Не любил все эти пафосные коньяки, виски, мать их. Лучше водки.

— Не сопьюсь!

Она вздохнула.

— Ты так и решил всю жизнь провести один?

Я повернул автоматом зачем-то голову влево и замер. Вопрос Аглаи завис в воздухе. За столиком у стены сидел Лиман. Ни один, а со своей братвой. Я сразу узнал его. Изменился. Из робкого забитого парня, которого я так часто выручал на зоне, стал наглым понторезом, который откровенно рассматривал официантку красную от смущения и отвешивал в ее адрес весьма похабные шуточки.

— Он тебя не узнает?

Аглае даже ничего объяснять не приходилось, она сразу все поняла.

— Думаю нет, ему ни до меня!

— Вот подонок, избил жену, а сам развлекается! — прошипела Аглая.

— У нас все готово?

Аглая кивнула, а я налил себе еще водки. Моя жизнь давно другая, в ней нет места прошлым криминальным разборкам, связям. Все другое. Одиночество давно въелось мне под кожу, ни зря прозвали Отшельником. Хотелось напиться, забыть все, чистил жизни других людей, а свою не смог, как бы не старался.

— Не буду лезть к тебе в душу, знаю нелегкое это дело! — коснулась моей руки Аглая. — Но прошу, попробуй! Отшельник тоже должен остаться в прошлом! Ты этого хотел! Я знаю!

Я сжал ее пальцы. Самый близкий человек. Некогда нищая оборванная девчонка, пытавшаяся украсть у меня кошелек, а сейчас та, кому, я могу доверить все и знаю ни минуту не пожалею об этом.

Еще раз покосился в сторону, почувствовав на себя чей-то пристальный взгляд, взгляд волка, который хотел поединка. Это был Лиман. Он тут же отвернулся. Не узнал. Да узнать меня тяжело, столько времени прошло, я давно уже не тот, Отшельник, вот кто я и то, скоро и Отшельника не будет. Начнется совсем другая жизнь.

* * *

Я плохо помнил, как доехал до дома. Все мелькало. Вроде Аглая довезла, не пустила меня за руль. Шатаясь, дошел до двери и прислонился к ней. Там она. Девчонка, перевернувшая во мне все. Да, черт возьми, я не мог от нее оторваться. Мне хотелось ее, быть с ней. Что я несу? Это только мои мысли. На деле, я знал все не так и ничего не получится. Только какой-то странный туман заволакивал мой мозг. Открыл дверь и вошел внутрь, молясь чтобы она спала. Свет везде выключен. Скинул обувь и остановился у комнаты. Слышалось ее ровное дыхание, как сопит.

Как же хочется подойти то черт возьми. Длинные стройные ноги обнажены. С ума схожу от желания их коснуться, притянуть ее к себе и не отпускать от себя. Может она и есть шанс на мою новую жизнь? Именно она, а ни, кто-то, другой. Делаю шаг, и я уже в комнате. Стою, как дурак и смотрю на спящую девчонку, все больше осознавая, что во мне никогда ничего не вызывало такую бурю эмоций. Такое желание обладать девушкой. Ни только телом, а ее мыслями, ее желаниями, которые должны быть связаны только со мной. Сродни эгоисту психопату настолько одержимому, ни в силах справится со своими эмоциями, сажусь на кровать. Моя рука непроизвольно касается ее ноги. Нужно убрать, знаю это, не портить ничего, но не могу. Ангелина резко садится на кровати и смотрит на меня. Глаза испуганные, огромные.

— Прости!

Убираю руку и продолжаю смотреть на нее. Не могу, алкоголь затуманил мозг, впервые, наверное, хочется не разрядки, а тепла, ласки. Притянуть к себе эту нежную, хрупкую девушку. У тебя сломана жизнь, ты жесток, Отшельник, не порти ей судьбу, не усугубляй. Все это крутится в моей голове. Пытаюсь отогнать мысли, но не могу, она сама ко мне двигается.

— Что-то случилось?

Ее голос в полумраке комнаты звучит так маняще, так долгожданно, что у меня непроизвольно отключается стоп — сигнал.

— Ты такая красивая!

Мои пальцы путаются в ее волосах, убирают прядь за ухо, и сил сдерживаться нет.

— Она красивее! — тихо произносит Ангелина.

— Кто?

— Твоя девушка!

Я двигаюсь ближе и вот уже мои руки на ее плечах. Не могу отпустить и не хочу.

— У меня нет девушки! — абсолютно искренне отвечаю я.

— Я ее видела!

Усмехаюсь.

— Это так! Она мне никто!

Ангелина молча смотрит на меня, хлопает длинными густыми ресницами. В ней идет какая-то борьба. А ее пухлые сладкие губы, так манили к себе. Не выдержал, наклонившись, грубо притянул ее к себе и коснулся их. Перед глазами завертелись разноцветные блики. Ее губы были, как нектар. Она робко и неуверенно отвечала на поцелуй, а я сжимал ее в своих объятьях словно в тисках все сильнее. Даже не сопротивлялась, лишь слабо дрожала в моих руках…

[АНГЕЛИНА]

Я знала, что между мужчиной и женщиной такое бывает. Притяжение. Страсть. Любовь. Последнее было смешным. Такой, как он не сумеет полюбить такую, как я. Никогда. Думала о нем постоянно, считала в подсознании своим героем, хотя понимала это все глупости. Особенно после того, как защитил меня от тех подонков.

