А ей так нужны были сейчас слова! Она ощутила себя на постели и сжалась, как ребенок во чреве матери. Слышала какой-то шорох, но открыть глаза боялась, - а вдруг уйдет это странное чувство тайны и желания? Только не открывать глаза!..

Он медленно стал раздевать её. Она от страха покрылась пупырышками озноба, в невероятном ужасе от того, что сейчас произойдет. Он лег рядом, его тело горело огнем, ей казалось, что от соприкосновения её ледяной кожи и его огня раздастся шипение, как будто на уголь брызнули водой.

Она со страхом все же открыла глаза. И встретилась с его взглядом. В нем было столько нежности, что она подумала, - рай длится...

... Но я же много старше тебя... - прошептала она, наконец то, о чем ей хотелось сказать давно.

- Забудь об этом, - тоже прошептал он и зарылся лицом ей в волосы...

УДАР

В это время Марина открывала дверь Наташиной квартиры. Она звонила Наташе по телефону, никто не отвечал. Марина решила заехать, - посмотреть, что к чему, может, просто не подходит Наташка к телефону. Она открыла дверь, вошла в переднюю и сразу же натолкнулась глазами на мужской плащ. Лицо её перекосилось. Проверила карманы. Из одного вытащила перчатки, бросила на пол, из другого - пистолет. Усмехнулась ядовито. Двери закрыты. Она осторожно открыла дверь в гостиную - там, на столе стояли два недопитых бокала, валялись Наташкины домашние туфли на каблуках. Та-ак, они ТАМ.

Она тихонько приоткрыла дверь в спальню.

Да. Здесь. Но после или До?..

Она так же тихо прикрыла дверь - они не услышали... Заставила себя собраться, почувствовала, что может войти туда и распахнула дверь.

В этот момент Наташа открыла глаза и увидела её. Валентин не видел.

Наташа не уяснила, почему тут появилась Марина, но краем сознания поняла, что лежит голая совершенно и закричала:

- Марина, уйди! Прошу тебя! Уйди! Потом!

Вмиг Валентин поднял голову, подхватил халат с пола и накинул на Наташу, за что она ему было до слез благодарна, - и приказал Марине: Убирайся!

Это был другой Валентин: недобрый, опасный, способный на все. И почему он называет Марину на "ты"?

Наташа вскинулась: Валентин! Вы знакомы? Что происходит?

Марина ухмыльнулась, достала сигарету, закурила и, пустив дым в потолок, наконец произнесла хриплым от напряжения голосом:

- Валентин? А-атлично придумано!

Наташа почувствовала, как начинает безумно вертеться в голове какой-то странный пропеллер, и она прошептала:уйдите оба...

К ней склонился Валентин.

- Девочка моя, все о'кей. Эта дама сейчас отсюда уйдет. Что-то она задерживается, - он обернулся простыней и встал. Марина состроила презрительную мину:я уйду, не беспокойтесь. Не буду нарушать вашего, - она запнулась, подыскивая слово покруче, - вашего роскошного единения.И уже быстро, чтобы успеть сказать то, что их бы убило.

- Так вот Наталья, этого юношу зовут не Валентин, а Сандрик. он твой сын. А ты, соответственно, - его мать. Поздравляю на ложе любви.

- Врешь. - Не крикнул, а тихо произнес Сандрик.

Наташа как завороженная смотрела на Марину, а та все с той же ухмылкой, как прикленной, говорила: Пусть твоя маман посмотрит на "бабочку". Наташа еле сумела разжать губы.

- Но ты же сказала, что ТОТ умер! Маленьким! Марина! Помнишь? Сердце, как у старичка. Помнишь? Марина!

Марина посмотрела на неё уничтожающе: А ты больше верь. Совсем там в своих загранках свихнулась с жиру! Посмотри! Ты же видела его тогда, когда рожала?

Видела... - упавшим голосом сказала Наташа, уже почти веря, что это страшная правда.

Сандрик курил и в лице его заметна была растерянность.

Марина быстрым глазом все это усекла! Вот - миг её победы над этой мерзкой девкой, которая скрывалась от неё десятилетиями, но не скрылась!

Она сказала, обращаясь к Сандрику, (будем называть его своим именем!):Наклони голову, коли я брешу! Наклони! Покажи своей, она хотела сказать "любовнице", но поостереглась Сандрика, который хоть и не был уже похож на пантеру, но ничего хорошего не предвещал. - Покажи Наталье! Давай!

- Сандрик, прошу тебя. Уже все равно... - Тихо попросила Наташа.

И Сандрик, посмотрев на неё обреченно и с каким-то даже ужасом,покорно наклонил голову и повернул её к свету правой стороной. И Наташа увидела за ухом, в глубине, крылышки черного мотылька...

Наташа провела пальцами по выпуклостям мотылька (наверное, в последний раз!) и сказала, сама удивляясь своему спокойствию: уйдите оба, очень прошу вас.

Но Сандрик покачал головой:пока она, - он кивнул в сторону Марины, не уйдет, я отсюда не выйду.

- Хорошо, - так же спокойно согласилась Наташа (Марина смотрела на неё с изумлением - ей надо орать и плакать, реветь, как недоенной корове, а она распоряжается светским тоном, завернувшись в халат. На ней пробы ставить негде!).

А Наташа вдруг обратилась прямо к Марине и все таким же безжизненно спокойным тоном, вся заледенев так, что не чувствовала ни ног, ни рук.

