— Ваше плечо, — мягко произнесла я. Как и Генри, президента подстрелили в плечо.

На челюсти президента едва заметно напрягся мускул, но он не позволил себе закрыть глаза.

— Всё в порядке, — сказал он. – Я в порядке – и благодарен за свою жизнь. Мне станет лучше, и я прослежу за тем, чтобы то же самое случилось с этой страной.

— От пули, — мягко произнесла Первая Леди, проводя рукой по швам на голове её мужа, — было меньше вреда, чем от падения.

— Судя по всему, — пошутил президент, взяв свою жену за руку, — я не настолько твердолобый, как мне казалось.

В общении этих двоих было что-то душевное. Было несложно увидеть, почему Америка влюбилась в эту пару во время выборов.

Айви опустила руку на моё плечо.

— Нам пора идти, — сказала она.

Президент Нолан перевёл взгляд на нас с Айви.

— Отдыхайте, — сказал он. – И Тэсс? На этот раз, — он улыбнулся, — постарайся не попадать в неприятности.

ГЛАВА 67

Моего тела коснулась горячая вода. Я закрыла глаза и шагнула под душ. Только этот душ отделял меня от разговора с Айви.

Я рисковала своей жизнью.

Я лгала ей.

И мы обе знали, что при нужных обстоятельствах, я бы сделала это снова.

Со временем горячая вода стала холодной. Я выключила воду и вышла из душа, заворачиваясь в полотенце. Затем я натянула слишком большую для меня футболку.

Айви ждала меня в моей комнате. Её волосы были мокрыми от душа, и я видела наше сходство. Она была одета почти точь-в-точь как я – большая футболка с эмблемой ВВС США, явно принадлежащая Адаму.

Сейчас было два часа утра. Я должна была спать. Но я могла думать лишь о том, какой была бы жизнь Айви, если бы в ней не было меня.

Айви взяла с моей тумбочки расчёску. Она села на край кровати, а я – на пол. Не произнося ни слова, она начала расчёсывать мои волосы. Пока она распутывала их, у меня перехватило дыхание.

Каждый раз, когда я закрывала глаза, я видела директора. Видела Мэтта Беннинга. Видела Генри, утопающего в трубках. Слышала последние слова Джона Томаса Уилкокса.

Я больше не могла закрыть глаза.

Я не осознавала, что Айви перестала расчёсывать мои волосы, пока она не опустилась на пол рядом со мной. Я вспомнила о том, как я плакала, прижимаясь к груди Адама. Для Айви у меня не осталось слёз. Я подтянула колени к груди и приобняла их руками. Несколько секунд спустя я осознала, что то же самое сделала и Айви.

— Адам передал тебе мои слова? – спросила у неё я.

Я просила Адама сказать Айви, что я простила её и что я сожалею о том, что должна сделать. Я просила его сказать, что я была дочерью своей матери.

— Передал, — ответила Айви мягким и неуверенным тоном – в точности напоминающим мой.

Иногда мне казалось, что мы с Айви были порознь столько лет, что больше не могли находиться вместе.

— Я это серьёзно, — сказала я Айви. – Мне надоело на тебя злиться. Надоело держаться за старые обиды.

— Я знаю, что я снова и снова делала тебе больно. Но, Тэсси, я этого не хотела. Я не хотела…

— Всё нормально, — сказала я.

Она покачала головой.

— Нет. Не нормально.

— То, что ты сделала – когда я родилась, когда умерли мама с папой, когда ты уехала из Монтаны – всё нормально.

Двадцать четыре часа назад я не могла бы даже представить, что произнесу эти слова. Но я зашла в Хардвик, зная, что могу не вернуться. Это был мой выбор. И если я могла принять это решение, то я могла и решить изменить мои отношения с Айви.

Я могла перестать ждать того, что она снова сделает мне больно.

— Я лгала тебе всю твою жизнь, Тэсс. Я не жду, что ты простишь меня за это.

Я выпрямила ноги и опустила голову на её плечо, закрывая глаза.

— Мы все иногда лжём, — сказала я.

Она шумно вдохнула.

— Ты прощаешь меня? – пробормотала я, уткнувшись в её плечо. – За то, что я вернулась туда? За то, что врала тебе? И не была той дочерью, которую ты хотела?

Айви ласково взяла меня за плечи.

— Ты именно такая дочь, которую я хотела, — в моём горле сформировался ком, а она продолжила, — и ты всегда ею была.

ГЛАВА 68

На следующее утро я проснулась в постели Айви. Я наблюдала за ней, пока она спала, и вспоминала о том, когда мы в последний раз спали в одной кровати. Тогда тебя держали в заложницах, — мысленно сказала я Айви. – А я договаривалась о твоём освобождении. Я не упустила того факта, как та ситуация походила на эту.

У каждой семьи есть свои традиции.

Я проснулась посреди ночи, — продолжила я, наблюдая за тем, как грудь Айви поднимается и опускается. – И тебя не было рядом. В тот раз Айви не могла заснуть. Интересно, она наблюдала за мной, так, как я наблюдаю за ней сейчас? Я пошла тебя искать и нашла тебя в комнате для переговоров. Ты не могла выбросить из головы то, что произошло. Не могла перестать думать о том, что агента из личной охраны президента застрелили уже после того, как он сдался.

Айви была уверенна, что это не было случайностью. Слишком аккуратно, слишком чисто, слишком удобно.

