— Превосходно. Именно такой, как мне нравится.

— Я знаю.

Джон многозначительно улыбнулся.

— Ты прекрасно знаешь, как потрафить моим вкусам…

Карен захотелось влепить пощечину этому красивому наглецу.

— Джон, — начала она твердо.

— Что, милая? — промурлыкал он. Ох, как это низко, мятежно подумала Карен.

— Мы должны поговорить о том, что случилось прошлой ночью.

— А что случилось? — невинным тоном осведомился Джон.

— Когда я согласилась на твои условия…

— Да?

— Боюсь, я ввела тебя в заблуждение. Джон замер, не донеся чашки до рта. Потом медленно, очень медленно поставил ее на столик и окинул Карен долгим, пугающе жестким взглядом.

— Это каким же образом? — наконец спросил он.

Карен судорожно сглотнула.

— Дело в том, что мне не нужен секс ради секса.

Джон вскинул брови, словно искренне удивился ее словам.

— В самом деле?

— Да, в самом деле! Я ни за что не стану сексуальной игрушкой мужчины, даже если этот мужчина — ты.

— Прошлой ночью у тебя неплохо получилось.

— Я пошла тебе навстречу, потому что знала, что ты страдаешь.

— Пошла навстречу мне?

— Да.

Джон рассмеялся.

— Нет уж, Карен, скорее ты пошла навстречу себе. Ты ведь получила громадное удовольствие, разве нет?

Этого Карен не могла отрицать.

— Дорогая, — насмешливо продолжал Джон, — я прекрасно знаю, что тебе нужно от мужчин, и именно это я дал тебе прошлой ночью. Я также прекрасно знаю, что все твои прежние дружки для тебя лишь источник развлечений, но ведь я и в этом могу их переплюнуть, верно? Насколько я понял Винсента, ты не склонна бросать мужчину после первой же ночи.

Карен опешила. Опять Винсент! Что он наговорил Джону о ее отношениях с мужчинами? Она хотела что-то ответить, но лишилась дара речи, потому что в эту самую минуту Джон встал и, даже не потрудившись прикрыть наготу, подошел к ней.

— Впрочем, — продолжал он небрежным тоном, — я прекрасно понимаю, что работа у тебя на первом месте. Ладно, пусть! — Он взял Карен за подбородок и бесцеремонно чмокнул ее в губы. — Тогда, может быть, встретимся сегодня вечером? Мы могли вместе поужинать… а потом заняться еще кое-чем, — добавил он с улыбкой, которая обольстила бы и монахиню. В глазах у Карен потемнело, но она усилием воли взяла себя в руки.

— Что тебе наболтал Винсент? — резко спросила она.

— О, всего лишь правду, поэтому не слишком горячись. Слушай, меня вполне устраивает, что ты не хочешь выходить замуж или обзаводиться детьми. Я и сам уже махнул на это рукой: Судя по всему, мне просто не суждено быть счастливым отцом и супругом.

Карен не знала, что делать — то ли разрыдаться, то ли послать его к черту. Гнев и отчаяние равно владели ею.

— И ради всего святого не устраивай Винсенту скандалов, — устало добавил Джон. — Бедняга считал, что исполняет свой мужской долг, предостерегая меня насчет твоей ветрености. Не мог же он знать, что именно такие отношения с женщиной мне сейчас и нужны, чтобы забыть Лори. Так что успокойся и хватит притворяться праведной ханжой.

Карен разозлилась и, как ни странно, немного успокоилась.

— Кто бы говорил о ханжестве! — огрызнулась она. — Ты же сам твердил, что я тебе не нравлюсь, что я слишком худа и…

— Я солгал.

Карен ошеломленно уставилась на Джона. Он пожал плечами.

— На самом деле я лгал тебе с той минуты, когда ты снова вошла в мою жизнь. Мне не следовало стремиться к постыдному браку с Лори. Она была права, когда сказала, что на самом деле я ее не любил. Как я мог любить другую женщину, если думал только о тебе?

Карен молча смотрела на Джона, и в сердце ее распускался хрупкий цветок сумасшедшей надежды. Что он хочет сказать? Что любит ее? В это невозможно поверить, но ведь не только от похоти горят глаза Джона, когда он смотрит на нее?..

— Джон!.. — не выдержав, простонала Карен, и его синие глаза вдруг неприятно похолодели.

— Не волнуйся, милая, — проговорил он с язвительной усмешкой, каждым словом безжалостно сокрушая хрупкие лепестки надежды. — Я вовсе не намерен объявить, что люблю тебя и буду любить до гроба. Я имел в виду, что, если мужчина влюблен в одну женщину, он не может дни и ночи грезить о другой, а именно так со мной и было с той минуты, как мы снова встретились. Старая любовь и вправду не ржавеет. Впрочем, судя по прошедшей ночи, тебя одолевает та же хворь. Ничего, теперь мы оба на пути к исцелению. Где-нибудь через полгодика наша взаимная страсть выгорит дотла, угомонится — и тогда, быть может, я сумею наконец выспаться. Так куда мы с тобой пойдем сегодня ужинать?

Отчаяние Карен было так велико, что смысл вопроса дошел до нее не сразу.

— Что? — тупо переспросила она.

— Сегодня. Ужинать, — терпеливо повторил Джон. — Мне заехать за тобой на работу или домой? Раз уж мне нечем заняться, я хотел бы провести этот день с матерью — надо же ее как-то утешить после вчерашних треволнений.

