– Тебе за многое придется мне заплатить: за мою сломанную руку, за мой брак… я заставлю тебя расплатиться за все.

Она попала в беду. Сомнений не было. Айви поняла это как-то разом, и ее прошиб пот. Она чувствовала спиной что-то твердое. Гипс? Рука Эда по-прежнему была в гипсе. Айви понятия не имела, вооружен ли Эд, но они точно знала, что Люк в одиночку не сможет спасти ее, Грега и Айзека. Айви решила воззвать к тому, кого когда-то любила.

– Дирк, не позволяй Эду издеваться надо мной. Прошу тебя. Возьми статуэтки, возьми мою машину, но не позволяй…

Дирк прошел к столу, на который он положил сумку со статуэтками. Одной рукой он держал пистолет, а другой вытащил из сумки одну из статуэток, развернул ее и посмотрел на Айви.

– Ты думаешь, меня это волнует? – Он засмеялся. – Ты для меня была все равно что бесплатный талон на жрачку в столовой. Я мог бы остаться и посмотреть, но, знаешь ли, дела, дела… – Он поднял статуэтку в воздух. – Миллионы стоит, говоришь?

Айви смотрела на красивую фигурку богини. Неожиданно для самой себя она взбунтовалась. Гнев ударил ей в голову. Она не собирается выжидать, свернувшись калачиком, пока другие будут решать ее дела. Она опустила руку в карман, туда, где был замаскированный под шариковую ручку баллончик с перцовым аэрозолем.

Где Люк? Он не говорил с ней, откуда она могла заключить, что он уже в доме. Выжидает удобный момент? Оценивает ситуацию? Самую большую угрозу представлял собой Дирк. Эд держал ее за волосы, так что свободной у него была лишь загипсованная рука.

Она должна была сделать что-то такое, что выбило бы почву у Дирка из-под ног. Чтобы Люк мог вступить в игру.

– Я знаю, статуэтки нужны тебе не ради денег. Ты хочешь, чтобы они сделали из тебя настоящего мужчину. Такого, который действительно способен удовлетворить женщину. – Айви вытащила ручку из кармана.

– Айви. – Только одно слово. Достаточно, чтобы знать – Люк рядом.

Дирк схватил пистолет и направил его на Айви. Оставив статуэтки на столе, он шагнул к ней. Зеленые глаза его смотрели холодно.

– Я собирался помочь Эду связать тебя и уйти. Но теперь я, пожалуй, останусь посмотреть. Ты никогда особенно не любила заниматься сексом. – Он стоял совсем рядом, глядя на нее в упор своими ледяными зелеными глазами. – Теперь ты его возненавидишь.

Надо как-то выпутываться! Айви открыла рот и чуть повернула голову…

Дирк протянул руку и схватил наушник.

– Что это? – Глаза его горели от ярости. – Что это такое, мать твою?! – Дирк размахнулся и ударил Айви по лицу с такой силой, что Эд выпустил ее волосы и она упала на пол. На левый бок.

Дирк шагнул к ней:

– Что это такое?

«Думай!» – приказала себе Айви.

– Это от моего мобильного телефона!

Айви перевернулась на живот. Господи, только бы он ей ничего не сломал. Вставай и беги, стучало у нее в голове. От страха свело внутренности. Она ведь отвечает за несколько жизней! Айви начала приподниматься.

– Ты лживая сука! – Дирк ударил ее ногой в бок. Падая, она ударилась лицом о ножку журнального столика. В голове словно что-то взорвалось. Боль обожгла лицо, стремительно распространяясь по всей голове. Казалось, ее ударили раскаленной сковородкой. Борясь с тошнотой, с нехваткой воздуха, изо всех сил цепляясь за жизнь, Айви заставила себя открыть глаза. Дирк опустился на колено, целясь ей в лицо.

– Кого ты с собой привела?

Голос его звучал уже гораздо спокойнее. Видимо, он решил, что запугал ее до смерти, что теперь он полноправный хозяин ситуации. Айви сжала левый кулак.

Ручка все еще была у нее в руке.

