Первый раз переступаю порог высшего учебного заведения, ощущая вкус свободы и взрослой жизни. Я поступила на факультет «Рекламы и связи с общественностью». Пиарщик, грубо говоря. Миша предложил эту профессию, когда мы выбирали, куда лучше податься с моими знаниями и креативностью. Мне понравилась идея, а парень моей излюбленной старшей сестры гарантировано отложил место в компании специально для меня.

У Лидкиного парня есть свои плюсы. Он, кстати, тоже приехал меня поддержать, вон вдалеке стоит рядом с сестрой, не отпускает ее из рук, пока я глазами ищу свою школьную подругу. Голубки, блин.

— О, Яна! Иди сюда! — кричит с другого конца коридора Гера. Она стоит с двумя парнями, болтает во всю. Молодец какая. Мне бы научиться так легко общаться с ребятами.

Подхожу к ней на Лидкиных каблуках, немного пошатываясь. Всматриваюсь то в довольное лицо подруги, то на ребят. А, вон тот блондинчик с фото подруги. Очень симпатичный, кстати, высокий такой, широкоплечий, улыбается дружелюбно. А еще глаз с меня не сводит. Ой, неужели я ему понравилась? Надо бы волосы немного взлохматить, объем придать.

Вот, сейчас подойду к нему, улыбнусь обворажительно, как меня учила Лидка, а потом…

Ай!

Какого черта?

В мгновение ока я оказываюсь на полу, сидя своей скромной пятой точечкой на холодном кафеле, а передо мной раскинуты листы А4. Поднимаю голову и сталкиваюсь сначала со стеклами очков, а потом с обладателями красивых зеленых глаз. Знаете, как весенняя листва в мае, когда деревья начинают расцветать. Только они злые какие-то, смотрят на меня прищуренно. Между прочим, ты сам на меня наехал! Чего зыркаешь?

— Смотри куда идешь! — пытаюсь подняться с ушибленной пятой точки.

— Вы иногда тоже смотрите по сторонам, — говорит он спокойно, но тем не менее помогает подняться с пола. Спасибо хоть на этом, блин.

— Ага.

И за это «ага» он смотрит на меня, как на злейшего врага, который поджег его дом еще в детстве.

На этом диалог заканчивается. Парень сначала поднимает меня, затем листы. Что ж надо помочь. И пока я складываю вместе с ним чуть посеревшую бумагу в общую стопку, сталкиваюсь с обладателем красивых глаз лицом к лицу. Нет, он не молодой человек, судя по образовавшимся морщинам на лбу, но вряд ли ему кто-то даст больше тридцати. Шатен, возможно, даже высокий. В черном костюме с завязанным темно-зеленым галстуком. Хм. Староват он для студента. Преподаватель? Молод.


— На первый раз прощаю.

— В смысле?

— Смотрите внимательно под ноги.

Больше ничего не сказав, он хватает стопку из моих рук и уходит. И это все? А где благодарности? Никто не учил говорить «Спасибо». И вообще, какого черта только что было? Он мне угрожал? А если не буду под ноги смотреть, то что? Да кто он вообще такой! Наглость какая!

— Ну привет, катастрофа, — здоровается со мной в щеку Гера, когда я наконец-то подхожу к подруге. Ну все, теперь на меня блондинчик не посмотрит. — А я с нашими одногруппниками познакомилась. Это Саша и Дима. Ребята, это Яна.

Саша — рыжий парень в очках с фотографии. Я долго думала, что у него в глазах блестело. Из-за освещения не увидела оправу. Дима — тот самый симпатичный блондинчик, которого присмотрела издалека, но почему-то мысль о нем упорхнула, когда меня столкнул тот высокомерный муд… мужчина.

— Приятно познакомиться, Яна, — лучезарно улыбается Дима, не отводя от меня глаз. Только не заикайся, Яна, не сейчас.

— Взаимно.

Фух! Без единой заминки сказала. Ох, как сердце предательски бьется, когда он меня за руку берет и оставляет поцелуй на гладкой стороне ладони. Какой галантный. Вау.

— Кстати, нам когда будут раздавать студаки? — спрашивает Гера, привлекая всеобщее внимание.

— Скоро, думаю. Куратор соберет нас вместе, раздаст расписание и заодно студенческие билеты, — объясняет Саша.

— Интересно, она злая? — задается вопросом подруга.

— Скорее не она, а он.

— Как это? — удивленно спрашиваю я.

— А ты не заметила? — интересуется Дима, так же обворожительно улыбаясь. — Ты же первая с ним познакомилась.

— Когда?

— Пять минут назад, когда попой на полу сидела.

Серьезно? То есть этот студент-переросток в очках еще и наш куратор? Здорово. Преподаватель все-таки. Меня ждет веселая университетская жизнь.

— Он преподает английский. Педант до мозга костей, полиглот, пишет кандидатскую, — поясняет Саша. — Сильный преподаватель, но требовательный, мне так брат сказал. Так что его пары лучше не пропускать.

Попала я. Причем по полной программе. Хотя я и не планировала пары прогуливать, мне образование нужно, а не пропуски и тусовки. Ладно, вру я. Повеселиться тоже не мешало. Гера сказала, что в конце недели у нас будет посвящение в студенты. Интересно, что нам приготовили?

