Лара, которая сидела ближе всех к капитанскому месту, услышала, как Игорь негромко сказал:

– У них яхта легче и потому скорость выше.

– С чего ты взял? Моя мощнее! – крикнул Рустем.

– Я читал документацию… – упорствовал Игорь. – И по техническим характеристикам их судно быстроходное.

– Черта с два! – На короткой шее мужчины вздулись вены, он так сжимал руль, словно его мышечное напряжение могло добавить яхте скорости. – Тогда я просто не дам себя обогнать!

И гонка началась. Лара через пару минут поставила бокал на столик и схватилась за поручни, потому что Рустем закладывал виражи, то оборачиваясь назад, то прислушиваясь к командам Игоря, который следил за преследователями и вопил, перекрикивая рев мотора и шум ветра:

– Направо… осторожно, там лодка… рыбаки, мать их! Теперь левее…

Рустем вел яхту зигзагами, не давая противникам обогнать себя. Катечка и Мусечка визжали и цеплялись друг за друга и за Олега Николаевича.

– Папочка, мне страшно! – кричала одна.

– Папусечка, я боюсь! – вопила другая.

Ах вот оно что, сказала себе Лара, это дочки, ну тогда все понятно. Но скоро она позабыла о других пассажирах, судорожно цепляясь за поручень и наблюдая за яхтой преследователей. Лара видела, что порой они подходили опасно близко, и тогда Снежик сбрасывал скорость, боясь столкновения, немного отставал и заставлял судно рыскать из стороны в сторону. Еще она видела, как второй парень, вихрастый и, похоже, здорово пьяный Руди, рвет руль у Снежика, и тот отпихивает его, не подпуская к управлению.

Лара протянула руку, пытаясь найти свой бокал, но на столике его не оказалось, и только тогда она заметила, что пол усыпан осколками бокалов, которые не устояли на крутых виражах. Еще Лара отметила, что Олег Николаевич и блондинка пропали, а на диванчике сидит только шатенка. Интересно, это Катечка или Мусечка, подумала она. Поймав ее взгляд, девушка улыбнулась и, хватаясь за все, что можно, чтобы не упасть, перебралась к ней на диванчик.

– Вы с Игорем или с Рустемом? – спросила она.

– С Игорем.

– А, поздравляю. Игорек хороший мальчик. – Она весело прищурилась и заявила: – Папочка был бы не против, чтобы я вышла за него замуж.

– А вы? – спросила Лара.

– А я пока не спешу замуж.

– Вашей сестре стало нехорошо? – спросила Лара.

– Сестре? Катька мне не сестра!

– О, простите, но вы называли Олега Николаевича папой, вот я и подумала…

– Ну да, мне он папа, а ей – муж. Катька моя подруга, мы с ней в одной школе учились, и она старше на два года. Ну а папочкой она его зовет для прикола. Так что сейчас ей, наверное, хорошо, – мечтательно сказала Мусечка. – Им там, внизу, не холодно… А я замерзла. – Она придвинулась ближе к Ларе и обняла ее за талию. – Так нам будет теплее.

Лара сидела неподвижно и молчала, пытаясь задавить в душе нехорошее подозрение. Но, увы, Мусечка и не думала притворяться. Ее теплые губы ткнулись в шею сидящей рядом молодой женщины, и девушка, прижимаясь все теснее, зашептала:

– Ты мне нравишься… У тебя кожа хорошо пахнет, хоть ты и не так молода, как Игорь думает, да? – Губы оставляли на коже цепочку легких поцелуев, ярко-бордовый ноготь обводил контур колье, и по коже Лары бегали мурашки… Она повернула голову и взглянула на сидящую рядом девушку. Почти ребенок… лет семнадцать. Кожа упругая и нежная, как шкурка персика, от нее пахнет чудесными духами, чем-то свежим с нотками пряного аромата, словно крупицы взрослости или испорченности в душе девочки. Губы Мусечки совсем близко, и Лара видит дрожащие ресницы и чувствует на лице ее дыхание: мята и алкоголь. Ей вдруг становится тепло, и она тянется к этим нежным губам…

Крик, долетевший с мостика, заставил их вздрогнуть и отвлечься друг от друга. Вторая яхта подошла совсем близко, и Лара с Мусечкой ясно видели, что на мостике дерутся двое – Снежик и вихрастый парень. Руди все пытался дотянуться до штурвала и периодически заезжал Снежику кулаком в лицо. Тот уворачивался и прикрывался локтями.

– Снежик! Камни! Снежик! – завопил вдруг Игорь, а Рустем дал короткий тревожный сигнал.

Снежик понял, что из-за драки идет прямо на темные камни, выдающиеся из воды неподалеку от берега. Он изо всех сил оттолкнул пьяного парня и вывернул руль, одновременно сбрасывая скорость. Руди от толчка отлетел к поручням, выпрямился было, но катер вильнул, потому что Снежик, уходя от столкновения, заложил крутой вираж – и рыжий, нелепо взмахнув руками, полетел в воду.

Лара вскочила, мигом позабыв про Мусечку с ее нежностями.

– Игорь! Руди вывалился! Он упал за борт!

Рустем тоже сбрасывал скорость и выворачивал руль, чтобы вернуться. Вторая яхта мгновенно заглохла, Снежик выключил мотор, опасаясь винтами задеть человека. Игорь мгновенно скатился по лесенке и теперь свесился с борта, вытянув шею и вглядываясь в воду. Лара видела, что Снежик мечется вдоль борта, выкрикивая ругательства и зовя приятеля по имени.

Олег Николаевич и Катечка поднялись на палубу и с недоумением оглядывали компанию, вопрошая, что случилось.

