Именно тогда и зародилась наша дружба. Мы трудились бок о бок, разбирали пакеты и конверты, шутили и делились разными историями. И когда Росита за ланчем поделилась со мной блинчиками с мясом, я влюбился.

Росита выглядит удивленной, когда замечает за мной Оливию.

— Мисс Кейн, — говорит она, ее голос мягкий и насмешливый. Не каждый день встретишь дочь гендиректора в подвале.

— Пожалуйста, называйте меня Оливией, — говорит она, с улыбкой исправляя Роситу. — Приятно познакомиться.

В компании все знают Оливию, даже если и не знакомы лично.

— Так… Тебе что-то нужно? — Росита снова переводит взгляд от Оливии ко мне.

Я качаю головой.

— Нет, просто пришел поздороваться.

Росита расслабляется, и ее улыбка становится шире.

— Ты получил мое приглашение на день рождения Марии?

— Конечно. Через две недели, верно? Этот день уже записан в моем календаре.

— Ты обедал? — она улыбается и протягивает руку, чтобы погладить мой шелковый галстук. — Я беспокоюсь, ты же знаешь.

— Я поел. Спасибо, — отвечаю я с улыбкой.

Бывает я так занят, что пропускаю ланч… ну до тех пор, пока Росита не поднимается в мой кабинет с сэндвичем из гастронома. Такое ощущение, что она чувствует, когда я пропускаю обед. Она часто стирает грань между коллегой, другом и матерью.

Я привел сюда Оливию для того, чтобы она увидела своими глазами, что в этой компании есть гораздо больше, чем многозначные числа. Некоторые вещи не могут быть усвоены из электронной таблицы. Перспектива, которую Оливия видит, сидя целый день в кресле в кабинете, очень отличается от перспективы, которую видят здесь, на цокольном этаже.

Стоя здесь и глядя в давно знакомые глаза, я чувствую всю теплоту и заботу, что льются из самой глубины чистой души Роситы. В этот момент невозможно не осознать всю важность нашего дела, ту ответственность, что возложена на нас. Мы не можем потерпеть неудачу. Если у нас ничего не получится, эти люди пойдут ко дну вместе с нами. И я не позволю этому случиться.

После обмена любезностями мы с Оливией возвращаемся к лифту.

— Она важна для тебя, не так ли? — спрашивает Оливия.

— Очень.

Она задумчиво кивает.

Я проверяю свои часы, когда мы заходим в лифт, и вздыхаю. На лице Оливии отражается то же напряжение, которое уже давно испытываю я сам. В последнее время мы находимся в состоянии сильного стресса, и у меня предчувствие, что он только усугубится.

— Сегодня произошло то, чего я совсем не ожидал, — говорю я. — Так как? Ты на самом деле собираешься подписать контракт, да? После нескольких недель переговоров?

— Я сделаю это на своих условиях, если и когда буду готова, Ной. Считай следующие несколько недель испытательным сроком.

— Это будет легко, любимая.

— Ох, это будет нелегко, — говорит она, поправляя меня. — И не называй меня любимой.

— Ты уверена в этом, миссис Тейт?

— Я сказала тебе не называть меня так и как-либо еще.

— Я знаю. Ты сказала, чтобы я пригласил тебя выпить, прежде чем ты рассмотришь вопрос о смене фамилии, — я ухмыляюсь ей. — Я думаю, что это чертовски отличная мысль! Даже гениальная, я бы сказал.

Я прячу свою победную улыбку и испытываю острое желание ударить кулаком в грудь.

Весь мой стол завален бумагами, которые требуют немедленного рассмотрения, но мысль о сидящей напротив Оливии, рассказывающей мне подробности об испытательном сроке, приносит гораздо больше удовольствия. Самое время двигаться дальше.

— Уже около пяти часов, ты знаешь?

— У нас сегодня выдался насыщенный день. Я думаю, мы могли бы выпить по коктейлю, — говорит она, удивляя меня своим согласием.

— Я встречу тебя в холле минут через пятнадцать?

Я знаю, что она никогда не согласится уехать, не ответив на последние электронные письма.

— Конечно, — отвечает она и выходит из лифта.

Я смотрю на ее удаляющуюся попку, когда она идет в направлении своего кабинета.


***

Разместившись в «Стэнтон Рум» — шикарном баре через дорогу от нашего офисного здания — мы с Оливией делаем заказ: водку с мартини для нее и виски со льдом для меня.

— Очень крепкий мартини, да? — я подмигиваю ей.

— Удивлен? — на ее губах появляется намек на улыбку.

— Что пуританка Оливия Кейн любит крепкий мартини? Да, я удивлен.

— Не думай об этом слишком долго, Ной. Я не хочу наблюдать за тем, как распадаются клетки твоего мозга.

Я хмурюсь, глядя на нее. Если и есть одна вещь, в чем Оливия и я преуспеваем, так это стеб. И хотя ей хочется верить в обратное, но сексуальное напряжение между нами существует. Я наклоняюсь к ней, ставя локти на стол.

— И как все это будет складываться? Я и ты? Я просто хочу прояснить для себя твои ожидания, чтобы превзойти их.

