Вот так всегда в жизни, недоговоренность и взаимное непонимание может привести к ужасным последствиям. Если бы я решилась поговорить с Машей, то сейчас уже была бы с Алессом в Тунисе. А вместо этого я проведу целую неделю на больничной койке, в компании капельницы и изнуряющих лекарственных препаратов. Вот она реальность.

Позже я отправила Алессу сообщение:

Дела вынуждают меня задержаться в Каире. Я приеду только на следующей неделе. Очень скучаю, и безумно хочу поцеловать тебя.

Алесс ответил сразу.

Тоже сильно. Жду.

И все. В этих коротких строках, он выложил все, что я хотела услышать. И я успокоилась.

До конца недели я заняла себя написанием книги, которую решила закончить, во что бы то не стало. Если изначально я занялась ей только для того, чтобы убить время и вновь пережить свои эмоции, то сейчас это стало для меня чем-то значимым. Я хотела, чтобы позже Алесс увидел ее и понял всю глубину моих чувств. Чтобы она стала продолжением нашей истории. Я напишу книгу с хорошим финалом. Я сама поставлю точку в своей истории. И буду жить на страницах своей книги. Может быть, именно об этом говорили мои провидицы. Может быть, именно в этом есть мое предназначение, вывернуть душу на изнанку перед миллионами, открыться такой, какая я есть, остаться в памяти. Я обрету вторую жизнь, если имя мое останется в истории. Тогда я буду жить вечно.

В предпоследний день моего пребывания в Каирском госпитале, ко мне пришел врач. Довольно приятный мужчина, высокий и статный, он всегда улыбался, когда заходил ко мне в палату.

- Добрый день. – поздоровался он и сел на стул рядом. – Я хотел с вами поговорить.

Я отложила планшетник и поднялась на подушках. В это время у меня по расписанию была капельница, и я осторожно передвинула руку, чтобы не потревожить иголку.

Он посмотрел на пакетик с оставшейся жидкостью и печально улыбнулся.

- Вам надо беречь себя. – Заботливо сказал он.

- Я знаю.

- Вам нельзя волноваться. Это усугубляет вашу болезнь.

- И это мне известно.

- Как вы с таким диагнозом решились покинуть свою страну?

- От отчаяния. – с улыбкой ответила я. – Страшно было представить, что все может случиться в обыденной обстановке, а я еще многого не видела в своей жизни.

- Вы немного глупая, на мой взгляд, но отважная женщина.

- Спасибо.

- Я должен сказать вам… мы связались с вашим врачом в России…

- И? – насторожилась я.

- Ваше состояние ухудшилось. Вы не чувствуете?

- Я чувствую, что хочу жить.

- И это верно… но вам надо вернуться домой. Без должного ухода, вы не сможете…

- Послушайте доктор, - прервала я, - вы знаете, что такое ждать? Вы знаете, как страшно закрывать глаза и бояться, никогда больше не проснуться. Я знаю… и пытаюсь цепляться за эту жизнь из последних сил… я безумно хочу жить, но я не готова провести свои последние дни на больничной койке. Я не растение – я человек. Я умею чувствовать, умею радоваться, умею любить, и никто не сможет отнять у меня последнюю возможность насладиться жизнью.

Доктор многозначительно улыбнулся и поднялся.

- Тогда я могу пожелать вам только удачи, и пусть Аллах пребудет с вами.

- Спасибо.

Он вышел. И я осталась одна. Его речь заставила меня вновь задуматься о неизбежном будущем. Пришла Маша и застала меня в подавленном настроении. Но рассказывать ей о разговоре с доктором я не стала. Если она узнает что все так плохо, она первая потащит меня обратно домой и уложит на больничную койку. А я все еще была полна решимости увидеть Алесса. Может быть в последний раз.

Я уже написала ему сообщение, что скоро приеду. Он ответил, что ждет с нетерпением.

На следующий день, мы уже были в аэропорту. С этого дня в сумке моей лежали препараты, которые должны были поддерживать мое здоровье во время последнего путешествия. После разговора с доктором, я поняла, что срок мой заметно укоротился, и теперь я буквально стояла на пороге. На первой ступени приближающегося срока.


12. Тунис.


Тунис магическая страна. Едва я вдохнула горячие пары Тунисского воздуха, как меня буквально окутало странное, ни с чем несравнимое ощущение близости с ним. Мне показалось, что я была уже в этом мире, я знаю этот запах, я видела этих людей, и все казалось таким родным.

Но вместе с этим чувством, меня охватило и другое, менее приятное и пугающе знакомое – чувство тревоги. Словно что-то должно случиться, или уже случилось.

Алесс встречал нас в аэропорту. Улыбаясь, он вышел мне на встречу, едва я поймала его взглядом и крепко обнял. Несколько минут мы стояли просто обнявшись, наслаждаясь нашей заветной близостью.

- Я скучал по тебе. – признался он.

