не может дать вам точное понятие о нём.

Если брать во внимание то, как парень был одет ранее, становиться понятно, что он занимался,

но становится ещё понятнее, когда видишь его в чёрной футболке и светлых джинсах, прямо как

сейчас. Его специально неряшливо уложенные каштановые волосы до сих пор чуть-чуть влажные, и

я даже вижу несколько капель на его шее. Счастливые капельки воды. Я хочу их слизать.

Он замечает, что я смотрю на него, и удостаивает меня быстрым взглядом узнавания с кратким

кивком, таким спокойным и холодным. У себя в голове я тут же начинаю прыгать и махать руками,

чтобы он подошёл. Мне приходиться остудить себя и просто продолжать танцевать, мой внутренний

голос говорит мне, что это неправильно, быть «той прилипчивой девчонкой» на своей первой

вечеринке.

Спустя час, ну или около того, и кто знает, сколько танцев спустя, мои ноги уже готовы убить

меня. Я хочу уйти, но чувствую руки на моей талии сзади. Я не могу точно увидеть кто это, но по

запаху могу сказать вам точно — он не был таким потным, как раньше, но это такое же сочетание

запахов одеколона, мужчины и геля для душа, что заставляет меня сильно сжать бедра.

— Я думаю, ты задолжала мне танец, — его тёплое дыхание на моей шее превращает мои ноги

в желе и заставляет сердце биться сильнее.

— Задолжала тебе? За что? — увы, но даже я замечаю с каким придыханием это говорю.

Он поворачивает меня, чтобы мы смотрели друг на друга.

— За воду, конечно.

— Ой, извини, я не знала… — мой голос стих, а его губы изгибаются в маленькой улыбке.

В замечательной маленькой улыбке. Хотите, назовите меня чокнутой, но я улавливаю флирт в

его глазах. Рид флиртует со мной. Ну ладно, я просто запуталась.

— Все в порядке, Мэдди. Я просто шучу. Давай потанцуем чуть-чуть, — его голос слегка

расслабляет меня, но моё сердце отказывается спокойно биться, продолжая вырываться из груди.

Этот идиот смеется надо мной. Ты хочешь, чтобы я тебе показала? Тогда получай! Я

прикрываю свои глаза и смотрю на него сексуальным, знойным взглядом, мои руки обхватывают его

шею, а губы приближаются к его уху. Между нами нет даже сантиметра пространства, и я мурлычу:

— Я могу отплатить тебе больше, чем танцем, Рид.

Я кладу руки на его грудь и слегка отталкиваю парня назад. Его зрачки расширяются, а

дыхание сбивается. Один ноль в пользу Мэдди.

— Ну как, понравилось?

15

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ ▪ КНИГИ О ЛЮБВИ

HTTP://VK.COM/LOVELIT

Я уверена, что моё лицо передает моё замешательство, а брови нахмурены. Нравится? А?

— Моё имя — ты, должно быть, узнала, как меня зовут? — он изумлён, но продолжает играть.

— Конечно, узнала. Мне надо было знать, кто ответственный за то, что меня кинуло в жар и

сделало меня потной.

Я осознаю свою ошибку, как только эти слова слетают с моего языка.

— Я заставил тебя беспокоиться и гореть? Давай посмотрим, смогу ли я сделать это снова.

Сказав это, он хватает мои руки и тянет вглубь танцпола.

Ритм песни замедляется, техно больше не играет. Сейчас слышится плавная и ритмичная

музыка — так я представляю себе секс, если бы он был мелодией. Не то, чтобы я не знала ничего об

этом.

Рид обнимает меня за талию и прижимает ближе. Сначала я не знаю, куда деть свои руки,

боясь, что они воспламенятся, как только я прикоснусь к нему, поэтому я просто поднимаю их

вверх.

Глупо было так делать. Рид поднимает свои руки и начинает гладить мои, вызывая в моём теле

мурашки. Мои соски болезненно твердеют. Я пытаюсь сжать свои бедра, чтобы унять судороги.

Когда его руки сжимают мои, молодой человек переплетает наши пальцы и кладет мои руки

себе на спину.

Я могу чувствовать, как под моими руками перекатываются его мышцы. Я хочу снять эту

футболку и гладить его кожу, но это же неправильно, снимать с него футболку на глазах у всех?

Черт, всё, что я хочу сделать — неправильно.

Он, должно быть, прочитал мое желание в глазах, и на его лице появляется легкая улыбка. Его

сердцебиение в мускулистой груди посылает импульсы моему телу. Наши тела двигаются, как одно

целое — покачиваясь в такт музыке. Он всё время плавно двигает руками по моей спине,

возвращаясь к оголенному кусочку, между топом и джинсовой юбкой. Я уверенна, что парень

наклоняется ближе, чтобы понюхать мои волосы. Ну, мне хотелось так думать, пока я терялась в

ощущении его тела. Рид поднимает моё лицо, и мы смотрим друг другу в глаза. Как только наши

глаза встречаются, единственное, что у меня в голове — «вау», просто «вау». Самое бескрайнее

синее море, которое когда-либо видели мои зелёные глаза. Парень красив, это точно. Но что-то

делает эти глаза похожими на мои. Я раздумываю над этим около минуты, я даже замечаю, что пару

раз он ловит мой внимательный взгляд.