Ее взгляд пронзает меня холодом. По крайней мере, там уже нет того льда, что раньше. Но этот взгляд еще далек от того, каким я хочу его видеть.

— Ну, я мало думала об этом, но тебе придется убедить меня. Докажи мне, что это безумие может сработать.

Если и есть одна вещь, которую я знаю об Оливии, — она не терпит неудач. Что-то мне подсказывает, что трудности могут возникнуть. Но она должна знать, когда мы поженимся, я не облажаюсь и не стану ее смущать. Мы должны работать вместе, жить вместе. Пора уже запустить наш семейный корабль в большое плавание.

— Так ты хочешь встречаться? Я не хожу на свидания, Снежинка.

— Убедить — не значит встречаться.

Она отпивает из своего бокала и ставит его на место, пытливо поглядывая на меня. Она может выглядеть как обычная милая девушка по соседству, но, по сути, Оливия — стерва. Тотальная тройная угроза. Сексуальная, умная и талантливая. Что идеально мне подходит, так как я всегда мечтал о том, что моя будущая жена будет обладать всеми этими качествами. Ну, на ряду с тугой, узкой… Черт!

— Убеждение заключается в том, что мы должны находиться в одной комнате, не пытаясь разорвать друг другу глотки.

Я киваю.

— Хорошо, мы будем вести себя цивилизованно.

— Прекрасно, — говорит она. — И мы должны выяснить, что, черт возьми, у нас с тобой общего.

Я думаю, мы уже знаем, что у нас общего. И, по-моему, это достаточно длинный список. Но я соглашусь со всем, что она хочет. Я выиграю независимо от того, чем это окажется.

— Поскольку мы должны сыграть на публику, я согласен. Я должен знать немного о своей невесте, — произношу я. — Например, твоя любимая поза в сексе…

Она кашляет и хрипит, подавившись оливкой из напитка. В какой-то момент кажется, что мне придется выполнить прием Геймлиха, но она проглатывает эту чертову штуку и впивается в меня взглядом. (Прим.: данный прием описал врач Генри Геймлих для оказания первой медицинской помощи при попадании инородных тел в верхние дыхательные пути).

— Какое это имеет значение? — шепчет она, ее голос все еще хриплый.

Я смеюсь.

— Успокойся. Я просто хочу знать, как понравиться своей будущей жене, вот и все.

— Ты можешь понравиться мне, взявшись за ум и приступив к работе в офисе, а не сидеть и попивать виски. Вот что будет предпочтительнее для тебя.

— Дорогая? — я медленно прикрываю глаза. Мне часто говорили, что мои ресницы слишком хороши для мужчины, так что теперь я надеюсь на определенный эффект. — Мы, как предполагалось, должны были обсудить то, что нас объединяет.

— Правильно. Ну… — она начинает перечислять, загибая пальцы. — Лето в Хэмптоне. Работа в «Тейт и Кейн», конечно же. Наши семьи дружат с давних времен.

— Мы оба потеряли наших матерей, — указываю я.

Она опускает взгляд, но я не чувствую себя виноватым. Это просто факт жизни, которую мы обсуждаем, и я предпочитаю пропустить поверхностную чушь и перейти к реальным вещам.

— Да. Что еще? — она нервно барабанит пальцами по столу.

— Я, например, люблю анал. А ты?

Проклятье! Снова подавилась. Я встаю и глажу спину моей невесты, пока она не приходит в норму.

— Еще коктейль? — спрашиваю я, заметив, что ее бокал уже пуст.

Она выглядит взволнованной, что выпила мартини с водкой так быстро, но подает сигнал официантке для следующего раунда.

— Я знаю, во что ввязываюсь, Ной. Все мое внимание сосредоточено на выводе компании из кризиса, не притворяясь при этом счастливой женушкой своего фальшивого мужа.

— Поправка, — я наклоняюсь ближе к Оливии. — Скоро будет реальный муж. Я добьюсь тебя, Снежинка. Это произойдет.

Глава 4


Оливия


Добьется меня… Реальный муж.

Нет ничего реального, если это касается Ноя. Он может называть это «свиданиями», если хочет. Мне необходима уверенность в будущем, я должна знать, что мы сработаемся, что у нас получится. Не стоит смешивать это с любовью и сексом, каким бы опасно притягательным он ни был. У меня есть ряд вопросов, на которые я хочу получить ответы.

Для чего Ной познакомил меня с Роситой? Он практически стащил меня вниз. Каковы бы ни были причины, для него это важно. Он пытался показать мне, что я тут не единственная, у кого проблемы? Что не следует строить из себя жертву и тянуть с подписанием контракта? Или же он хотел показать себя с другой стороны? Если последнее было его целью, то это сработало. Должна признать, что отношения Ноя с Роситой тронули меня. Словно мать и сын. Их преданность друг другу смягчила бы даже самое черствое сердце. Не то чтобы я думала, что Ною недостает мягкости. Чего ему не хватает, так это дисциплины. Так что у меня есть все основания полагать, что мы поладим, все будет не так уж и ужасно.