— Добрый вечер, Мейси, — говорит Оливер, останавливаясь рядом с ней. Он возвышается над Мейси, и она неосознанно делает шаг ко мне.

— Привет, — пищит она. Моя обычно взрывоопасная Мейси очень тихая в его присутствии. Крисси обменивается со мной любопытным взглядом, явно недоумевая, что происходит.

— Я могу поговорить с тобой наедине? — спрашивает Оливер у Мейси.

Она смотрит на меня, оценивая мою реакцию.

— Иди, Блинчик, — говорю я ей. Оливер умеет обращаться со словами, и, возможно, разговор наедине поможет ей окончательно преодолеть ту неловкость, которая есть между ними.

Мы с Крисси смотрим, как они уходят, направляясь в приват-зону. Мейси оглядывается на меня, и я ей слегка киваю, подбадривая.

— Что это было? — спрашивает Крисси, наблюдая за тем, как они садятся на диван для двоих. Оливер что-то говорит, и Мейси кивает в ответ на его слова.

Я пожимаю плечами. Крисси любит быть в курсе всех дел клуба, и обычно я не против этого, но эта ситуация к таковой не относится, это личное.

— Кто знает, — говорю я. — Ты же знаешь Оливера. Уверен, что он просто делится с ней частичкой своей мудрости.

— У него хорошая интуиция, — говорит она, — но не нужно быть ученым, чтобы увидеть, что вы с Мейси влюблены и счастливы, — улыбается мне она. — Приятно это видеть.

— Да, — это приятно, — на это ушло много времени.

Шесть долгих лет я ждал, когда Мейси вернется в мою жизнь. И теперь, когда она со мной, я никогда ее не отпущу. Хейл все еще привыкает к этой реальности.

Через некоторое время Мейси и Оливер возвращаются к нам, и очевидно, что этот разговор помог. Походка Мейси становится легче, и улыбка украшает ее губы.

— Пошли, Крисси, — говорит Оливер, — нам нужно развлекать клиентов.

Мы с Мейси наблюдаем за тем, как они уходят в глубину клуба.

— Все в порядке? — я целую ее в макушку, когда она прижимается ко мне.

— Прекрасно.

— Что он сказал?

— Он рассказал о своей роли в клубе. Про то, что его присутствие в комнате с какой-либо парой не является необычным, а часто и обязательным, и чтобы я не делала из мухи слона.

Я говорил ей то же самое. Три раза.

— И все?

Она кивает.

— Еще он сказал, что если мне это поможет, то он позволит и мне увидеть его голым. Чтобы сравнять счет, ну, ты понимаешь.

— Этого не будет, дорогая.

Мейси начинает издеваться:

— Даже если мне это нужно, чтобы почувствовать себя лучше?

Прищурившись, я внимательно смотрю на нее.

— Тебе это нужно?

— Ну, нет, — ее щеки слегка краснеют, когда она отводит взгляд.

Я фыркаю от смеха.

— Хорошо, — я не вполне понимаю, что чувствую по этому поводу сейчас, когда мы вместе. Я наклоняюсь и целую чувствительное местечко у нее за ушком. — Иди в игровую комнату и жди меня на кровати.

— Хорошо, — говорит она на выдохе.

— Я изменил код.

— И какой он теперь? — спрашивает она, с любопытством смотря на меня.

Наклоняясь, чтобы прошептать ей на ушко, я вдыхаю ее запах. Лаванда и ваниль — моя любимая комбинация.

— Твой день рождения.

Она мне тепло улыбается. По правде говоря, это уже не моя личная игровая комната. Это ее комната. Если бы не ее надутые губки, то я бы отказался от этой комнаты. В конце концов, Оливер мог бы использовать ее в качестве второго терапевтического кабинета.

Поднявшись на носочки, Мейси целует меня в щеку, а затем медленно идет прочь; ее округлые бедра покачиваются при ходьбе.

Мне требуется вся сила воли, чтобы не последовать за ней. Мой член уже увеличивается в штанах. Но сегодня вечером я хочу не торопясь заняться с ней любовью. Близость и секс — это то, от чего я очень долго держался подальше, и теперь, когда у меня есть девушка, которую я всегда хотел, я буду наверстывать упущенное время. Мы каждую ночь находимся в объятиях друг друга, и даже днем я не могу от нее оторваться, и все равно, мне этого еще недостаточно.

Интересно, а когда-нибудь будет достаточно?

Глава 17


Мейси

Шесть месяцев спустя


— Ты не должен был этого делать, ты же знаешь, — говорю я, выходя из лимузина и оглядывая место, похожее на парк.

— Ты шутишь? Я хотел это сделать. Упустить шанс увидеть тебя в этом сексуальном платье? — Риз проводит руками по моему телу, скользя ладонями по шелковистой ткани платья винного цвета.

Благодаря высоким каблукам, я почти одного с ним роста, и чтобы прижаться к его губам, я должна лишь встать на носочки. Мы разделяем глубокий, страстный поцелуй, прежде чем я наконец-то отстраняюсь.

— Расскажешь мне о том, что мы здесь делаем? — спрашиваю я.

— Пойдем со мной.