Рид кружит меня еще пару раз, как балерину, и наклоняет, когда песня заканчивается. Когда он

начинает поправлять мою одежду на талии, я всё понимаю. Это чертовски больно. Я не

предполагала, что всё так закончится.

Становиться понятно, что я увидела что-то, что он не хотел показывать, Рид резко уходит,

поблагодарив за танец. В его голосе появляются какие-то непонятные мне нотки. Он вообще как-то

резко поменялся. Мне внезапно становиться холодно и пусто, когда он ушел. И, черт, я не могу

сдержать свою ревность, когда он направляется к какой-то длинноногой блондинке.

К концу вечера Рид и его длинноногая блондинка страстно целуются на диване. Я больше не

говорю ни слова в его сторону, трудно не догадаться, что со мной он закончил.

Да, я выбрала счастье, но это ведь не значит, что оно выбрало меня в ответ.

16

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ ▪ КНИГИ О ЛЮБВИ

HTTP://VK.COM/LOVELIT

Глава 4

Я пытаюсь не думать про Рида. Но кого я обманываю? Он был даже в моих снах. Я до сих пор

ощущаю его руки. До сих пор вижу боль в его глазах, и, честно признаться, чувствую свою похоть и

любопытство. Мне хочется узнать его лучше, я ведь увидела что-то во время нашего танца. Ну

ладно, я много чего почувствовала тогда. Я расслабилась, и между нами точно образовалась связь,

которую он не хочет признавать, но она точно была. Я честно пыталась не думать о нём почти все

выходные, но всё получилось совсем по-другому.

Когда будильник звенит в шесть утра, я уже не сплю. Я всегда бегаю по утрам, и сегодня, перед

первым учебным днём, пробежка кажется как нельзя кстати, чтобы прочистить свои мозги. У меня

нет уроков до 10:30, а так как я не знаю, где находиться ближайший фитнес-зал, я надеюсь на

хорошие беговые дорожки в студенческом зале.

В помещении очень тихо. Так как пару парней занимаются на силовых тренажёрах, в моем

распоряжении находиться каждая беговая дорожка. Они стоят впритык к односторонним зеркалам —

отсюда я могу видеть всех, но снаружи меня не видно. Сквозь окно вдалеке видно прекрасное озеро.

Солнце до сих пор висит низко, красиво отражаясь в воде. Я должна непременно отыскать дорогу

туда.

Я делаю растяжку, надеваю наушники, увеличив звук, устанавливаю темп и начинаю бежать.

Как только начинает играть Florence and Тhe Machine «The Dog Days Are Over», я впервые в жизни

чувствую, что бегу не от, а к чему-то.

45 минут и 8 километров спустя я спускаюсь с беговой дорожки, вытирая пот с лица. Я

чувствую себя хорошо, чертовски хорошо. Я откидываю всю неразбериху, которая случилась за эти

выходные. Я понимаю, что всё равно пересекусь с Ридом снова, но решаю, что буду делать вид, что

между нами ничего не произошло. Я обещаю себе быть счастливой, а то, что Рид оставил меня на

танцполе одну ради какой-то девушки, ни черта не делает меня счастливой.

Когда я иду в душ, украдкой смотрю в комнату с силовыми тренажёрами. И знаете что? Как

только я решаю его забыть, он тут как тут. Рид смеется вместе со своими друзьями. Видно, что они

весело проводят время, тренируясь. Что за странный чувак? В пятницу он был угрюмым, а сейчас он

совершенно другой. Он улыбается и смеётся, а его замечательные синие глаза сияют, заставляя моё

дыхание сбиться.

Когда он перехватывает мой взгляд, то просто застывает на секунду. Такое чувство, что он

замер от удара. Я просто смотрю на него и всё, а в ответ получаю довольно злой взгляд. Что я, мать

твою, сделала не так? Что, мать твою, я сделала не так, что он теперь такой злой? И почему я так

много раз повторяю «мать твою»? Он просто выводит меня из себя. Мои ноги просто горят в

кроссовках, и я иду в раздевалку.

Спустя 20 минут Рид подходит к выходу одновременно со мной. Я улыбаюсь ему, пытаясь быть

милой, пока его лицо напоминает камень — с лёгкой щетиной, очень красивый камень. У меня есть

выбор: я могу быть раздражительной и злой, или я могу быть крутой и спокойной. Я подавляю свою