Габриэль подался вперед. Теперь, всякая осторожность испарилась из его сознания. Все, что осталось это страх. Дикий и ужасный.

— Что ты сделала?

— Думаешь, я здесь время просто так коротала? Нет, мой милый сын. Мне повезло получить больше денег, чем от Катрионы. Как оказалось, твой дядя готов заплатить очень много денег за небольшую тайну, — сказала Оливия, — Он все знает о том, кто ты, и кажется, у него совершенно дурные намерения по отношению к твоей жене.

Глава 70

— Это я во всем виновата. Только я.

Взволнованный голос Трейси донес до затуманенного сном сознания Катрионы. Нахмурившись, она слегка выпрямилась на обитом кожей сиденье и посмотрела на девушку. Ей так и не удалось уговорить ее остаться в городском доме. Трейси пожелала отправиться в путь вместе с ней и детьми. Только сейчас, находясь уже больше часа в дороге, Катриона поняла, как сильно девушка помогала ей своим присутствием. Наверное, останься она одна, наедине с детьми, не смогла провести и минуты без слез.

— О чем ты говоришь? — тихо спросила Катриона, стараясь не разбудить детей своим голосом. Как только, они выехали за пределы Лондона, Мисси и Эбби уснули, а вот Грегори ни на минуту не сомкнул глаз. Катриона понимала, что он осуждает ее за столь быстрый побег, но у нее не было ответа для него. Она должна была сделать это, чтобы муж обрел спокойствие.

Трейси подалась вперед так быстро, что одинокое перышко на ее шляпе нелепо задрожало. Девушка не обратила на это внимание. Ее взгляд был прикован к бледному лицу госпожи.

— Простите меня, — умоляюще прошептала она, — Это я унесла вашу записку милорду. Я так боялась за вас. Мне показалось, что вы хотели сделать какую-то глупость.

Катриона побледнела, но все же заставила себя кивнуть. В глубине души она и сама знала, как тот клочок бумаги оказался у Габриэля.

— Это больше не важно, Трейси, — сказала, из-за всех сил стараясь, чтобы ее голос не дрожал, — Наверное, мне нужно сказать тебе спасибо. Не сделай ты этого, я бы никогда не решилась сказать мужу правду.

Трейси скривилась от чувства собственной вины, но Катриона этого не заметила. Тоска снова охватила ее душу, железными тисками сжимая сердце. Как она сможет жить без Габриэля? Какими будут ее дни, которые придется провести вдали от любимого человека.

Стиснув зубы, Катриона зажмурилась и поспешно отвернулась. Никто не должен знать о ее боли. Пусть для всех это будет ее собственным решение. Наверное, для светских дам, это было в порядке вещей, удаляться в поместья после рождения детей. Именно так все и должно выглядеть.

— Мы не должны были уезжать, — резко и вздорно пробормотал Грегори, раз за разом проводя ладонью по, заплетенным в косы, волосам сестры. Каждый его жест был наполнен волнением, — Нужно было подождать маркиза. Ох, и разозлится он, когда узнает, что вы уехали.

Катриона улыбнулась, но эта улыбка не коснулась ее глаз. Если бы Грегори только знал, как сильно она хотела увидеть Габриэля. Пусть он злится на нее, пусть ругается. Только бы встретиться с ним.

— Я не думаю, что он пожелает приехать за мной, — прошептала она, сжимая руки в кулаки, — Мы уже совсем скоро доберемся до дома. И тебе не стоит думать о том, что скажет маркиз.

Грегори снова посмотрела на нее, показывая, что ни на мгновение не поверил в ее слова.

— Грегори, ты не должен так разговаривать с госпожой, — заметила Трейси, заерзав на кресле. Она посмотрела на Катриону, но та лишь улыбнулась и пожала плечами.

Отвернувшись, Катриона посмотрела в окно кареты, надеясь отвлечься на проносящиеся мимо пейзажи. Совсем скоро они приедут домой. Она уже четко решила для себя, что вместе с детьми поселится в своем маленьком домике. Главный дом никогда не принадлежал ей. И сейчас не будет.

Карета подскочила на ухабе, так резко и неожиданно, что Катриона едва смогла удержаться на сиденье. Эбби проснулась и тут же заплакала.

Вынув дочь из корзинки, Катриона уложила ее на руки, чтобы снова укачать. Но ничего не получилось. Карета снова дернулась вперед. На этот раз все вышло совсем не случайно.

— Что происходит? — прошептала Катриона, крепче прижимая Абигейл к себе. Теперь, напуганная и встревоженная, девочка зашлась в диком плаче. — Грегори, держи Мисси, чтобы она не упала, — резко сказал Катриона, сама стараясь не подаваться испугу. Она понимала, что вокруг творится что-то не понятно. В ином случае, кучер не стал бы так быстро гнать карету. Он словно пытался удалиться от погони.

Дрожащими руками, Грегори сделал так, как ему было приказано. Мисси крепко приникла к брату. Напряжение повисло в воздухе.

Стараясь не подаваться панике и понимая, что придется действовать очень быстро, Катриона снова уложила дочь в корзинку и посмотрела на Трейси. Девушка испуганно крутила головой, пытаясь хоть что-то разглядеть.

