— Макс, — снова позвала Марго, так и продолжая полулежать на мужчине.

— Что?

— Почему ты тогда порвал мой наряд, в кабинете, ну, когда мы с тобой в первый раз занимались сексом?

— Это чтобы никто не посмел тебя увидеть в нем. С самого первого дня появления в моем офисе ты принадлежишь мне, вся моя, и я не хочу, чтобы какие-то похотливые мужики пялились на тебя.

— Ты мой собственник, — замурчала она.

— Да, и так будет всегда. Цветочек, а помнишь, когда тебе было плохо, и я готовил тебе кушать, ты не ответила на один вопрос — почему ты не покупала дорогие продукты, если могла себе это позволить?

— В моем детстве не было всего этого, и я пыталась в простом находить что-то особенное, сама создавала себе счастье.

— Теперь я буду тебя радовать, и ты будешь самой счастливой, — все это время девушка лежала с прикрытыми глазами, но едва ощутив на пальце прохладный металл, тут же распахнула их в удивлении.

— Максим, — на выдохе прошептала она и, резко развернувшись, припала к его губам в благодарном поцелуе.

Нежно целовала, ласково, без напора, просто чтобы ощущать его твердые, но нежные губы, влажный язык, любимый вкус — она просто упивалась его вкусом.

— Ты выйдешь за меня, любимая? — отстранившись, произнес он и увидел счастливую улыбу на ее губах и мокрые от слез щеки.

— Ты такой замечательный, — говорила Рита сквозь рыдания и качала головой из стороны в сторону, не веря в реальность происходящего.

— Не нужно мне это рассказывать, я делаю только то, чего желаю тебе…

— Максим, прошу, дай мне время.

— Ты мне не доверяешь?

— Как раз таки наоборот, очень доверяю, но… Я так боюсь.

— Тебе нечего бояться со мной, — прошептал мужчина в губы, продолжая смотреть ей в глаза.

— Максим, умоляю тебя, не торопи меня, очень прошу.

— Ладно, но только недолго думай, иначе я свихнусь.

— Глупенький, мне и думать не надо, просто не хочу торопиться, — теперь она перевела взгляд на кольцо и едва не ахнула от его красоты. — Это же большие деньги, кулон и кольцо…

— О деньгах и слышать не хочу. Закрыли разговор.

— Но…

— Никаких «но», тебе нравится?

— Ты шутишь, разве такое может не нравиться?

Кольцо было действительно очень красивым, в центре на подъеме возвышался рубиновый камень, а по бокам от него была россыпь бриллиантов. Никаких витиеватых узоров и прочего пафоса, только профессионально уложенные камни придавали драгоценность этому украшению.

— Тогда прими его как подарок, и ни о чем не думай, потому что, милая, это только начало, ведь у нас вся жизнь впереди.

— Я люблю тебя, Макс, — снова дрогнувшим голосом произнесла Рита и прильнула к теплым губам.

— А как я тебя люблю, — ответил он после короткого поцелуя, усадил любимую в кресло, пристигнув ее ремнем, и тронул машину в сторону своего дома. А поужинают они лучше в домашней обстановке, он сам позаботится о еде.

— Максим, что ты придумал? Зачем мне это делать? — возмущалась блондинка, едва успев выйти из душа.

Утро так прекрасно начиналось! Они занимались любовью, потом Рита ушла принимать душ, а Максим, как обычно, готовить завтрак. Все было хорошо до того момента, пока мужчина не протянул ей тест и, практически впихнув его ей в руки, сказал:

— Не выйдешь, пока не сделаешь.

— Я не буду ничего делать, Максим! Я не беременна! — строго сказала она и направилась в сторону двери, но тут же была перехвачена крепкими руками.

— Ты сделаешь, со мной или наедине. Тебе решать!

Рита зависла на нем взглядом, Макс видел, что она обижается, но не собирался отступать от своего, ведь очень переживал за самочувствие любимой. А Рите было больно, потому что она знала, какой будет результат, знала, и все равно боялась, слишком больной приговор, который она никак не в силах преодолеть.

— Максим, пожалуйста, — сдалась она и вся поникла — не просто душой, а телом, словно стала ватной и вот-вот могла упасть.

Мужчина уселся на край ванны, притянул любимую к себе за руку и, уткнувшись носом, негромко проговорил, практически неразборчиво:

— Почему ты не веришь, что у нас может быть ребенок, почему не веришь в чудеса? Вдруг сейчас, именно в этот момент там зарождается наш малыш! — он нежно провел рукой по животу, облаченному в шелковую рубашку, и еще ближе придвинул к себе девушку.

— Я всегда так хотела ребенка, хотела подарить ему всю свою любовь, которой не было у меня, но постоянные вердикты врачей…

— Любимая, прошу, не думай об этом. Мы должны верить!

— Хорошо, я сделаю тест, но не буду его смотреть.

— Как скажешь, — согласился Макс и, выйдя из ванной, оставил ее одну.

И Рита сделала тест, а потом покинула ванную, оставив тонкую палочку на стиральной машине, собираясь переодеться и позавтракать. Больше в этот день никто не заводил тему беременности, и все шло своим чередом. И девушке не нужно было спрашивать, каков был результат, ведь она и так все понимала. Да и Максим глупцом не был, чтобы говорить любимой лишний раз «нет», он решил подождать, ведь не может же быть, чтобы совсем никак.

