– Возле твоего дома, – ответил Алексей немного более грубо, чем собирался. И отвернулся, начав разглядывать в окне соседские машины.

Мужчина вцепился в руль. Его раздирало слишком много чувств, начиная от того, что он пытался сейчас не нажать педаль газа, чтобы насильно похитить ее и не расставаться больше ни на миг, и, заканчивая тем, что хотел высказать о ее привязанности к Добрыне. Он ревновал. Ох, как же сильно он ревновал! И это действительно пугало, сейчас он был готов сделать многое, многое из того, о чем не следовало бы даже думать.

– Прости, пожалуйста, я нагло уснула. У тебя здесь так тепло, – после этих слов повисла пауза, и Алексей решил предупредить ее немой вопрос:

– Не бойся, ничего не было. Ты просто спала. Я покатался по городу, а теперь чувствую, что и сам с удовольствием отправлюсь на боковую.

– Я поняла тебя, – ответила Анфиса виновато и быстро засобиралась, – прости, пожалуйста, что задержала. Спокойной ночи, то есть утра, – сказала и покинула машину.

Алексей расстроенно стукнул рукой по рулю. Зачем он так? Теперь она неизвестно что навыдумывает! Ведь он же готов не спать всю жизнь, лишь бы только она осталась с ним! Какой может быть сон без нее?! Какая может быть жизнь без нее?!!

– Ну, держись, Добрыня, – зло процедил он сквозь зубы, и мощный автомобиль рванул с места.


***

Я вернулась обратно к Оле, тихонечко разделась и легла в постель. Странное дело, поездка на автомобиле меня настолько успокоила, что я с удовольствием опустилась на подушку и тут же уснула еще раз.

Разбудила меня уже Оля, причем с трудом. Я потянулась. Так хорошо мне очень давно не спалось. Чудесные сны, а какие приятные ощущения. И все настолько красочно и ярко, как будто происходило на самом деле. Добрыня, как настоящий. Я прикоснулась к губам, удивительно, они даже немного распухли, словно на самом деле всю ночь напролет целовалась. Наверное, искусала их от таких соблазнительных картинок, вот и все.

Алексей, наверное, такой злой был, потому что надеялся на что-то. А я возьми и отключись! Как же хорошо, что он не воспользовался этим. А то, что недоволен, позлится и перестанет. Это даже к лучшему. Хоть несколько дней отдохну от его чрезмерного внимания. И что меня так вчера на улицу потянуло? Ведь ясно же, люблю Добрыню, думаю только о нем, и при чем тут Алексей? Это просто нервы. Точно, точно.

– Иди за стол, лежебока. Тебе же на работу сегодня. Мне, кстати, тоже. Еще на метро трястись. А на улице сегодня холодно, гляди, за ночь снег выпал!

Я подбежала к окну. Действительно! Первый снег, слегка припорошивший подушку из желтых листьев. Подумать только, когда успел? Когда я возвращалась, еще ничего не было. Или я просто не увидела.

– С первым снегом, тетушка! – поцеловала я любимую родственницу в щеку.

Настроение просто прекрасное! Пусть даже и вторые сутки без Добрыни, но интуиция мне подсказывает, то все будет хорошо. А она меня редко обманывает, я это теперь точно знаю!

– Собирайся уже, ребенок! – хихикнула Оля. – Можно подумать, тебя за ночь подменили! Ты никуда, случаем, не уходила? А-то прямо сияешь вся!

– Нет, нет! Просто настроение хорошее!

– А, ну ладно. Я уже было хотела подумать что.

– Не стоит, Олечка! Просто первый снег – это к счастью и радости.

– Первый снег к холоду, в первую очередь. А к счастью он снится. Тебе, случаем, снег не приснился?

– Неа, – весело помотала я головой.

– Ага, поняла! Мужики тебе снились, вот и веселая такая. Все понятно с тобой, развратница.

– Ты выдумываешь. А я побежала одеваться и на работу! И очень надеюсь, что никто и ничто не испортит мне это настроение!


«– Батюшки, свят, свят! Бабоньки, братоубийство назревает! – завопила баба Наташа во все горло и залила горькими слезами всю библиотеку.

– Та, тьфу на тебя, ворона, – рявкнула баба Люба. – Какое еще братоубийство?

– Как? – остановила вой первая, – Алешка же помчался Добрыню убивать!

– Не убивать, я меряться силами! – экспертно заявила Настенька. – Дуэль современная, но навряд ли на смерть.

– Ой, не знаю, – с сомнением покачала головой Наташа, раздумывая одновременно, продолжить выть или подождать, что остальные скажут.

– Олеговна, а ну ка, поколдуй, что там карты говорят? – скомандовала Люба.

– Не буду, – резко ответила колдунья, – я много волшебной силы потратила, лес зачаровывая. Парни сами разберутся, чай не дети уже.

– А-а-а, – открыла варяжку Наташа, решив таки высказать свой протест против бездействия Олеговны и остальных.

– А ну ка, цыц! Ишь, развылась она тут. Читай, давай, Настенька. Мы Олеговну подключим, если наступит такая необходимость. А пока, пусть, действительно, своими силами.

Против бабы Любы не пойдешь, посему Настенька разумно продолжила чтение. Ну а мы с вами из деревни Волохуевка, что в Рублевском регионе, плавно перенесемся прямо в дом к Добрыне Никитичу Гольдзману.»