Водитель уезжает на стоянку, а Риз берет меня за руку и ведет к беседке. Очевидно, он потратил много времени, чтобы все идеально сделать для нашего свидания. С потолка свисают мерцающие белые огоньки и тихо играет музыка. В ведерке со льдом нас ожидает бутылка шампанского, немного дальше на травянистом холме под звездами лежит одеяло.

— Для чего все это? — спрашиваю я, улыбаясь ему. Я до сих пор не привыкла к тому, что Риз любит меня до безумия, хотя с тех пор, как мы начали встречаться, прошло уже шесть месяцев.

— Мы все еще наверстываем то, что я упустил. Например, романтические свидания, на которые я должен был тебя приглашать.

— Тебе не обязательно это делать.

Он качает головой, ухмыляясь мне.

— Помнишь тот день, когда тот прохвост, Джейкоб, кажется, отвел тебя на выпускной бал?

— Конечно.

— Это должен был быть я. Я до сих пор сожалею о том, что не я пошел с тобой на выпускной. И вот, — он машет рукой.

Я оглядываюсь вокруг, глядя на все новым взглядом: мой сексуальный мужчина в черном костюме и галстуке, я в вечернем платье, вокруг нас романтическая обстановка, и понимаю, что он воссоздал образ моего выпускного бала. Только для нас. На моих глазах появляются слезы. Если бы мой мир не развалился в Майами, если бы я не поймала своего бывшего на измене… Даже думать не хочу о том, что все могло бы быть совсем по-другому, что я могла бы и не быть здесь с мужчиной, которого люблю больше всего на свете.

— Я думала, что вы с Хейлом одобрили Джейкоба, — я подавляю желание закатить глаза, когда вспоминаю о том, как они тогда одобряли или нет все мои свидания, вдвоем принимая решения.

— Я его одобрил, но это не значит, что не пообещал его кастрировать, если он положит на тебя хотя бы один чертов палец, — выражение лица Риза мрачнеет. — Подожди, он же к тебе не прикасался, не так ли?

— Риз Джексон, — журю я. Мне стоило бы помучить его, сказать, что Джейкоб ко мне приставал, но я не такая жестокая. От Риза вполне можно ожидать того, что он найдет этого парня и исполнит свое обещание.

— Скажи мне, — говорит он.

— Нет, он всю ночь вел себя как настоящий джентльмен. К концу вечера я задавалась вопросом, что со мной не так и почему он держался со мной так холодно.

Риз самодовольно ухмыляется.

— С тобой все хорошо. Я просто не мог позволить, чтобы какой-то старшеклассник касался того, что принадлежало мне.

На этот раз я действительно закатываю глаза.

— Ты сногсшибательно выглядишь.

— Знаешь, а на мне нет трусиков.

Риз стонет.

— Ты пытаешься меня убить?

— Нет, я просто уверена, что ты их порвешь, — у него слабость к тому, чтобы рвать мои трусики, но я не жалуюсь. — Пойдем. Ты должен мне танец под звездами.

Вечер прекрасен. Мы потягиваем шампанское, медленно танцуем под тихую джазовую мелодию и смеемся, вспоминая старые времена. Этот вечер намного лучше, чем мой выпускной бал.

— Ты изменила цвет своих ногтей, — говорит Риз, держа меня за руку. Мы сидим на одеяле, которое он расстелил под звездами.

Сейчас мои ногти окрашены в светло-розовый цвет, и я просто киваю. Я знаю, он думал, что черный цвет моих ногтей был своего рода отражением моего настроения, и, возможно, так и было. Когда мы встретились после долгой разлуки, я была словно в темноте. Но это изменилось.

У меня лучший парень во всем мире. У него золотое сердце, огромный член, и он отлично управляется со всеми лучшими секс-игрушками. У меня такое чувство, что я выиграла чертову лотерею. Когда я вернулась в Чикаго, я была в поиске, а настоящая любовь меня поджидала, чтобы смести меня с ног, а я об этом не догадывалась. У меня болит сердце, когда вспоминаю о том, как сильно Риз сопротивлялся своим чувствам ко мне. У нас было тяжелое начало, но сейчас все хорошо. На самом деле, все великолепно. Нана его обожает, и даже Хейл принял наши отношения.

— Спасибо тебе за то, что организовал для нас идеальное свидание, — я наклоняюсь и целую его в щеку. Меня приветствуют его грубая щетина и резкий запах туалетной воды, и мое сердце начинает биться быстрее. До тех пор, пока я жива, я не смогу им насытиться.

— Еще один танец, прежде чем мы уедем? — спрашивает он, поднимаясь на ноги, и притягивает меня к себе.

— Да, но мне нужно снять эти туфли, если не возражаешь.

— Совсем нет.

Я снимаю туфли и отбрасываю их в сторону. Риз удивляет меня, поднимая меня на руки и кружа вокруг себя. Когда он ставит меня на ноги, трава щекочет мои босые ступни, и мы начинаем покачиваться в танце. Положив голову ему на плечо, я наслаждаюсь покоем и расслабленностью, а затем ощущаю, что он наслаждается совсем другим. Его член поднимается и твердеет у моего живота, а ладонями скользит к попке, сжимая ее.

Риз наклоняется и прижимается губами к моей шее, легонько целуя и покусывая кожу.

— Прости, дорогая, кажется, я не в состоянии прилично себя вести, когда нахожусь рядом с тобой.