ты не знала все о моем прошлом. Так что, после переезда от Челси, провел много времени работая над книгой, пока не достиг того результата, который мог бы дать прочитать тебе.

— Спасибо, что поделился этим со мной.

Он поцеловал меня.

— Я так сильно люблю тебя, Грета.

— Я тоже тебя люблю.

— Я не вернусь в Калифорнию.

— Что? Даже за вещами?

— Нет. Я положил все в камеру хранения. С мамой сейчас все хорошо. Хотя нам придется вскоре навестить ее.

— Нам?

Я хотела встретиться с Пилар примерно так же сильно, как Дороти хотела встретиться со Злой Ведьмой с Запада.

— Да. Я уже рассказал ей о тебе. Сначала она не очень хорошо это восприняла, но я объяснил, как сильно люблю тебя и что мама должна принять наши отношения. Так и будет, Грета. А если нет, то это уже не иметь значения.

— Надеюсь.

— Мне нужно найти другую работу, потому что я бросил молодежный центр после разрыва с Челси. На самом деле, одним из того, что я сделал на прошлой неделе, было собеседование в школе, здесь в городе, в прошлую пятницу. Они предложили мне должность методиста.

— Ты шутишь?

— Нет.

— Элек, это замечательная новость!

Он взял мороженое и начал его снова есть.

— Однако, мне понадобиться место, где смогу остановиться. Ты знаешь какую-нибудь девушку, которой нужен сосед по комнате?

— На самом деле, Салли сейчас в поиске.

Он скормил мне ложечку мороженого.

— Я говорю о другой девушке. Я подумывал о переезде к знакомой миниатюрной нимфе, которая любит куни.

— Ох… возможно, ее заинтересует предложение.

— Хорошо, потому что я не планировал принимать нет в качестве ответа. — Он поцеловал меня с полным ртом мороженого Черри Гарсиа. — Эй… ты так и не объяснила мне, чем ты самом деле зарабатываешь на жизнь. Говорила, что занимаешь административную должность, но чем именно занимается твоя компания? Может ты агент ФБР или подобное?

О боже. Удивительно, что прошло столько времени, прежде чем мне пришлось признаться. Была причина, по которой я никогда не затрагивала эту тему.

— Это не совсем административная должность, но по части агента ты прав. Есть причина, по которой я не хотела рассказывать тебе. Я чувствовала себя виноватой, когда мы были не вместе, потому что, на самом деле, очень хотела тебе помочь.

— Не понимаю.

— Я литературный агент, Элек.

Он опустил коробку на край стола.

— Что ты сказала?

— Я представляю авторов и, думаю, могла бы помочь тебе опубликовать некоторые твои работы, в частности «Счастливчик и Паренек». Я работаю в тесном контакте с крупным издательством молодежных книг и, думаю, нам стоит отправить им работу.

— Ты издеваешься надо мной?

— Абсолютно серьезна.

— Как ты попала в эту среду?

— По чистой случайности. Я искала работу после колледжа, начала в качестве стажера и поднялась по карьерной лестнице до должности агента. Я новенькая, так что моя клиентура все еще растет.

— Пожалуйста, скажи мне, что я должен переспать с тобой, чтобы добиться успеха в своей писательской карьере.

— Это, безусловно, часть сделки.

— Вау. Я правда очень горжусь тобой.

— Ты понятия не имеешь, насколько виноватой я себя чувствовала весь прошлый год, когда видела писателей, которые и близко были не настолько талантливыми как ты, но заключали сделки и становились успешными. Я не знала, как связаться с тобой и хотел бы ты вообще опубликовать что-то, потому что помнила, насколько личным было для тебя писательство.