У моей мамы было хобби. Она очень любила шить. В какой-то момент Федор решил поддержать инициативу. Это случилось уже после моего рождения. Он предложил ей открыть свой бизнес.


Мама никогда не хотела связываться с баснословными деньгами, которые крутились в семье, однако настойчивость ее отца, а так же желание творить пересилили, и она согласилась на маленькое ателье.


Но даже этого стало достаточно, чтобы привлечь к себе лишнее внимание и поставить свою жизнь под угрозу. Сомневаюсь, что причиной покушения на нее было именно это, однако маму чуть не убили на выходе с работы.


Это стало переломным моментом.


С тех пор она вновь отказалась от любых попыток Федора втянуть ее в привычную для них с Жанной жизнь. В ателье она больше не возвращалась и делами своей маленькой фирмы не интересовалась.


Но мы же помним про навязчивую идею...


Мысль о том, что шитье и стремление к производству одежды было маминой мечтой, ни на секунду не покидала головы ее родителей.


За все эти годы маленькое ателье «Алиса» превратилось в огромную фирму, которая становилась моей с сегодняшнего дня. Моего двадцать первого дня рождения.


Хотя, как моей...


Я вновь усмехнулась.


Сейчас я была для компании одновременно и всем, и ни кем. Я обязана была посещать все мероприятия, связанные с делами фирмы, выходить на работу, быть в курсе дел, но никакого права голоса, возможности что-то изменить я не имела. Ровно так же как и продать или иным способом избавиться от своей доли.


В противном случае, помимо фирмы я лишалась всего своего имущества.


-    Теперь понятно, почему квартиру переписали на меня.


Я без сил опустилась на диван.


И это было лишь указанное на бумаге. О рычагах воздействия Федора, которые обычно не документируются, думать не хотелось абсолютно.


Полную власть я получала лишь к тридцати годам.


Именно с того дня, когда умерла мама.


Руслан отставил в сторону бокалы и убрал что-то в карман, но я не обратила на это особого внимания. Все мои мысли были связаны с бумагами, которые уже давно должны были вспыхнуть от того, как сильно я сверлила их взглядом.


-    Пойдем спать. - успокаивающе проговорил Руслан. - От того, что ты будешь прокручивать случившееся в голове, ничего не изменится.


Он был прав, сейчас я старательно портила свои нервы.


-    Рус, я такая дура!


-    Где наша не пропадала, выкрутимся. - усмехнулся мужчина, но я чувствовала, что в его голосе тоже сквозили грустные ноты.


Я не знаю, как долго пыталась уснуть. Все хорошее настроение, подаренное праздником лопнуло словно большой мыльный пузырь.


Утром создалось такое ощущение, что я пила как минимум до середины ночи, и алкоголь был далеко не высшего качества. Я протерла глаза, в которые, казалось, насыпали песка.


Руслана в комнате не было. Осмотрев себя, я заметила, что сил сходить в душ я вчера так и не нашла, вырубившись прямо в юбке и блузке.


Вернувшись из ванной, я решила найти Ярославского. Это оказалось совсем не сложно. Руслан разговаривал с кем-то в гостиной на повышенных тонах. Я вошла в комнату , но мужчина стоял ко мне спиной, поэтому заметил не сразу.


-    Ань, какого черта ты творишь? Тебе проблем мало? - судя по всему, Руслан был очень зол.


Нервно меряя комнату шагами, он слушал, как собеседник на том конце провода что-то ему объяснял.


-    Ты в своем уме? - вновь взорвался Ярославский.


В этот момент он резко обернулся и увидел меня. На долю секунды мне показалось, что сейчас и я попаду под горячую руку, однако выражение его лица быстро сменилось. Уже гораздо более спокойно он коротко кинул:


-    Я перезвоню.


После чего отключился.


Взъерошив свои непослушные волосы, он сделал еще несколько шагов, а потом сел на диван.


-    Проблемы? - осторожно спросила я.


Руслан немного задумался, а ко мне вновь вернулось ощущение того, что в его голове идет бой за то, сказать мне правду или нет.


Он поднял голову и улыбнулся.


-    На работе полный дурдом.


Я внимательно вглядывалась ему в глаза, пытаясь понять, обманывает ли он меня, но ни к чему конкретному мой мозг так и не пришел.


Я решила пока отпустить свою паранойю на счет тайн Ярославского. Мне бы со своими как-нибудь разобраться.


Опустившись на диван рядом с мужчиной, я пристроила голову на его плече.


-    Я немного по-другому представлял окончание выходных. - с плохо скрываемой грустью усмехнулся мужчина.


-    Не поверишь, но я тоже.