Алексей буквально ворвался в дом к Добрыне. Ему не терпелось поскорее встретиться с конкурентом и, мягко так сказать, набить ему морду. Мужчины, тестостерон и все такое. Короче говоря, бабушку Аделаиду Прохоровну чуть было не снесло с ног этим ураганом. Добрыня как раз спускался вниз по лестнице. Чистый и умытый, посвежевший, благоухавший и переодевшийся. Правда, как и Алексей, он совсем не спал. Какой тут сон, когда где-то там уже проснулась его невеста, которой срочно нужно вернуть кольцо!

– Добрыня!

– Алексей? Что ты здесь делаешь в такую рань? Я, кстати, хотел с тобой поговорить, – наш герой тоже имел вопросы к Березкину на ту же, собственно тему, ведь они так и не обсудили, что это за сцена такая была на злополучной фотографии.

– Мне тоже надо с тобой… поговорить! – Алеша зло сжимал кулаки, что не укрылось от Гольдзмана.

– Анфиса? – только и уточнил богатырь.

– Анфиса.

– Хорошо, пойдем. Не в доме же. Аделаида Прохоровна, не надо за нами ходить, – предупредительно остановил няню Добрыня.

Алексей же покорно последовал за братом. Он тоже был за то, чтобы не выяснять отношения при старой бабушке. В конце концов, его цель не скандал, а исключительно разбирательство с братом. Мужчины обошли дом вокруг, пока не добрались до лужайки, окруженной со всех сторон густыми елками. Здесь, не в пример городу, снега выпало гораздо больше. Добрыня спокойно подошел к одной из елей и стянул с себя свитер, аккуратно повесил его на ветку, за ним последовал галстук, рубашка. Так, пока богатырь не оказался голым по пояс. Алексей последовал его примеру. Парни на самом деле и раньше практиковали борьбу, но никогда она не была боевой, только и исключительно тренировочной. На этот раз иной случай.

– Победитель получает девушку, – выставил свое условие Алеша.

– Победитель не получает ничего. Она сама выберет, с кем ей быть. Но пар я тебе помогу выпустить. По-братски, – так же спокойно ответил Добрыня.

Алексей же сжал зубы и бросился на соперника. Это было красивое зрелище! Добротные, рослые мужчины, отлично натренированные, их борьба была больше похожа не на драку, а на выступление на каких-нибудь соревнованиях. Вроде бы, на первый взгляд, силы были равны, но Алеша как-то чаще улетал на землю, постоянно приземляясь на голую спину.

На второй час борьбы, из-за огромных елочных лап появилась бабушка Аделаида. В руках у нее был поднос с чашками ароматного чая.

– Ну, все, сыночки. Довольно те друг друга валять. Так вы дело не решите, – договорила и поставила поднос на пенек, который тут же превратился в импровизированный столик.

– Леха, все. Няня дело говорит. Остановись.

– Какое дело, – тяжело дыша и согнувшись пополам, оперев при этом ладони о колени, произнес Алексей.

– Вы, сынки, езжайте к ней. Пусть сама выберет. То, что вы тут друг друга валяете по снегу – решение на пару дней. Сердцу же не прикажешь! А ваша цель – вся жизнь. Так вот пусть и выбирает, на кого из вас она готова смотреть каждый день все последующие годы, да и детей рожать! А там и свадебку сыграем, кто бы ни победил. И второму невесту сыщем, вы же у нас вона какие красавцы-богатыри! Вот, где будет честный бой! В ее девичьем сердце! И только там. Подраться дело не хитрое, а вот доказать, что будешь хорошим мужем – совсем другое. Езжайте, езжайте, детки!


Глава 19


Где истина побеждает, любовь показывает себя с разных сторон, ну а мужчины остаются мужчинами


Для меня же все началось, как обычный рабочий день. Индиры нигде не было видно, Влас искренне обрадовался моей ненормальной улыбке на лице. И сколько не допытывался, как и моя тетя, так я и не смогла объяснить ему природу сего явления. Все клиенты и клиентки уходили весьма довольными и впечатленными моей работой. Да, я такая. Могу, когда хочу. И не ломать ногти, а делать безупречный маникюр с первого раза. И даже никого не поранила. Что уж там, не стоит аплодисментов.

Завершив очередную руку, рученьку, я бы даже уточнила, эх, что же это со мной такое? Услышала у себя над головой:

– Анфиса Аркадьевна? – подняла глаза и увидела перед собой мужчину, одетого, как дворецкий – костюм, фуражка. Я такое по телевизору только видела. – Ваша машина прибыла.

– Какая машина? – вот это номер, шутка, что ли чья-то?

– Лимузин. Он ждет у входа «А».

– Но я не заказывала машину.

– Ее заказали за вас, – манерно ответил дворецкий.

– Кто? Зачем? Что происходит вообще?

– Простите, я не вправе распространяться. Если вы боитесь, вы можете взять с собой одного из друзей или, эм, коллег.

– Что за ерунда? – возмутилась я. – Не поеду никуда.

– Анфиса, возьми меня с собой, – взмолился вдруг Влас. – Я так хочу покататься на лимузине! А шампанское у вас там есть? – обратился он к дворецкому.

– Разумеется. Трех видов. Утром самолетом прямо из Шампани доставили.