К сожалению, стрелявший оказал сопротивление. В моей голове эхом отдались слова, сказанные президентом вчера.

Слишком аккуратно, слишком чисто, слишком удобно.

— Доброе утро, Тэсси, — Айви повернулась на бок. – Как тебе спалось?

Я проснулась от размышлений. И не могла перестать думать.

— Ага, — мягко произнесла Айви, замечая выражение моего лица и тёмные круги под моими глазами. – Мне тоже, — она убрала с моего лица прядь волос. – Что думаешь о том, чтобы взять на себя роль Боди, и приготовить блинчики?

Айви была кем угодно, но не хорошим поваром.

— Не смотри на меня так, — сказала Айви. – Я – профессионал. Я зарабатываю на жизнь решением проблем. Уверенна, я могу приготовить несколько блинчиков, не взорвав кухню.

Кухня не взорвалась, в отличие от блинчиков. Айви позвонила Боди, чтобы возместить ущерб. Когда он пришёл, он был не один.

— Смотрите, когда я нашёл на крыльце, — произнёс он.

Несколько секунд Вивви стояла в дверном проёме. Её большие карие глаза замерли на моих. Её губы дрожали, и я вспомнила о том, как мы расстались в коридоре.

Ты должна быть моим другом. Моим лучшим другом…

Прежде чем я успела закончить эту мысль, Вивви бросилась ко мне, обвивая меня руками. Она уткнулась лицом в моё плечо и крепко меня обняла. Я медленно обняла её в ответ.

Боди с Айви переглянулись и ушли на кухню. Я почти этого не заметила. Я думала только о том, как видела Вивви на видео с камер наблюдения. Её руки были связаны за спиной. Она была в ужасе и в ловушке.

— Прости, что я на тебя разозлилась! – выпалила Вивви, отстраняясь, чтобы посмотреть на меня. – Когда всё произошло, а я не знала, где ты, и в людей стреляли, и…

— Эй, — мягко произнесла я, привлекая внимание Вивви, прежде чем она полностью переключилась в режим тараторенья. – У тебя было право разозлиться, Вивви. Было право расстроиться. Я знала что-то важное о твоём отце и скрывала это от тебя.

— Я рада, что ты мне не рассказала, — пылко произнесла Вивви. – Я не хочу знать, Тэсс, — она сглотнула. – Я осознала это, когда в меня целились из пистолета. Мне нравится то, чем мы занимаемся. Мы с Генри и Ашером.

Когда Вивви произнесла имя Генри, я почувствовала себя так, словно в мой живот вонзился нож.

— Мне нравится помогать тебе быть фиксером, — продолжила Вивви. Я услышала в её голосе слёзы, а затем увидела их блеск в её глазах. – Мне нравится делать людей счастливыми и добиваться справедливости. Мне это нравится. Но я не против, чтобы с заговорами, террористами и смертельно опасными вещами разбирался кто-то другой. Мне не нужны ответы, — Вивви сжала губы и улыбнулась мне со слезами на глазах. – Я не такая, как ты, Тэсс. Или как Генри. Мне плевать на ответы. Для меня важны люди. И если для того, чтобы мы были в безопасности, я не должна что-то знать – значит, мне не нужно это знать.

Я не могла рассказать Вивви столько всего – о Генри и «Senza Nome», о том, что на самом деле произошло в школе, и о том, что Даниэла Николае всё ещё была жива.

— Хорошо, — сказала я Вивви. Она разрешила мне защищать её. И я любила её за это.

— Теперь я снова тебя обниму, — предупредила меня Вивви. Прежде чем она успела исполнить эту угрозу, кто-то позвонил в дверь. Вивви посмотрела в окно и улыбнулась. – Тебе стоит приготовиться к групповым обнимашкам.

Через какой-то миг она распахнула дверь и в дом вбежал Ашер.

— Кто-то сказал «групповые обнимашки»? – спросил он, приобнимая нас обеих. – Что дальше по плану? Можно предложить импровизированную танцевальную вечеринку или великую битву подушками?

— Нет.

Ответ на вопрос Ашера донёсся у него из-за спины. Я подняла взгляд и увидела в дверном проёме Эмилию. На какой-то миг наши глаза встретились, и я увидела, как она шагает в проход в библиотеке. Как она поднимает голову и идёт к Доктору Кларк.

— Ашеру запрещено участвовать в боях с подушками, — по голосу Эмилии было невозможно понять, думала ли она о том же, о чём и я. – Поверьте, — сухо продолжила она, — это к лучшему для всех нас.

Ты сдалась ради меня. Ты рискнула жизнью ради меня.

— Что? – парировала Эмилия, глядя на меня. – У меня что-то на зубах?

Она не хотела благодарности так же, как она не хотела благодарить меня после того, как я помогла ей бросить вызов Джону Томасу.

— Может я и ошибаюсь, — сказала я Эмилии, — но думаю, это не просто так называется групповыми обнимашками.

Прежде чем Эмилия успела это скрыть, я увидела, как на её лице мелькнуло искреннее удивление. Ашер схватил свою сестру и притянул Эмилию к нам. Вивви была не из тех, кто возражал против объятий, так что через несколько секунд она уже обнимала Эмилию одной рукой, а меня – второй. Не отпуская свою сестру, Ашер крепко притянул меня к ним.