Смотрю на него, и чувствую, как внутри все дрожит. Читала в книгах о таком, смотрела фильмы, но не думала, что когда-то столкнусь с таким. Чтобы каждая клеточка тела дрожала. А сейчас, когда он ко мне прикоснулся, думала все. Сознание потеряю. Взрослый. Сильный. Мужественный. И рядом со мной, хотя знаю, что он чужой. В его глазах читается, я средство для денег и не более того. Внезапный поцелуй. Он накрыл меня с головы до ног. Потеряла способность дышать. Только его сильные руки на моих плечах, только его губы на моих губах. Я никогда по-настоящему не целовалась, знала, что мои одноклассники еще в школе расстались с девственностью, а себя все хранила. Даже представить не могла что когда-то это у меня произойдет. Всегда отворачивалась, когда видела ту или иную сцену секса в кино, а сейчас густо ощущала, как у меня краснеют щеки.

— Я никогда не встречал лучше тебя, честно!

Я знаю, что он, возможно, говорит неправду. Точно обманывает, но словно окутана туманом ни в силах сдвинуться с места. Сама двигаюсь к нему, обнимаю его за шею и целую, как безумная. По телу идет дрожь, откидываю голову назад, подставляя шею под его поцелуи. Стыдно и в то же время сладко. Так сладко, что не могу оторваться. Секунда и мое платье уже на полу. Я в одном нижнем белье. Чувствую, как вся пылаю, дрожу.

— Ты само совершенство! У тебя потрясающее тело! — шепчет он и продолжает целовать.

Закрываю глаза, а его руки укладывают меня на кровать. Еще секунда и мой бюстгальтер тоже на полу. В таком белье нельзя раздеваться перед мужчиной. Но уже поздно. Кажется, эта ночь станет роковой. В эту ночь я стану женщиной.

— Ты моя!

Его губы опускаются на мою грудь. Меня всю сопрягают волны доселе неизведанные мне. Хочется выгибаться, кричать, но сдерживаю себя. Я ведь никогда даже сама к себе не прикасалась, а тут посторонний мужчина трогает и целует мое тело. Черт. Его пальцы опускаются ниже. Касаются моих трусиков, и он медленно не прекращая целовать меня, стягивает их. Волна электрического тока сводит меня с ума. Я больше не могу себя сдерживать и кричу в голос, забыв о стыде и обо всем на свете. Мне хорошо. Безумно хорошо. Распахиваю глаза. Мы смотрим друг на друга.

— Ты девочка? То есть девственница?

Я моргаю. Теряюсь от его вопроса. Чувствую, что краснею еще сильнее. Веду себя, как дура.

— Нет, то есть да!

— Так да или нет? — прищуривается он.

— Да!

Выпалив это чувствую, как мне становится страшно. Словно знаю, что все, переступаю какую-то запретную грань. Страх. Он сковывает и в то же время та дрожь, его взгляд, его губы с такой страстью, целовавшие меня, они сильнее.

— Ты доверяешь мне?

Я киваю, и вся сжимаюсь. По- моему уже поздно о чем-то говорить. На его лице мелькает разочарование или мне кажется. Кажется. Он берет себя в руки и накрыв мое тело своим, касается губ.

— Спасибо за доверие девочка моя! Не бойся! Я не причиню тебе боли!

Его руки ласкают мое тело. Становится все тяжелее дышать. В груди спирает, мои пальцы скользят по его спине. Знаю, что мужчинам нравятся, когда длинные ногти царапаю их спину. У меня не ногтей, но по его горячему учащенному дыханию, я ощущаю, как ему хорошо. Осторожно рукой, разводит мои бедра в сторону. Я крепко зажмуриваюсь. Это просто сон, мне все это снится.

— Потерпи! Сейчас будет немного больно принцесса! Прошу потерпи!

В эту же минуту, меня пронзает судорожная боль. Черт возьми. Вся напрягаюсь под ним, но его язык скользит по моей шее, а руки. Сильные мужские руки, крепко держат меня.

— Тихо, девочка! Тихо принцесса! Прошу потерпи!

Не двигается. Дает мне привыкнуть к его размерам. А я до сих пор не могу поверить, что только что стала женщиной.

— Сука! Какая же ты классная! Бл. ь! Это невероятно!

Он, не сдерживаясь, двигается во мне. Вначале осторожно, медленно, а после сильнее, заставляя меня выгибаться ему в такт и ощущать, как между ног все сладко ноет. Как не хочется его отпускать.

— Девочка моя!

Его движения становятся все интенсивнее, а я ощущаю, что меня накрывает с ног до головы. Я теперь не представляю, как жила до него и не знаю какой будет моя жизнь после, я с ним и без него я не хочу.

[ДАВИД]

Я никогда не был красноречив, наоборот всегда сдержан и сух, но эмоции переполняли. Эта ночь. Она без преувеличения была лучшей в моей жизни. Сжимая ее в своих объятьях, чувствовал, что не могу отпустить эту девочку от себя, что натворил, переступив через грань. Хотел быть с ней и не мог оторваться. Жизнь словно разделилась на две части, до и после. Она уснула, а я так и лежал, обнимая и целуя ее д самого утра. Не привыкший ни к ласке, ни к чему, бывший воспитанник приюта, заключенный, я сполна сегодня испытал, что такое, когда рядом с тобой та, кто нужна. Твердо решив поговорить с ней с утра и услышать ее мнение, зная, что уже не отпущу, встал и прошел на кухню. Налил себе стакан воды. Осушил его залпом и потянулся ко второму, как в дверь позвонили. Несколько звонков подряд. Взгляд тут же упал на ствол. Взяв его в руки, пошел к двери. Аглая бы позвонила. Посмотрел в глазок и выругался сквозь зубы. За дверью стояла Алла. Как только в подъезд попала…