Рустем первый увидел барахтавшегося в воде Руди и осторожно подвел яхту поближе. Игорь бросил ему круг, но парень то ли не видел болтавшуюся совсем рядом белую с красным баранку, то ли ничего не соображал. Он начал вдруг уходить под воду, движения его замедлились.

– Он сейчас утонет, – с ужасом прошептала Катечка. – И в темноте его не найдут.

Выругавшись, Игорь прыгнул за борт и уверенными гребками поплыл к парню.

– Я не хочу, чтобы он утонул, – тонким голоском сказала вдруг Мусечка и начала всхлипывать. На нее никто не обращал внимания, и Ларе стало жалко девушку. Она обняла ее за плечи и осознала, что Мусечку колотит крупная дрожь.

– Идем-ка вниз, – сказала Лара решительно. – Там есть кухня, я тебе согрею что-нибудь горячее попить, и ты успокоишься.

– Но тогда я не увижу, как он утонет, – пробормотала девушка.

– Он не утонет. Вон, смотри, Игорь уже совсем рядом. – Лара отрывала Мусечку от перил, краем глаза кося на темную воду. Доплыл! Она увидела, что Игорь одной рукой держится за круг, а другой тащит за шиворот Руди. Слава тебе господи! – Пошли! – Она повела девушку вниз. Стекла бокалов хрустели под ногами.

Лара усадила Мусечку на диван в кают-компании, забежала в каюту и, не глядя на разобранную постель, где явно забавлялись папочка с Катечкой, быстро обшарила шкафы. Нашла пару пледов, завернула в один из них девушку. В небольшой, но оборудованной всем необходимым кухоньке отыскала чай, заварила крепкий и плеснула в него ложку коньяка. Мусечка тряслась и обжигала губы о край чашки, но послушно пила. Себе Лара тоже налила чаю и бестрепетной рукой открыла коробку роскошного бельгийского шоколада, которую нашла в шкафу.

– Ешь. – Она подвинула коробку девушке.

– Ты что? Там миллион калорий.

– Шоколад снизит тревогу и придаст сил. От одной конфетки – даже от двух – ты сразу не растолстеешь.

Мусечка поколебалась, но потом быстрым и совершенно детским движением схватила конфету и засунула ее за щеку. Она сосала шоколад и маленькими глоточками пила чай. Лара встала было, чтобы подняться на палубу, но девушка мгновенно вскинулась и уставилась на нее умоляющими, полными слез глазами:

– Не уходи! Мне одной страшно.

– Ладно, я посижу с тобой.

Лара начала нервничать: почему не идет Игорь? Если он вытащил мальчишку, то сейчас, наверное, весь мокрый и должен бы спуститься сюда и переодеться. Почему же его нет?

Вместо Игоря в кают-компанию пришел Рустем, оглядел стол и сказал:

– А мне чаю?

– Коньяк наливать? – спросила Лара, быстро включив чайник и доставая чашку.

– Пожалуй, нет. – Он сел в кресло, потом внимательно взглянул на клевавшую носом Мусечку, встал, осторожно забрал у нее чашку и легко подхватил девушку на руки. Лара смотрела на него с тревогой, но Рустем отнес девочку в каюту с односпальной кроватью, устроил на койке, снял туфли на безумных шпильках и заботливо накрыл Мусечку пледом.

Когда он снова сел, Лара спросила:

– А что с Руди? И где Игорь?

– Не волнуйтесь, ваш Игорь герой. Спас он мальчишку. Они оба поднялись на ту яхту. Сейчас мы все возвращаемся к причалу. Идем так тихо и осторожно, что я даже доверил Олегу порулить. Но к сожалению, надолго судно я ему оставить не могу. Так что спасибо за чай.

Он встал, сходил в каюту и принес две флисовые куртки. Одну надел сам, другую протянул Ларе со словами:

– Надевайте, на палубе стало прохладно.

– С ней все будет нормально? – Лара кивнула в сторону каюты, где спала девушка.

– Да. Она добрая девочка, но у нее такая реакция на крепкий алкоголь – быстро вырубается. Идемте, наверху теперь мирно и хорошо.

Они без приключений добрались до берега, Рустем помог Ларе сойти на причал, и она торопливо обняла Игоря, который выглядел очень трогательно в спортивном костюме Снежика: куртка едва не лопается в плечах, а брюки подкатаны снизу, потому что Снежик намного выше ростом. На ногах у Игоря красовались резиновые шлепанцы, мокрые волосы смешно топорщились в разные стороны.

Игорь торопливо чмокнул Лару в нос, подошел к Рустему, и они негромко о чем-то поговорили. Потом Игорь вернулся, обнял ее за плечи и сказал:

– Поехали фейерверк смотреть.

– Ты как? – Лара все еще с тревогой всматривалась в его лицо.

– Нормально. Не могу сказать, что купание было приятным, но раз все живы, то все хорошо. А ты не соскучилась без меня? – Он вдруг близко заглянул ей в глаза. – Ты понравилась Рустему. Он к тебе приставал?

– Нет. Он вел лодку, а я поила Мусечку чаем в каюте, потому что она ужасно испугалась за Руди. А потом она как-то быстро вырубилась. От коньяка, наверное, я ей в чай немного добавила. И знаешь, – Лара значительно улыбнулась, – она сказала, что ее отец был бы рад, если бы она вышла за тебя замуж. Похоже, ты ей нравишься.

– Очень может быть, – без всякого энтузиазма отозвался Игорь. – Только вот замуж я ее не возьму. Она милая девочка, но вряд ли скоро найдется желающий сочетаться с ней законным браком.