– Он мне звонил?! – удивилась Черепашка. И Лу, успевшая за столько лет изучить все нюансы и модуляции голоса подруги, поняла, что та удивилась искренне. – Послушай, Лу… – взволнованно заговорила вдруг Черепашка. – Скажи мне, о чем Ричард говорил по телефону?

– Я же сказала, он договаривался с кем-то о встрече… Я решила, что с тобой. Тем более ты ему вчера дала какой-то номер…

– Лу! Я дала ему номер Костика! – отчаянно выкрикнула Черепашка.

– Костика?

– Да! И Ричард взял с меня слово, что ты об этом не узнаешь! Но я не думала, что он захочет с ним встретиться…

– Зачем ты это сделала? – совершенно опешила Лу.

– Понимаешь, он настаивал. Очень настаивал и сказал, что, если я не дам ему Костин номер, он все равно его узнает! Только я не думала… Лу, а ты не знаешь, где они будут встречаться?

– Нет… Знаю только, что в три часа… Кошмар! Костик убьет его, Че! Ты не представляешь, что я ему наговорила про Ричарда! Вот дурак… Ну что он может сказать Костику?

– Я пыталась выяснить, – сказала Черепашка. – Но он отказался говорить на эту тему… А ты сейчас где?

– В кафе. Тут недалеко… А что?

– Беги домой! Вдруг Ричард еще не вышел. Задержи его, придумай что-нибудь! В конце концов, можешь сказать, что про телефон я тебе рассказала, а про встречу ты сама догадалась! Беги!

11

Нет, Лу не застала Ричарда дома. Они разминулись на какие-то три минуты. Об этом ей доложила соседка, которая видела, как высоченный рыжий парень три минуты назад выходил из квартиры Лу и долго ковырялся в замке ключом. Соседка еще хотела позвонить в милицию, но потом вспомнила, что Наталья Романовна говорила ей о приезде какого-то американца. Тогда она, чтобы проверить, тот ли это парень, сказала:

– Добрый день. Вам помочь?

И, услышав в ответ на ломаном русском, что никакой помощи парню не требуется, успокоилась.

Первым делом Лу позвонила Костику на мобильный. Ей сообщили, что абонент временно не доступен. Тогда она уже в полном отчаянии набрала домашний номер Костика. К телефону подошла Варька. Услышав голос Лу, девушка несказанно обрадовалась:

– Ой, Лу! Как здорово, что ты позвонила! Слушай, я тут на днях проследила за своим братцем…

– В каком смысле? – не поняла Лу.

– В прямом. И заметь, на это преступление я пошла исключительно ради тебя. Хотя, если честно, мне и самой было интересно, что же он там такое делает каждый день…

– Ты о чем говоришь? – раздраженно спросила Лу. Сейчас ее мысли были заняты совсем другим.

– Ну о тех звуках, – обиженно протянула Варька. – Помнишь, я тебе рассказывала? Мычание и вздохи?

– А, так вот ты о чем… Ну и как, узнала?

– Представь себе! – торжествующе выдохнула Варька. – Ты не поверишь, Лу, но, похоже, это что-то типа гимнастики. Короче, при каждом выдохе, он делал резкие движения руками, понимаешь, и именно от этого получался какой-то свист… А потом мычать начал и руками размахивать. Короче, Лу, это какие-то актерские заморочки, я тебе точно говорю, – уверенно заключила Варя.

– А мадам крашеная тоже, по-твоему, актерские заморочки?

– Про мадам вообще отдельная песня! – интригующим голосом проговорила Варька. – Короче, это его преподавательница по сценической речи.

– Кто тебе сказал? – недоверчиво протянула Лу.

– Я сама видела, – сообщила Варька и после паузы продолжила: – Костя позвал меня на экзамен. Они сдавали этюды, и нужны были зрители, чтобы не работать на пустой зал, понимаешь? Он сам так сказал. Ну я и пошла. А в конце представляли всех педагогов. Так вот эта крашеная мадам – их преподавательница. Я даже ее имя запомнила, – похвасталась Варька. – Виолетта Эдуардовна!

– Ну и что с того, что она преподавательница? – хмыкнула Лу. – Можно подумать, что у студента с преподавательницей не может быть романа? Что ты как маленькая!

– Это ты как маленькая! – возразила Варька. – Говорю тебе, между ними ничего нет.

– Зачем же она тогда к вам домой приходила?

– Откуда я знаю? Может, затем и приходила, чтобы показать ему эту гимнастику…

– А в училище она этого сделать не могла?

– Вот и спроси у нее сама, могла или не могла! – разозлилась Варя. – Я и так ради тебя столько сделала…

– Ладно, упокойся, – примирительным голосом попросила Лу. – Скажи лучше, ты, случайно, не знаешь, где сейчас Костик?

– Нет… А ты позвони ему на мобильный.

– Звонила. Абонент временно не доступен, – сообщила Лу.

– Понятно, наверное, забыл карточку купить… Он последнее время вообще сам не свой. Лу, может, вы помиритесь, а? – захныкала вдруг Варька. – Он так переживает, просто кошмар какой-то… Вот и сегодня проснулся ни свет ни заря, начал по комнате ходить взад-вперед, как тигр в клетке… Я встала, завтрак приготовила, а он ни к чему даже не притронулся. А потом часов в одиннадцать ему кто-то позвонил… Так после этого звонка он вообще мрачнее тучи стал. Я спрашиваю: что случилось? А он рычит на меня и таким взглядом смотрит, что мне аж страшно стало… Это, случайно, не ты звонила, Лу?

