Да, — Бренна действительно улыбнулась, — трудно поверить, что мы брат и сестра, не так ли? Все думают, что я испанская или индийская невеста Эрика, которую он нашел во время своих странствий по экзотическим странам.

На самом деле она валлийка, — пояснил Эрик, — покрайней мере по материнской линии. Бренна — моя единокровная сестра. Она на семь лет моложе меня и может гордиться своей родословной. Моя мачеха утверждает, что ее род берет начало от принцев Уэльских, и имеет книги, подтверждающие это. Мачеха — жгучая брюнетка и очень хороша собой. А у моей матери был золотистый цвет волос, как и у отца. Вот почему Бренна и я отличаемся друг от друга, как день и ночь. — Эрик улыбнулся сестре. — Но я боготворю ее. Она едва не поссорилась с родителями, решив отправиться в Индию, когда я заболел. Служанка сестры отказалась помогать ей через две недели после прибытия на место, а нанятая нами индианка оставила нас, как только мы сообщили, что возвращаемся в Англию. Но Бренна все выдержала и доставила меня на родину. Мне просто повезло.


Тебе всегда везло с женщинами, — усмехнулся Раф. — Будь то твоя мать, мачеха, сестра или кто-то еще. — Он достал свои карманные часы, — Я должен заняться делами. Надо послать записку моему врачу и доставить его сюда. Затем я найму сиделку.

Не надо, — запротестовал Эрик. — Я могу сам обслужить себя.

Но ты не должен слишком напрягаться, — заметила Бренна.

Хорошо, посмотрим, как это у тебя получится. — Раф поднялся. — А пока устраивайся поудобнее. Он обратился к Бренне: — Здесь есть смежная комната, и вы можете ею воспользоваться. Наверное, надо открыть окна и проветрить ее, но в целом она готова для приема гостей. Если вам потребуется еще что-нибудь, я буду внизу. Думаю, мы пообедаем в девять? Я закажу еду в ресторане, и, если вы чувствуете себя не слишком хорошо, мы поедим не в столовой, а здесь, наверху.

Я спущусь, — сказал Эрик.

Возможно, — усомнилась его сестра. Раф кивнул и вышел из комнаты.

Когда хозяин удалился, Бренна подошла к постели брата и внимательно посмотрела на него.

Стоит ли нам оставаться здесь, Эрик?

Полагаю, да. Я очень слаб. А ты против? Если уж мы решили задержаться в Лондоне, то сейчас это самое лучшее место для нас. Мне, конечно, не хотелось бы обременять Рафа, но сомневаюсь, что сегодня имеет смысл перебираться в отель. Лучше уж сделать это завтра, хотя я не уверен, что стоит так поступать. По-моему, Раф действительно забыл о своем приглашении. Он не обманщик и, насколько я его знаю, никогда не лгал. — Эрик с трудом улыбнулся. — Не смотри на меня так озабоченно. Это не приступ лихорадки, но я ужасно ослаб за время наших путешествий. Наверное, нам следует провести здесь какое-то время, Бренна. Надеюсь, не долгое. Раф хороший парень, вот увидишь. Он честен, даже чрезмерно, хотя немного резковат. Однако Раф всегда был таким, поэтому не относись к этому слишком серьезно. У него золотое сердце.

— Хорошо, мы останемся здесь, пока ты не окрепнешь. Что касается твоего друга, лорда Долтона, полагаю, он действительно искренен. Его прямота меня не смущает. Напротив, мне всегда претила лесть, а не откровенность. В общем, ты прав — он, несомненно, хороший человек.

«И конечно, его сердце уже занято кем-то, — подумала она, вернувшись к своему занятию. — Неудивительно — Долтон красив, У него яркий цвет волос, решительное лицо, ладная фигура солдата и манеры джентльмена». Бренна знала по рассказам Эрика о храбрости и стойкости его друга, А доброе сердце сказывается в поступках Долтона и заметно в выражении его лица. Однако он едва взглянул на нее. Конечно, она выглядит сейчас не лучшим образом. К тому же его сердце занято другой, а Долтон не производит впечатления легкомысленного человека.

«Почему мне так не везет? — с тоской размышляла Бренна. — Эрик говорит, что я слишком привередлива. Но у меня никогда не было большого выбора». Она склонилась над вещами с печальной улыбкой. Лучшие мужчины всегда оказывались занятыми… или безвозвратно потерянными.

Раф проснулся на заре и сел в постели так быстро, будто услышал сигнал, зовущий в бой. Сегодня решающий для него день — он встречается с Аннабел и едет с ней на прогулку. Он встал, умылся, побрился и начал копаться в гардеробе, выбирая что-нибудь особенное, наиболее дорогое и элегантное. «Готовлюсь, как солдат к сражению. Ха! Скорее как девица к первому балу». Поморщившись от отвращения к себе, Раф закрыл гардероб. Пусть Аннабел принимает его таким, каков он есть, или отвергнет. «Во всяком случае, — решил Раф, надевая чистую сорочку, — у меня по крайней мере есть друг, с которым можно провести время до встречи с Аннабел. Я немного отвлекусь и успокоюсь. Эрик и его сестра приехали весьма кстати, и я очень рад этому».