—Трейси, посмотри на меня, — спокойно сказала Катриона, привлекая внимание девушки к себе, — Возьми мою дочь, Трейси. Возьми и сделай все, чтобы дети были в порядке. Сейчас, ты единственный человек, которому я могу доверить их.

Трейси всхлипнула. Дрожащими руками, она приняла корзинку.

— Что происходит, Катриона? — прошептал Грегори, крепче прижимая к себе сестру.

Катриона не успела ничего сказать. Выстрел прозвучал оглушающим звуком. Несмотря на то, что грохот копыт чужой лошади был еще слишком далеко, человек оказался метким стрелком. Очень метким стрелком.

Всего на мгновение, карета дернулась вперед, в своем последнем рывке и только после этого остановилась. Человеческий стон, наполненный болью и страдание, слился воедино с тяжелым звуком падающего навзничь тела.

— Тихо, — прошептала Катриона, предупреждающе взглянув на Трейси и Грегори. Удивительно, но даже Мисси и Эбби молчали, словно чувствуя приближающуюся опасность.

Не смело, Катриона выглянула в окно, надеясь, что ее не заметят. Пыль на дороге осела, и сейчас девушка видела, как всадник приближается к ним. Еще пара минут, и он остановится рядом с каретой. Катриона не собиралась ждать, пока на них нападут. Вскочив с сиденья, она бросилась к двери и, стараясь не шуметь, открыла ее. Карета немного накренилась, но Катриона радостно выдохнула. Трейси и Грегори смогут сбежать, если прямо сейчас спрячутся в лесу, который тянулся вдоль всей дороги.

— Трейси, уходите отсюда. Кто бы здесь не был, я постараюсь задержать его, — Грегори пытался возразить, но Катриона резко осадила его, — сейчас же уходи. Ты единственный кто сможет добраться до поместья, — рявкнула она. — Как только окажется на дороге, бегите в лес. И даже не думайте оборачиваться.

Слезы текли по щекам Трейси. Катрионе показалось, что прошла целая вечность, когда девушка осторожно придерживая корзинку с Эбби, встала на ноги.

— Грегори, иди, — прошептала Катриона, понимая, что осталось совсем немного времени, пока тот, кто ранил, а может быть и убил, кучера, откроет дверь кареты.

По щеке Грегори сползла слеза. А потом, схватив Мисси за руку, он рванул к двери. Катриона сама едва смогла сдержать слезы. Все внутри нее рвалось вслед за дочерью, но она понимала, что не может себе этого позволить. Она должна остаться здесь, чтобы позволить Трейси и Грегори убежать как можно дальше. Только это спасет их.

Чужие тяжелые шаги остановились у противоположной двери, как раз в тот момент, когда Трейси и Грегори осторожно сошли с подножки кареты. Не дыша, Катриона рванула к двери, не позволяя открыть ее. Но, человек по ту сторону оказался намного сильнее ее.

Дверь распахнулась, едва не слетев с петель. Вскрикнув, Катриона попыталась отшатнуться, но у нее ничего не получилось. Ее испуганный взгляд встретился с насмешливым взглядом Томаса. И это было последнее, что она запомнила, перед тем, как мужчина, размахнувшись, ударил ее по лицу. От сильной и ужасной боли, Катриона потеряла сознание.

***

Чувствуя на себе чей-то пристальный взгляд, Катриона зашевелилась. Застонав, она открыла глаза, тут же поморщившись от резкой боли, которая пронзила всю правую сторону лица. Вытянув руку, она прижала ее к горящей щеке и сразу же отдернула ее. Даже такое легкое движение оказалось невыносимым. Что же будет дальше?

— Вы ударили меня, — прошептала Катриона, глядя на Томаса. Мужчина сидел на кресле у камина и продолжал пристально смотреть на нее. Это взгляд встревожил девушку.

Неловко и очень осторожно, Катриона приподнялась. Было слишком больно двигаться, но она все же заставила себя сесть прямо, прижимаясь спиной к стене. Как бы плохо ей не было, она не хотела показывать это Томасу. Самое ужасное, если он сам поймет как сильно она боялась его.

— Не думаю, что согласилась бы сама поехать со мной, — резко ответил Томас, пожимая плечами. Только его пальцы, которыми он сжимал деревянные подлокотнике, выдавали его истинное состояние. — Жаль что я не смог отыскать твою девчонку. Но, я понимаю, что у меня слишком мало времени, чтобы разобраться с тобой

Катриона заледенела от ужаса. Только бы Трейси и Грегори смогли добраться до поместья. Там, и только там, они смогут оказаться в безопасности.

— Зачем вы делаете это? — спросила она, не позволяя себе расклеиться от мыслей, что дети могут оказаться в опасности. Стараясь отвлечься, Катриона огляделась, надеясь найти в комнате хоть какое-то оружие, которое поможет ей оказать сопротивление.

Конечно, это было слишком наивно полагать, что она сможет справиться с Томасом. Даже если бы она попыталась добраться хоть до чего-нибудь подходящего, ей пришлось бы зайти мужчине за спину. Разве такое было возможно? Он слишком пристально смотрел на нее, слово предвидя каждую ее мысли.

— Потому что тот ублюдок, которого ты называешь своим мужем забрал то, что принадлежит мне, — грубо выплюнул он, — Теперь я знаю, мои догадки были верными. Он никогда не был сыном моего старшего брата. Конечно, этот мальчишка просто не смог бы выжить после того, что я сделал с ним.