– Нет… – только и ответила девушка.

Конечно, она могла бы сказать, что это, наверное, Виолетта Эдуардовна звонила, но, сдержав возникший было порыв, лишь поблагодарила Варьку и попросила ее, чтобы та позвонила сразу, как только Костя вернется домой.


«Значит, эта крашеная блондинка – его преподавательница, – кусала в бессильном отчаянии губы Лу. – Конечно, это меняет дело… Но тогда, в метро, она такими глазами смотрела на Костика, будто умоляла его: ну обрати на меня внимание! И под руку его держала… Нет, этих двоих что-то связывает. Возможно, это не любовь, но тогда какая-то тайна…»

Чайник уже давно вскипел, а Лу и не заметила, когда щелкнул выключатель и погасла лампочка нагревания. Девушка нажала пальцем на голубую, овальной формы кнопку. Через две секунды снова раздался щелчок.

«Нужно встать и заварить чай», – подумала Лу, но прошла минута, потом вторая, а она по-прежнему сидела на табуретке, отрешенным взглядом уставившись в висящее на стене блюдо.

Это было декоративное блюдо, привезенное мамой из Германии. Нарисованная на нем девушка смущенно отводила в сторону разрумянившееся лицо. Перед ней, опустившись на одно колено, стоял парень. В одной руке он держал свирель, а во второй зажал краешек длинного платья девушки. На заднем плане паслись овцы, и, судя по одеждам молодых людей, действие жанровой сценки следовало отнести к тем давним временам, когда не было на свете ни телефонов, ни метро, ни крашеных блондинок…

Внезапно во взгляде Лу появилась некоторая осмысленность. Она приподнялась, подошла к стене, пристально вгляделась в лица пастушка и пастушки. Обычно она воспринимала блюдо как привычный и безликий предмет интерьера. Теперь же она с каким-то мистическим ужасом узнавала в этом розовощеком пастушке Ричарда. Сходство и впрямь было потрясающим: те же рыжие кудри, изумрудного цвета глаза, пунцовые щеки…

– Василий, – одними губами прошептала Лу. – Ну зачем ты пошел к Костику? Что ты ему собираешься сказать? Ты даже не представляешь себе, какой он сильный… Умоляю тебя, Василий, не лезь на рожон, береги себя, не зли Костика, пожалуйста… – бормотала Лу, глядя на пастушка полными слез глазами. – Возвращайся домой, Василий…

Но прошел час, потом еще один, а от Ричарда не было никаких известий. Впрочем, они ведь и не договаривались о том, что он позвонит. Лу металась из угла в угол, не в силах усидеть на месте. Она понимала, что ведет себя глупо, даже делом полезным заняться попыталась – достала из холодильника овощи, чтобы приготовить салат, – но все безуспешно. Овощи так и остались лежать на столе невымытыми.

Шаги и голоса на лестнице Лу услышала задолго до того, как раздался звонок в дверь. Еще бы! Ведь нервы ее были взвинчены до предела, а все чувства, в том числе и слух, обострены, как никогда.

Узнав оба голоса, девушка со всех ног кинулась в прихожую.

«Нет, это невозможно!» – подумала она перед тем, как распахнуть дверь.

12

Чудом Лу удержалась на ногах. Вернее, она-таки не удержалась на них! Теперь девушка знала, что выражение «подогнулись ноги» в иных случаях следует воспринимать буквально. Итак, ноги ее подогнулись, и, если бы не пуфик, на который Наталья Романовна обычно ставила сумку, Лу точно рухнула бы на пятую точку.

На пороге стояли Ричард и Костик.

– Извини, малыш, мы тебя не предупредили… Понимаешь, у меня кончились деньги на мобильнике… – принялся объяснять Костик таким голосом, будто речь шла о чем-то совершенно обыденном.

Ричард стоял покуда молча, лишь время от времени он дергал головой так, что каждый раз его рыжие кудри пружинисто подпрыгивали. Видимо, на нервной почве. О том же свидетельствовали его щеки, залитые густой краской.

– Может, пройдем в комнату? – спросил Костик и взял Лу под руку.

– П-п-пойдемте… – только и ответила Лу.

Сейчас ей казалось, что она видит странный сон. Ощущение это было настолько прочным, что Лу решила занять позицию стороннего наблюдателя и покорно ждать дальнейшего развития событий. Все равно во сне от тебя ничего не зависит.

Усадив ее в кресло, Костик пододвинул Ричарду стул, а сам уселся на диване напротив Лу.

– Малыш, – тихо и вкрадчиво начал он. – Ты только не волнуйся и не думай, что это какая-то разборка… Как видишь, мы оба целы и невредимы…

– Он тебя не бил? – дрожащим голосом спросила Лу, глядя на Ричарда.

– Не говори глупых вещей, – прогудел своим трубным басом Ричард.

– А ты его? – Задав этот вопрос, Лу подозрительно покосилась на огромные руки Ричарда, сжатые сейчас в кулаки.

– Успокойся, малыш, – вступил в разговор Костик. – Никто никого не бил и даже не собирался… Мы просто мирно побеседовали. Ричард рассказал мне немного о себе, я ему тоже… Поговорили о тебе и решили прийти.

– Зачем? – вырвалось у Лу.