— А через год они так же во всеуслышание объявили, что их брак был ошибкой, и развелись.

Но Кристин такой конец не устроил. Ее почему-то взволновала судьба несчастной женщины.

— Она, должно быть, горько сожалела о содеянном, — пробормотала Кристин.

— Сожалела или нет, не знаю. Но что сделано, то сделано. Тут обратной дороги быть не может, — спокойно сказал он. — А я убедился, что не тот, кто ей на самом деле был нужен.

Глупая ошибка, совершенная в погоне за призраком, подумала Кристин. И Лиззи тоже пошла на это. Если бы все открылось, Дейл Бретт ощущал бы примерно то же, что некогда Кейн Мертон. Пусть даже Лиззи и не успела по-настоящему ему изменить. Для мужа сестры в жизни не было полутонов, он признавал лишь черное или белое. Намерение для него было равноценно действию. Вполне возможно, Кейн Мертон в этом с ним солидарен. Он беспощаден. Никогда не дает второго шанса провинившейся женщине.

— Но почему вы вновь впустили Бена в свою жизнь? — спросила Кристин.

Ее действительно интересовало, почему он примирился с человеком, который из ложного честолюбия попрал узы крови.

— Он говорил, что сполна заплатил за свою подлость, получив в жены истеричку и стерву. Убеждал, что спас меня от жизни, которая хуже смерти, и считал, что я еще должен быть ему благодарен. — Кейн махнул рукой. — Бен был мастером по части оправданий, как никто умел перевернуть все с ног на голову.

— Но вы приняли его объяснения! Кейн пожал плечами.

— К тому времени мне стало уже все равно. К тому же я знал Бена как облупленного. Самым тяжелым ударом было обнаружить вдруг, что, оказывается, я вовсе не знал Линду. — Он горько усмехнулся. — Но на ошибках, как известно, учатся…

— Да, — согласилась Кристин.

Но на сердце стало тяжело. Она задумалась о людских судьбах, поломанных по злой воле или, может быть, по минутной слабости. Не слишком ли сурово карает жизнь за ошибки? Ведь из семени, посеянного в гневе, вырастает горький, слишком горький плод. Ей не стоит забывать, каким суровым и непреклонным бывает Кейн Мертон. Возможно, это поможет ей в дальнейшем противостоять искушению.

— Мне так необходимо получше узнать вас, Кристин! — вдруг проговорил он.

Эти тихие слова поразили ее, как громом. Отчаянное желание презреть свои же собственные решения, отбросить все ограничения и начать жизнь заново, словно нет никого, кроме нее и Кейна, внезапно нахлынуло на Кристин.

Вздрогнув, она огляделась. Вокруг никого, по-прежнему никого. Сияющее море безбрежно и тихо. Лишь птицы кружат в небе. Похоже на необитаемый остров, где только двое — он и она. Впереди у них вечность, чтобы узнать друг друга. Остальное не имеет значения.

Но чарующая греза быстро померкла. Кристин возвратилась в действительность — давящую, гнетущую, непредсказуемую. Собрав волю в кулак, она взглянула на Кейна, с трудом подавляя опасные чувства, заглушившие на мгновение голос разума.

Его взгляд, задумчивый и серьезный, заставил ее вновь затрепетать. Но это необходимо было преодолеть. Ну же, действуй! Ведь это обман!

Кристин вскочила с камня, улыбнулась непринужденно и заявила:

— А вот мне просто необходимо позавтракать! — И, взглянув на Кейна вопросительно, добавила: — Вы идете?

— Я последую за вами куда угодно, — ответил он, удрученный ее решимостью не раскрываться перед ним. Ведь он готов был поклясться, что этого едва не случилось.

«Последую за вами», — эти слова прозвучали для Кристин очередным сигналом тревоги. Забудь об обаянии этого человека! — приказала она себе. Помни лишь об опасности, которую тебе сулит общение с ним.

И она заговорила о том, что больше всего заботило ее с тех самых пор, как они повстречались:

— Я ведь не приглашала вас провести здесь отпуск вместе со мной, Кейн. Как же вы тут оказались? Неужели следили за мной от самого Мельбурна?

— Да, нанял частного детектива, и он информировал меня о каждом вашем шаге.

Столь откровенное заявление, да еще высказанное так беззастенчиво! Неужели он совершенно не ощущает себя виноватым? Кристин подобное поведение казалось недостойным, даже низким. И главное, совершенно нехарактерным для того Кейна Мертона, которого она уже успела узнать.

— И давно вы шпионите за мной? — сердито спросила она.

— С той самой ночи, когда не стало Бена.

Кристин остановилась, до глубины души потрясенная. И напуганная. Она лихорадочно соображала, что заставило его решиться на такой поступок. Если дело в злополучной фотографии, то, как ему удалось ее заполучить? Что питает его подозрения? Даже если он догадался, что в тот вечер они с Лиззи поменялись местами, почему он преследует ее? Что еще надеется разузнать?