Прошлым вечером они долго сидели в гостиной, предаваясь воспоминаниям и весело смеясь, пока Бренна не заявила твердо, что Эрику пора спать. Раф тоже заметил, что Эрик побледнел еще больше, и помог Бренне отвести его в спальню. Весь вечер она сидела с ними у камина, штопая одежду, но не оставляя брата без внимания. Бренна интуитивно догадывалась, когда можно задать тот или иной вопрос и когда промолчать, и искренне смеялась над их рассказами о былых приключениях.

Утром брат и сестра спустились к завтраку, после того как Эрик поклялся, что вполне способен сделать это. Они составили Рафу хорошую компанию, и он понял, насколько тоскливее есть одному. Раф с удовольствием отметил также, что его друг выглядит гораздо лучше. На впалых щеках Эрика появился слабый румянец, и он ел с аппетитом. Бренна тоже выглядела отдохнувшей, и лицо ее не было таким напряженным. Они снова смеялись и говорили о самых разных вещах, так что утро пролетело очень быстро.

Однако по мере того как время приближалось к полудню, Раф становился все более рассеянным. Сначала гости не замечали этого, но, когда он начал слишком часто поглядывать на часы, настороженно замолчали. Раф покраснел и смутился еще больше, поняв, что они видят его замешательство.

— Честно говоря, — признался он, опустив глаза, — мне пора идти. Надеюсь, вы обойдетесь без меня некоторое время? У меня назначена встреча с дамой. Мы совершим конную прогулку, а потом выпьем по чашке чаю. Врач обещал прийти около семи вечера. К этому времени я уже вернусь. Если он вдруг срочно понадобится вам, на письменном столе лежит его адрес. Кроме него, никто не должен появиться, поскольку едва ли кому-нибудь известно, что я в городе. Поэтому спокойно отдыхайте. Могу я еще что-нибудь сделать для вас перед уходом?

— Ты и так сделал достаточно! — воскликнул Эрик. — Я хотел бы проспать весь оставшийся день, а Бренна за это время, наверное, приведет себя в порядок. Отдых необходим и ей.

— Я с удовольствием воспользуюсь такой возможностью, — отозвалась Бренна. — Хорошего вам дня. Не беспокойтесь, мы позаботимся о себе. Кстати, вы прекрасно выглядите, и любая женщина сочтет за честь появиться на людях с таким спутником.

«Так ли считает моя избранница?» — подумал Раф, поблагодарив Бренну. Затем откланялся и вышел.

Глава 4

И небесно-голубое платье, и соломенная шляпка, украшенная голубыми цветами, необычайно гармонировали с глазами Аннабел.

Весь Лондон можно обойти, Но глаз прекрасней не найти. И меркнут городских красавиц очи при виде столь небесной красоты.

Так написал один из поклонников леди Аннабел. «И это истинная правда», — подумал Раф, помогая ей сесть в открытый фаэтон.

— Вы чудесно выглядите, — сказал он, заняв место кучера. Сердце его билось так громко, как будто Раф взбирался по приставной пожарной лестнице на самую высокую крышу Лондона.

— Благодарю. — Аннабел обольстительно улыбнулась, поощряя Рафа,

Нам повезло, — продолжил он. — Погода не испортилась. Предлагаю вам прокатиться по парку, а затем посидеть в чайной у Хэммонда. Я слышал, там готовят прекрасный чай, и она расположена поблизости отсюда. Или вы предпочитаете Гантера?

Аннабел покачала головой:

— О нет, конечно, Хэммонда. Мне очень нравится их чай. Однако необходимо по пути захватить компаньонку. Я могу прокатиться с вами в открытой карете, Раф, — кстати, великолепной. Но пить чай наедине? Ни в коем случае! Злые языки распускают по городу сплетни и по менее значительному поводу, а уж чаепитие вдвоем с таким лихим мужчиной непременно вызовет множество толков. Вы и глазом не успеете моргнуть, как нас повенчают!

Тогда поедем скорее пить чай наедине, — улыбнулся Раф.

Она удовлетворенно засмеялась.

Это вы сейчас так говорите. Но, дорогой сэр, мы ведь едва знаем друг друга.

В таком случае давайте восполним пробел. — Раф тронул вожжи. Лошади двинулись, и он немного успокоился, сосредоточившись на дороге. Они направились к парку.

Громкие крики уличных торговцев и грохот телег по мостовой не позволяли им спокойно побеседовать, пока они не въехали в ворота парка.

— Начинайте первым, — сказала Аннабел, как только стих городской шум. — Я хотела бы узнать о вас побольше. Расскажите о себе, пожалуйста.

— Мне нечего особенно рассказывать, — глухо отозвался Раф и тут же осознал, как грубо и бестактно прозвучали его слова. Кроме того, он лукавил, поскольку не любил говорить о себе. — Мое фамильное гнездо находится на юге, у моря. Кажется, Эрроу-Корт возник с самого основания Англии. Там живут мои родители, а брат — наследник имения. Я должен был выбрать карьеру солдата, моряка или священнослужителя. Можете представить меня в сутане? Я предпочел кавалерию.

— В самом деле? — оживилась Аннабел. — И где же вы служили?

Она смотрела на Рафа с явным интересом, однако слушала невнимательно, ибо пристально изучала его внешность. «Он не слишком словоохотлив, — подумала Аннабел, — ведь ни один мужчина не устоял бы перед тем, чтобы похвастаться своими подвигами». Войны прекратились совсем недавно, и среди ее поклонников было немало тех, кто служил в армии и охотно рассказывал о прошлом. Сейчас у Аннабел появилась прекрасная возможность оценить Рафа,