Я хотела сказать ему тоже самое, но промолчала. Что-то я уловила в его интонации. Мне казалось, что все как и прежде, что передо мной мой Алессандро, но когда он произнес заветные слова, я услышала в его голосе что-то страшное, незнакомое, и пугающее. Мне показалось, что это было чувство вины.

Я пыталась отогнать от себя эти мысли.

Я нежно поцеловала его, вкладывая всю свою тоску по нему, и провела рукой по гладкой щеке.

- Ты побрился?

- Тебе не нравится?

- Нравится.

- Где вы забронировали номера?

- В твоем отеле.

Он явно напрягся и испуганно дернулся. Это насторожило меня.

- Что случилось?

- Ничего. Просто ужасный отель. Я сам уже пожалел о своем выборе. Питание отвратное, персонал грубый и неприветливый. И пляж не такой уже и чистый. Может быть тебе лучше расположиться в другом отеле, по соседству. Я буду проводить все время с тобой.

Он юлил. Я чувствовала это. Он пытался солгать мне, и делал это так неумело. Я отстранилась.

- Что ты делаешь, Алесс? Зачем?

Он сделал удивленное лицо.

- О чем ты? Я просто хочу, чтобы тебе было комфортно.

- Мне комфортно быть рядом с тобой. Все остальное неважно.

Алесс улыбнулся.

- Тогда едем. Других причин нет.

Подошла Маша и мы поехали в отель.

Алесс сказал правду об отеле, обманул только в одном – персонал был замечательный. Стоило нам войти, как нас буквально окружили улыбками и вниманиями. Мы получили два номера с видом на море, в новом корпусе. Чистые и просторные. Еда на самом деле была просто ужасной, море было затянуто водорослями, а от бассейна жутко пахло хлоркой. Но территория была большой и зеленой.

За обедом мы встретились с итальянцами. Увидев Мауро, я обрадовалась и не смогла скрыть радости. Алессу не понравилось как мы с Мауро обменялись дружескими поцелуями, а когда мой здоровяк не стал церемониться и я оказалась в крепких братских объятиях, лицо Алесса исказила гримаса гнева.

Я уже оставила свои идеи заниматься работой на сайт, и полностью погрузилась в написание книги. Мне надо было успеть, времени оставалось немного.

Я с удовольствием описала отель, в котором мы разместились, и написала самое важное мое ощущение, возникшее в самый первый день приезда.

Мне кажется, я теряю его. Теряю навсегда. И нет сил бороться с самой собой за право обладать им до последней минуты. Что-то изменилось, я чувствую это, но ничего не могу поделать…

Я знала себя и боялась, если он предал меня и обманывает, я не смогу простить его. И эта мысль страшила меня больше чем сам факт возможного предательства.

На следующий день я стала ощущать, что все служащие отеля смотрят на меня сочувственными взглядами. Я даже была уверена, что по-арабски они говорили:

- Бедняжка.

Главным моим союзником в этом чудом отеле была Маша. И я решила воспользоваться ее преданностью.

- Маш. Пока особо сильно никто не знает что мы вместе, иди и разузнай все об Алесе.

- Зачем?

- Мне надо знать.

- Ты уверена?

- Да.

Пока я лежала у бассейна, Маша сходила в три бара и в силу своей природной коммуникабельности, вернулась довольная и улыбающаяся.

- Я все узнала. Все нормально. Твой Алесс вел себя хорошо. Никто ничего не видел.

Я посмотрела на Машу и заметила, как блеснули ее глаза. Она обманывала.

- Нет. Только не ты. Пожалуйста, у меня кроме тебя никого нет. Не ври мне.

- Я не вру! – воскликнула Маша. – Честно тебе говорю. Он много пил, и это все.

В этот день я поняла, что потеряла Машу как подругу. Она что-то узнала, но боялась рассказать мне. Боялась ранить мои чувства. Это было ужасно. Я была одна в окружении людей, которые лгут мне. А может быть это последствия последнего приступа. У меня просто обострилось чувство тревоги. Это паранойя. И я решила, что буду верить, вопреки своим мыслям и эмоциям – я буду верить. Так проще. Так легче.

Алесс все чаще стал проводить время вдалеке от меня. Утром он уходил, и весь день, я, слоняясь по отелю не могла его найти. Он словно прокладывал специальные невидимые тропы, не пересекающиеся с моими. Мне казалось, что он избегает меня. Но вечерами он вновь появлялся, и был нежен как прежде. Все сомнения мои вновь испарялись, я смотрела ему в глаза и хотела верить.

Но в один из дней я увидела то, что должна была увидеть.

С самого утра, Алесс исчез. Он ушел, когда я спала.

Проснувшись, я быстро оделась и вышла. Не знаю куда я шла, и сама страшилась своего желания обязательно искупаться в море, но все же уверенно шла по мощенной дороге, извивающейся между уютными виллами.