А может, нет никаких подозрений, и за всем этим скрывается просто интерес к ней, подумала она с замиранием сердца. Вдруг он так больно обжегся с Линдой, что теперь, прежде чем начать всерьез ухаживать за женщиной, предпринимает целое расследование? Кристин тотчас отогнала прочь эту дикую мысль. Даже с такой целью вторжение в личную жизнь женщины — поступок, достойный безумца. Подумать только, что все это время он исподтишка наблюдал за ней! Кристин даже передернуло от негодования.

Кейн остановился в двух шагах от нее и искоса наблюдал за сменой выражений на ее побледневшем лице. Он ничего не пытался объяснить, не извинялся — просто смотрел. И в его взгляде не было ни тени желания. Только холодный расчет.


— Но почему? — воскликнула она, ненавидя его в этот момент всем своим существом.

— Потому, что я не доверяю вам, Кристин, — с убийственной прямотой ответил Кейн.

И тут, словно пелена спала с ее глаз. Перед ней стоял мужчина, неумолимый в своем желании вызнать о ней все. Такой не успокоится, пока не достигнет цели.

— Что?.. — Кристин судорожно сглотнула, но тотчас гордо вздернула подбородок — решительности ей тоже было не занимать. — И чему именно вы не верите?

— Ни единому слову из того, что вы говорили той ночью, — бросил он, нимало не смущенный ее праведным гневом.

Да, он не шутил, не поддразнивал ее. Он и вправду не верил.

— А что, по-вашему, на самом деле произошло? — с вызовом спросила Кристин.

— Этого я не знаю. Абсолютно уверен я лишь в одном.

— Как, наверное, успокаивает, когда хоть в чем-то абсолютно уверен! — с издевкой бросила она.

— Не забывайте, я знал Бена всю жизнь. Все, что вы говорили о нем тогда, настолько не похоже на него, что в это просто невозможно поверить.

— Прошу, просветите меня.

— Вы женщина, — иронично усмехнулся он. — А Бену от женщины всегда требовалось только одно. Если бы вы сказали, что поехали вместе в мотель, чтобы переспать, я безоговорочно поверил бы вам. Однако вы этого не говорили.

— Но это просто смешно! От нашей встречи зависела его карьера!

Кейн покачал головой.

— И все же, вы прежде всего женщина. Он никогда не пригласил бы вас на встречу по названной вами причине, Кристин. И никогда не стал бы перед вами оправдываться!

О Господи! А ведь это сущая правда! Кристин совершенно отчетливо поняла это. Но ей нельзя было сдаваться. Она обязана защищать Лиззи до последнего вздоха.

— В безвыходном положении люди способны на не свойственные им отчаянные шаги! — возразила она.

— Однако обычно до такой степени они не утрачивают своего «я».

— Откуда такая непоколебимая уверенность?

— Бен, даже загнанный в угол, применил бы свое традиционное оружие.

Именно это он и проделал. Попытался затащить в постель женщину, как две капли воды похожую на Кристин, предусмотрительно позаботившись о компрометирующей фотографии. Ему важно было замутить воду, дискредитировать журналистку, заставить ее отказаться от преследования. Теперь это стало ясно как день.

— С вами у Бена не было ни единого шанса преуспеть, — продолжал Кейн, убивая ее безупречной логикой. — Вы терпеть его не могли.

— Но ведь вы узнали об этом только вчера! — не сдавалась Кристин.

Впрочем, ее аргумент не возымел нужного действия.

— Что бы ни произошло тогда в номере, Кристин, но закончилось это для моего брата трагически. И мне хотелось бы знать…

— Он скончался от сердечного приступа, — напомнила она. — Смерть его была абсолютно естественной. И вскрытие это подтвердило.

— Не спорю. Но ответов на другие вопросы это обстоятельство не дает. — Кейн помолчал, позволив ей ощутить в полной мере стыд от беззастенчивого вранья, и тихо прибавил: — Он был моим братом…

А у меня есть сестра! — мысленно воскликнула Кристин. И рисковать ее благополучием я не имею права! Ей ничего не оставалось, кроме как идти напролом. И она спросила:

— Что же разузнал обо мне ваш частный сыщик?

— Что вы собираетесь сюда, — произнес Кейн, разрушая последние ее иллюзии.

Кристин едва не заскрежетала зубами. Что ж, шансов у нее ничтожно мало, но она еще не попалась. Пусть думает что угодно. Неопровержимых доказательств у него все равно нет! Она откинула с лица черные кудри и постаралась изобразить крайнюю степень презрения.

— Простите меня, Кейн, но я не могу привыкнуть к мысли, что человек, желающий стать моим любовником, послал по моему следу ищейку, которая таскалась за мной весь последний месяц. Мне это не так-то легко…

Сверкнув глазами, она повернулась к нему спиной и пошла прочь, прекрасно понимая, что выиграла лишь время, но все же довольная тем, что дала отпор Кейну. Она не совершила никакого преступления. Что проку в правде? Добра она никому не принесет. Все равно Бен Мертон мертв, а если Кейну угодно тревожить его прах, что ж, это его дело…

И тут сильные пальцы сомкнулись на плече женщины, прервав ее размышления. Кристин предстояло лишний раз убедиться, что Кейн не из тех, кто сдается.