— Да, — негромко проговорил он, понимая, что от того, поверит ли она в его искренность, зависит их будущее. — Любая правда лучше, Кристин. Но я полагаю, чтобы испытать все сполна, нам может не хватить целой жизни.

— Ты… хочешь рискнуть? — запинаясь, спросила Кристин и, вскинув голову, замерла, напряженно ожидая ответа.

— Очень хочу, — твердо ответил он.

— И я… — тихо произнесла она, склоняясь к нему гибким, дразнящим движением.

С улыбкой он накрыл руками ее груди и стал нежно ласкать, поочередно целуя каждую. Тело Кейна словно само собой подчинилось волнующему ритмичному движению ее бедер. И еще долго, очень долго они страстно любили друг друга.

Эта женщина не просто волновала его, а сводила с ума, заставляла преклоняться перед ней. И дело было не только в ее красоте. Она покорила его силой духа, силой воли и силой любви, которая заставляла светиться ее глаза, преображала лицо.

Кейн знал, что в них обоих пылает ярчайшее пламя. Пламя это могло затихать лишь на короткое время, но потом разгоралось вновь, еще ярче прежнего. Он был уверен, что полюбил ее навсегда. Дороже нее для него не было ничего на свете…

Кристин уткнулась лицом ему в грудь и обессилено прошептала:

— Довольно, Кейн.

Повернув голову, он взглянул на ее умиротворенное лицо. Глаза были закрыты, и длинные ресницы отбрасывали тени на нежные скулы. Дыхание было ровным, как у спящего ребенка. И он понял, что оправдал ее надежды. Сейчас ока совершенно умиротворена и счастлива. Пока…

Боль, конечно, вернется, стоит ей проснуться. Но с этим он ничего не мог поделать. Понадобится еще много времени, прежде чем Кристин смирится со случившимся. Но теперь он ни за что не расстанется с ней.

Кристин сама протянула ему руку, и завтра же он наденет кольцо на ее безымянный палец. Но как бы много ни значил для него этот символ, Кейн не забывал о том, что с помощью кольца ему удастся обмануть проницательного Джоса Трависа. Кольца на руке Кристин убедят репортера, что Элизабет не имеет к этой истории никакого отношения. А что еще оставалось Кейну? Он обязан был поддержать Кристин до конца.


Впрочем, его радовало, что на фотографии цвет камня нельзя определить. Он подарит Кристин кольцо не с изумрудом, а с сапфиром чистейшей воды, сверкающим, как её глаза. И попросит ее носить это кольцо, не снимая, как залог успеха их совместного путешествия по жизни и как знак того, что теперь она не одинока.

И никогда больше не будет одинока, мысленно поклялся Кейн.


КОНЕЦ


Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.