Не может, это он понял через две недели, когда сам был измотан до неузнаваемости от переживания за Маргариту из-за ее постоянной слабости, которая в особенности проявлялась по утрам. А еще в начале этого месяца у нее не было месячных, уж это он точно знал, и ему очень хотелось верить, что тесты просто их обманывают.

А когда он уговорил ее посетить гинеколога, их тут же отправили в кабинет УЗИ с какими-то справками и направлениями с привычно непонятным почерком врачей.

— Вишневские, проходите, — сказал врач, выглянув из-за двери.

— Вишневские?

— Да, так проще, это мамины врачи, которые примут нас на высшем уровне.

Когда Рита вошла в кабинет, ей сказали прилечь на кушетку и оголить живот, что она незамедлительно и сделала. Мужчина в белом халате нанес прохладный гель на кожу живота и принялся водить по нему прибором, смотря на черный экран с непонятным изображением. Кивал сам себе, приглядывался, тщательно рассматривал, а потом, найдя нужную точку, переместил аппарат, повергнув девушку в шок от услышанного звука.

— Уже четыре недели бьется сердечко вашего малыша…

И Рита замерла, словно перестала дышать от услышанного звука, звука, который четко передавал биение сердечка их с Максом ребенка. Спокойное размеренное «тук-тук-тук», мгновенно мокрое лицо от слез, ее рука в крепкой руке и двенадцать отрицательных тестов, спрятанных дома в комоде. И словно планета завертелась по новому, с еще одной зародившейся жизнью совершенно маленького крохи, находящегося внутри нее.

ГЛАВА 21

Из больницы пара вышла, находясь все еще в некой прострации, но их лица выглядели более, чем счастливо. Максим просто улыбался, как безумный, придерживая любимую за локоть и спускаясь по ступеням, а вот в Рите бушевал целый спектр эмоций, начиная от банального страха и заканчивая невообразимым счастьем. В первые секунды, когда она услышала биение сердца, и что главное, не свое, а новой жизни, просто впала в ступор, а слезы сами залили ее лицо, непроизвольно покатившись из глаз. Сколько она мечтала о ребенке, сколько плакала, зная, что никогда не сможет его родить, плакала и кусала губы, а теперь, сейчас, в данный момент внутри нее находится маленькая, совсем крохотная жизнь и ее полное и безграничное счастье. Больше двух недель Максим терзал ее этими тестами, и все, как один, показывали отрицательный результат. И как же здорово, что ее мужчина настоял на посещении гинеколога. Теперь Маргарита будет более осторожной, чтобы ни в коем случае не навредить малышу, который уже месяц проживает в ее животе.

Медленно спустившись по заснеженной дорожке, не спеша прошли к машине. Мужчина помог ей забраться в салон, после чего сам разместился на водительском сиденье. Заведя мотор, несколько минут сидели в ожидании, пока прогреется авто, и все это время Макс нежно сжимал маленькую ладошку своей девочки, у которой в глазах до сих пор были слезы счастья. Рита свободную руку держала на животе, и все не могла поверить в свое счастье, еще утром казавшееся невозможным. Вишневский склонился к ее губам, и прошептав: «Спасибо тебе», запечатлел нежный поцелуй, такой, который не вызывает страсти, а лишь ласку и заботу этого сильного мужчины.

А оказавшись дома, и едва прикрыв за собой двери, он распахнул Ритину шубу и, встав на колени, щекой примкнул к плоскому животику, представляя своего ребеночка, маленького и такого желанного. Мечтая, как совсем скоро вырастет животик, и он будет разговаривать с чудом, поселившимся в его любимой, а потом и качать на руках, давая маме возможность поспать. Но это будет позже, а сейчас он был просто счастлив, и благодарен судьбе за такой драгоценный подарок.

— Спасибо тебе, Господи. Спасибо.

Неожиданно он почувствовал, как Цветочек вздрогнула и, подняв взгляд, увидел, что она снова плачет. Он точно мог сказать, что это слезы счастья. Поднявшись, снял с нее шубу, помог разуться и, подхватив на руки, отнес в спальню. Уложив на кровать, раздел, протянул халат, и сам пошел переодеваться. Просто безумно захотелось домашней обстановки, да и настроение располагало.

— Катя, мы с Марго не приедем сегодня. Ничего не случилось, просто передай Варшавскому, что он замещает.

Рита поняла, что Макс звонил в офис, и они сегодня будут весь день дома, чему она была несказанно рада, потому что ехать больше никуда не хотелось.

— Любимая, иди пока ручки помой, а я — в кухню.

— Максим, сваришь мне кофе, — попросила она и скрылась в ванной, мгновенно прислонившись спиной к двери.

Не верит, до сих пор не верит, но ведь это действительно правда, скоро их будет трое, настоящая семья, как девушка и мечтала всю жизнь. Прикрыла глаза и еще несколько минут стояла и улыбалась, а потом все-таки прошла к умывальнику, бросая мимолетный взгляд в зеркало. Она и раньше замечала, как ее глаза изменились после встречи с Максом, но сейчас голубые омуты просто сияли, и еще вызывали радость. Да, она счастлива, очень счастлива!