Через пол часа мы спустились на завтрак. По мере приближения к столику, где уже собрались наши друзья, я все сильнее начинала укрепляться в мысли, что и у них все было не слишком гладко.


-    Доброе утро. - я попыталась улыбнуться, делая вид, что ничего не произошло, но в ответ увидела три таких же натянутых улыбки. - А где Кристина?


-    Уехала с утра, неотложные дела. - сквозь зубы процедил Кирилл, выражение лица которого сейчас оставляло желать лучшего, и он даже не пытался скрывать свои эмоции.


-    Понятно. - я опустилась на стул и вновь повисла тишина.


-    Алис, извини, пожалуйста, но нам придется уехать сразу после завтрака. -извиняющимся тоном едва слышно проговорила Настя. - Кажется, у меня есть некоторые проблемы с платьем.


Я посмотрела на подругу, которая моментально уткнулась в чашку.


Платье было чем-то гораздо более серьезным, чем несчастные салфетки или скатерти. Она очень ждала, когда, наконец, оно приедет из Англии, где его шили. В поисках ответа я взглянула на Влада.


-    Кажется, там какие-то трудности с размером. - как можно более спокойно проговорил он и, уже глядя на Настю, добавил. - Но, сомневаюсь, что что-тс непоправимое.


-    Ну, а у вас что приключилось? Рус, только не говори, что она... - но закончить Кирилл так и не смог.


Ярославский кинул на него настолько уничтожающий взгляд, что мужчина моментально замолчал.


Если бы сейчас мы не сидели за завтраком, то я бы была в полной уверенности что Анисимов пьет. Хотя...


Я едва заметно наклонилась и посмотрела за его чашку. Там обнаружился коньячный бокал с остатками янтарной жидкости.


Несмотря на всю мою осторожность, Кирилл заметил эти попытки игры в шпионов v улыбнулся, беря стакан в руку.


-    Ну, за отдых. - он сказал это слишком горько.


Выпив все оставшееся содержимое, он вновь взглянул на меня.


-    Так что все-таки случилось?


Скрывать от друзей произошедшее я не собиралась. Они все знали о том, кто мог родственники. Да и моя новая жизнь так же не станет для них секретом. Лучше было рассказать все самой, не затягивая.


Вместо слов я потянулась к своей сумке и извлекла сложенные пополам листы, а затем протянула их Анисимову.


Он изучал бумаги в полной тишине. Ни Настя, ни Влад не проронили не слова ожидая, пока Кирилл дочитает.


Выражение же лица мужчины за последнюю минуту успело измениться с десято! раз. Он отлично понимал, что это для меня значило. Он знал мою историю, он знаг Федора и Жанну.


Всё так же молча он отдал бумаги Насте.


Подруга оказалась гораздо более эмоциональной. Не отрывая взгляда от копий документов, она прошептала:


-    Но как такое возможно... Когда?


-    Вместе с документами на квартиру. - безэмоционально проговорила я.


Чувство безвыходности окончательно взяло верх, и, казалось, что от этого даже становилось немного проще.


Видимо, Настя быстро прокручивала в голове мои слова, пытаясь понять.


-    Но отец, он бы не...


-    Он не причем. - я попыталась скорей успокоить подругу, которая уже начале накручивать себе не весть чего. - Сомневаюсь, что дядя Леша вообще об этом знал. Он просто хотел помочь доступным ему способом. Я не читала бумаги.


-    И что теперь? - Настя, наконец, взяла себя в руки и посмотрела мне в глаза.


К своему удивлению, я даже смогла улыбнуться.


-    Собирать вещи и ехать в город. Праздник, видимо, кончился.


Перед отъездом Руслан с Кириллом долго разговаривали. Я не спрашивала, о чем шла речь, но вернулся ко мне Ярославский уже немного более спокойным.


Анисимов решил остаться на базе еще на пару дней. Он не пояснил причины такогс решения, но я была более чем уверенна, что дело в Кристине.


Когда мы приехали на дачу, то рассказывать о том, что своим глупым поступком s отдала себя в элитное рабство на, как минимум, девять лет, категорически не хотелось, но скрывать такое от семьи я не могла.


Внешне родственники остались спокойными, но я то отлично знала, что происходило внутри. Когда столько времени живешь вместе с одними людьми, начинаешь замечать, как человек пытается прятать свои эмоции. Бабушка перебирала руками край шали, папа постукивал пальцами по ноге, а дедушка медленно моргал, наверняка, пытаясь считать про себя. Вот такие нехитрые приемы совладать с чувствами в исполнении моей семьи.


-    Простите. - не выдержав тишины, наконец, сказала я.