- Почему ты всю жизнь мучаешь меня? Почему ты столько лет разыскиваешь меня, как главного врага своей жизни? Для мести? Что я тебе сделала? Скажи мне сейчас. Нас трое. Мы все страшно близки и страшно повязаны. Скажи! Признайся, за что ты меня ненавидишь?

Марина молчала. Что ей было говорить? Что эта стерва вечно обскакивала её во всем? Что родила, бросила ребеночка и жила припеваючи и даже переспала с собственным сыном? Что Марина - её возмездие за грехи? Да, Марина - возмездие. А не в том дело, что она Наташку ненавидит. Хотя и ненавидит, за её грех, за её наплевательское отношение к живому человеку сыну! Именно за это!

- Так за что? - спросила снова Наташа. Она мимолетно глянула на Сандрика и сердце её пронзила невероятная нежность, и жалость, в которых было ВСЕ.

Марина приободрилась:За что? А ты не знаешь? Ты не знаешь, как родила, бросила...

Наташа перебила ее: Но какое ты имеешь право судить меня и наказывать? Я могу наказать себя. И вот он, - она кивнула в сторону Сандрика. - Если он меня сейчас будет убивать, я не сдвинусь с места. Я скажу ему спасибо! - её голос задрожал, но она справилась с собой, - потому что у меня не осталось сил для жизни. Со мной все кончено. Ты можешь радоваться, Марина. Возмездие, которого ты так жаждала - свершилось.А теперь я очень прошу тебя уйти. Я не хочу ничего больше знать, не хочу ни о чем говорить. Прошу одного - уйти.

Марина кипела от злости. ...Сучка, вывалявшаяся в грязи, гонит Марину из квартиры! Ну нет, она ещё скажет этой пару теплых!

Наташа не выдержала и закричала:

- Сандрик! Молю тебя! Прошу вас! Уйди-те! Ну уйдите же, не мучьте меня, умоляю вас, - и она, опустив голову, безутешно и беззащитно заплакала.

Сандрик рассвирепел. Он схватил Марину и вытолкал из комнаты. Прикрыл дверь в спальню, где рыдала Наташа.

В передней они стали друг против друга, тяжело дыша.

Марина, отдышавшись, сказала: Сопляк. Не думала я...

Он ответил без всяких эмоций:

- Потом поговорим.

Марина внимательно взглянула на него и в глазах её появи - лось смутное беспокойство:

- Где, Сандрик? Когда?

- Вечером. Где всегда, в баре, в баре.

Марина пошла к двери, но он остановил ее:

- Да, отдай-ка мне ключи.

- А тебе зачем? - возмутилась было Марина.

- А тебе? - ответил вопросом на вопрос Сандрик. - Давай, - и протянул руку. Она с неохотой положила ключи ему в ладонь. Он остро посмотрел на нее, - скажи-ка, мать, копии сделала, ну?

Она забожилась:

- Ей-богу, нет, ты же знаешь, я крещеная, не делала...

Он ухмыльнулся, видимо, это была всегдашняя его улыбка:

- Крещеная она! Но если что... тебе несдобровать. Не люблю, когда мне врут.

Марина хотела было ещё полить Наташку, но почему-то не стала. Ну его к бесу, бешеного. Все-таки ситуация у него нештатная. Даст по башке и лежи-полеживай, - размышляла Марина, быстр направляясь к двери.

Сандрик вошел к Наташе.

Она сидела на постели, одетая, - в джинсах, свитерочке черного цвета, в туфлях, - будто собралась куда-то. Не плакала,сидела, съежившись, сжимая на коленях руки до того, что побелели суставы. Она вздрогнула, когда он вошел, и удивленно на него посмотрела. Она думала, что они ушли оба. Она уже поняла, что их, Сандрика и Марину, связывают отношения...

Они посмотрели друг на друга долгим и каким-то новым взглядом.

Она ушла? - спросила Наташа.

Сандрик кивнул: и никогда сюда не придет, - вынул из кармана ключи и положил на тумбочку. Потом сказал: Можно, я принесу выпить?

Наташа кивнула. И тоска охватила её - если бы... Если бы не удар, который ей нанесла судьба, если бы Сандрик был на самом деле Валентином, маленьким сыщиком... Она бы любила его до того времени, пока он бы её не бросил и даже позже. Всегда. До конца своих дней.

Вошел Сандрик. Она уже не знала, - радоваться ей, что он здесь или лучше остаться одной и... что-то решить. Пока же она твердо знала, что все, что было сегодня днем - никогда не повторится.

- Дай выпить, - попросила она, и Сандрик налил ей бокал Бифитера. Наташа... - сказал он и она взорвалась. Нет, на взрыв у неё сил не было, она просто начала говорить, но по сути - это был взрыв. Ее била дрожь, все сильнее и сильнее.

- Сандрик, - умоляюще сказала она, - я не Наташа... Но я, по существу, и не мать тебе. Я все тебе расскажу... Ты должен выслушать.

Ее затрясло сильнее, зубы стучали по бокалу.

Он сел рядом и, чуть приобняв за плечи, начал вливать в её полураскрытый рот джин. Она с трудом глотала, и её беспокоило, что его рука становилась все тяжелее и все крепче охватывала её плечо. И она! Она! Уже зная, что это - сын, невольно почувствовала в себе призыв! Что ей делать?!!

Она отодвинулась от него, сняла его руку...

Он спросил :все кончено?

Она кивнула.