— Кстати, как он тебе? — спрашивает у меня Гера.

А? Что? А я тут причем? У меня, между прочим, попа до сих пор болит, а она тут какую-то ерунду говорит.

— Не знаю, я особо не смотрела.

— Неужели?

От ответа меня спасает громкая дрель звонка. Перед уходом машу рукой сестре и Мише, а затем иду с ребятами в указанную в списках аудиторию. Заходим и ждем своего куратора. Я бы сказала, что мне больше не страшно, ведь мы уже познакомились. Но это не так. Страх нарастает с двойной силой и даже легкое прикосновение руки Димы не спасает.

Садимся вчетвером на шестой ряд. Оттуда и не видно нас и не особо далеко. Я так думала, по крайней мере. Вдруг этот педант нас не заметит? А, нет, заметил. Первым делом взметнул зеленые глаза на меня и задержался чуть дольше. Ну вот и начался первый день в университете.

Глава 2

Мужчина швыряет на кафедру стопку бумаг, оглядывает всех студентов с передних до задних рядов и, поправив очки на переносице, произносит холодным тоном:

— С началом учебного года. Наш университет предоставляет полезные и все необходимые для вас предметы. «Реклама и связь с общественностью» не самая легкая специальность. За эти пять лет вам нужно выработать некоторые навыки, которых вы лишены. Застенчивых и скромных амеб исключают после первого семестра.

Все тут же охнули от удивления. Я не произнесла ни звука, но ноги у меня подкашиваются, а каблуки непроизвольно стучат под партой. Дима странно оглядывается на меня, но затем снова обращает внимание на нашего куратора.

— Поэтому запомните три важных правила, — куратор вешает черный пиджак на стул, подходит к доске и начинает записывать — Пары не пропускать, все задания сдавать вовремя и не перечить преподавателям. Бюджетные места легко освобождаются, так что расслабиться сможете только к середине пятого курса и то не факт.

Он снова окидывает нас внимательным взглядом, будто ищет возражения или хоть какую-то реакцию на наших лицах. Но все молча смотрят на мужчину. А как нам еще реагировать, вы нас до смерти запугали? Ладно, не всех, но меня-то уж точно. Даже Гера сидит вся зашуганная, хотя эту мадам очень трудно заставить дрожать от страха.

— Думаю, все поняли. Отлично. А теперь давайте познакомимся…

Серьезно? А до этого вы не удосужились представиться? Вот перед тем, как нас учить уму-разуму? Нет? Ну ладно.

— Меня зовут Сокол Феликс Владимирович. Я буду вести у вас английский язык. Напомню, этот язык профильный, дополнительно вы можете взять еще два языка, но не советую их смешивать, пока не будете знать в идеале хотя бы один.

— Эй, Янка, — Гера толкает меня локтем. — Еще одна птичка в моем арсенале.

Закатываю глаза от неудачного подкола. Уже восемнадцать лет терплю эти издевательства. Ну и что, что у меня фамилия Орлова. Бояться должны, а не смеяться. Хотя, если бы Гера не хихикнула, я бы и не обратила внимание на птичий тип наших фамилий.

— Ага. Ты еще поспорь, кто из нас больше хищник.

Гера замолкает, но это молчание мне совсем не нравится.

— Простите… — раздается тонкий голосок сзади. Феликс Владимирович поднимает глаза на несколько парт выше нас.

— Слушаю.

— Вы проводите дополнительные занятия после пар?

— Нет, — отрезает он.

— А за отдельную плату? — в девичьем голосе слышится нотка кокетства. О, какая хитрая одногруппница с нами учится.

— Фамилия?

— К-кравец, — отвечает неуверено.

— Сегодня у вашего декана накопилось полно работы. Останьтесь и помогите ей, — выносит вердикт Сокол.

— Но я…

— И завтра тоже.

— Как это?

— В течение недели.

— А если…

— Хотите месяц помогать декану? Пожалуйста.

Это его последнее слово. Оборачиваюсь, чтобы взглянуть на самоубийцу. Белокурая девчонка похожая больше на куклу Барби. Такая красивая и такая же… ладно, не тупая. По крайней мере, я в этом не осведомлена. Девчонка, вздохнув, замолчала и склонилась над своей партой.

— Вспоминаем третье правило и никогда о нем не забываем.

Да он реально педант! Все в точности, как говорил Сашка. И что нам теперь делать? Беспрекословно следовать каждому слову? Сомневаюсь, что в этом вузе все преподаватели столь строги. Или я ошибаюсь? Снова?

— На сайте университета опубликовали расписание семестра, старосту выберите сами, ваши студенческие здесь, — он кивает на стол. — Завтра мы встречаемся на паре по английскому. Все свободны.

Когда за нашим доблестным куратором захлопывается дверь, слышу всеобщий облегченный выдох. Кроме одного: девочка Барби сидит также на своем месте и втыкает на свои спутанные руки. Бедная, ей больше всех досталось.

— Вот это да, — почти по слогам говорит Гера. — Устроил нам хищник чертов.

— И не говори, — поддакивает Саша. — Даже не познакомился с нами.