— Но… но я тоже должна после обеда заехать к ней! — пробормотала Карен. — Мне нужно проверить, должным ли образом навели порядок.

— Превосходно. Значит, встретимся там. Ничего ужаснее Карен и придумать не могла!

— Но… но…

— Карен, милая, в чем дело? — почти заботливо спросил Джон, беря ее руки в свои. — Неужели я тебя огорчил? Послушай, конечно же в наших отношениях будет не только секс. Мы будем вместе ходить в рестораны, отдыхать, иногда и разговаривать о чем захочется. Мы только не будем строить совместных планов на будущее, Это было бы бессмысленно, правда?

— Д-да, наверное…

Потому что ты не любишь меня, с горечью мысленно добавила она.

— Отлично. Что ж, тогда мы договорились.

— Но…

— В котором часу ты приедешь в Голливуд?

— Около двух.

— Значит, встретимся в два.

— А… как же твоя мать? — с трудом проговорила Карен.

— При чем тут моя мать?

— Я не хочу, чтобы она знала… о нас!

— Почему это?

— Потому что… потому что она мне нравится, и я ей тоже нравлюсь, и мне не хотелось бы… причинить ей боль.

Джон как-то странно взглянул на Карен.

— То есть тебе небезразлично, что она о тебе подумает?

— Да. Да.

— Понимаю. Поразительно. Что ж, ладно, я ей ничего не скажу. Я, впрочем, и не собирался. Ну, увидимся в два часа.

Джон небрежно чмокнул Карен на прощание и направился в ванную.

Глава 15

— Да как ты посмел наболтать обо мне Джону такое?! — кричала Карен на Винсента, яростно молотя по столу крепко сжатыми кулачками. — Ты не имел никакого права! Это просто возмутительно, и я никогда — слышишь, никогда! — тебе этого не прощу!

Ой-ой-ой, оторопело подумал Винсент. Карен, кажется, в курсе, что я рассказал Джону о ее личной жизни. Но откуда она могла это узнать? А главное — когда?

Карен определенно пребывала в полном неведении вчера вечером, когда звонила Винсенту в самый разгар торжества в доме Каррадинов. Спокойным, хотя и не слишком веселым тоном она сообщила партнеру, что брачная церемония благополучно завершилась и праздничный прием идет полным ходом. Что же произошло после этого между Карен и счастливым новобрачным?

Впрочем, судя по тому, как она взбешена, об этом лучше не расспрашивать. Винсент благоразумно решил изобразить полное неведение.

— Карен, — осторожно начал он, — я, собственно, не понимаю, о чем идет речь…

— Все ты прекрасно понимаешь, лживый, эгоистичный, ублюдочный сукин сын! Ты испугался, что я заведу шашни с Джоном и испорчу тебе счастливую возможность устроить свадьбу сезона! А потому ты сказал Джону, что я — испорченная девка, которая спит с кем попало и думать не думает ни о замужестве, ни о детях!

— Вовсе я не говорил, что ты спишь с кем попало! — возразил Винсент. — Я только сказал Джону, что все твои связи с мужчинами слишком уж скоротечны. Что до отношения к замужеству и детям — так ведь ты и сама этого не скрывала.

— Ты понятия не имеешь, что наделал! горестно всхлипнула Карен.

— Честно говоря, и в самом деле не имею. Какая разница, что именно я наговорил Джону Каррадину, если он уже благополучно вступил в брак и отбыл в свадебное путешествие? Ты его больше не увидишь.

Карен застонала так, что Винсент испугался не на шутку.

— Я чего-то не знаю?

Вместо ответа Карен рухнула в кресло напротив его стола и закрыла лицо руками. Винсента охватила паника.

— Карен! Немедленно расскажи мне, что происходит!

Она порывисто вскинула голову, и Винсент увидел, что в ее широко раскрытых карих глазах пляшет почти безумный огонек.

— А, ты хочешь знать, что происходит?! Хорошо, скажу — но учти, гораздо интереснее то, что уже произошло!

Интереснее? Винсент нутром почуял сенсацию.

Карен вскочила и принялась возбужденно расхаживать по комнате.

— С чего же мне начать? — вопросила она фальшиво-бодрым тоном телекомментатора. — С той минуты, когда мать новобрачного обнаружила, что новоиспеченная невестка влюблена не в ее сына, а в своего кузена?

У Винсента отвисла челюсть.

— Или же мне следует вернуться в тот день, когда Джон Каррадин впервые заключал брак? Со мной! В день, когда я потеряла ребенка, а потом ушла от Джона, потому что мне сказали, что я его недостойна и рано или поздно он возненавидит меня за то, что я ему не ровня!

Сердце Винсента болезненно сжалось от сострадания. Бедная девочка!..

— Нет, — безжалостно продолжала Карен, — это было бы слишком мелодраматично. Итак, забудем о мертвых и ушедших! Начнем с того, как после отъезда Лори и Феликса Джон попросил меня изобразить Лори — заметь, всего лишь для того чтобы обвести вокруг пальца приглашенных на свадьбу гостей! Такие побуждения были мне понятны, и я согласилась. Опять-таки надо было спасать безупречную репутацию нашей фирмы! — добавила она, свирепо взглянув на Винсента.

— Разумно, — осторожно похвалил он, пытаясь угадать, какие ужасы поведает ему сейчас Карен.