– Вот кого, – сказала она и, вытащив ручку, выпустила струю аэрозоля прямо ему в лицо.

И тогда разверзлись врата ада. Дирк согнулся пополам и завизжал.

Громко закричал Люк.

Эд попытался до нее дотянуться, но в этот момент в дом ворвался Арни и повалил его на землю.

Стоял оглушительный грохот. В голове у Айви все перемешалось. Она знала, что должна уберечь от смерти Айзека и своего отца. Айви сделала попытку приподняться.

– Айви. – Арнольд опустился рядом с ней на колени. – Не двигайся! Ты ранена. – Поддерживая ее за спину, он помог ей сесть.

Только сейчас, впервые с того момента, как начался штурм, Айви смогла осмысленно обвести взглядом помещение. Ее отец и Айзек все так же были привязаны к кухонным табуретам. Но они были живы. Эд валялся мертвым на полу гостиной. Дирк лежал лицом вниз с заведенными за спину руками. Люк, опустившись на одно колено, продолжал связывать кисти его рук упаковочной лентой. Лицо Дирка было повернуто в сторону Айви. У него был сломан нос, разбитая губа кровоточила.

– Я думал, Люк его убьет, – сообщил Арнольд. – Но он вовремя остановился. Я и сам был готов его убить.

Люк встал и подошел к Айви. Она не понимала, как могло все произойти так быстро. Она даже не видела, как Люк ворвался в комнату. Боль давала о себе знать, но Айви старалась ее не замечать.

– Я не знала. – Она хотела сказать Люку, что не знала об Эде. Или что-то другое. Просто хотела что-нибудь ему сказать.

– Не разговаривай. – Он посмотрел на Арнольда. – Пойди проведай Айзека и ее отца. – Люк опустился на корточки рядом с Айви. Он снял с себя рубашку, скатал ее в валик и приложил к ее лицу. Затем посмотрел ей в глаза.

– Я же говорил тебе, чтобы ты не заходила в дом.

Люк сидел рядом с ней на корточках, его обнаженная грудь была покрыта бисеринками пота. Он был такой сильный, такой мощный… Айви услышала рев сирен.

– Арнольд вызвал копов?

– Да, у него были наушники, и он слышал, что происходит. – Люк склонился над Айви и, убрав рубашку, осмотрел ее лицо. – Господи, – с трудом выдавил он и снова приложил рубашку к ее лицу.

Айви посмотрела ему в глаза.

– Все в порядке.

Он встретил ее взгляд, полный печали и боли.

– Тебе придется зашить рану. У тебя останется шрам. Теперь ты не сможешь смотреть на себя в зеркало, не вспоминая о том, что я допустил, чтобы ты пострадала.

– Нет. – Айви не обращала внимания на то, что говорить было очень больно. Он должен об этом знать. – Я буду вспоминать, что ты выполнил свое обещание и всех нас вытащил живыми.


Айви проснулась в одиночестве. Она посмотрела на часы. Второй час ночи. Люк столько дел переделал за этот день: решил вопросы с полицией, доставил в больницу мать Айви, проведал Айзека и Грега. И сидел рядом с ней, пока врач зашивал ей лицо. Рана Айви оказалась не такой уж глубокой, так что шрама почти не останется. Разве что чуть-чуть, у левого уха, Айзека оставили в больнице на ночь: у него оказалось сотрясение мозга. Средней тяжести.

Айви встала с постели и пошла искать Люка. Люк смотрел в гостиной телевизор. Услышав шаги Айви, он резко повернул голову. И тут же вскочил на ноги и бросился к ней.

– Что-то случилось? Тебе нужно обезболивающее? Айви не хотела ни лгать, ни притворяться.

– Мне нужен ты. Если ты не хочешь ложиться, я просто посижу с тобой рядом.

Он обнял ее одной рукой.

– Тебе надо лечь.

– Нет. – Просто так он от нее не отделается. – Мне больно лежать, и шов чешется. Я посижу с тобой. Тебе опять кошмар приснился?

Люк подвел Айви к дивану. Сел сам и усадил ее к себе на колени, нежно прижав правую половину ее лица к своей груди. Потом взял плед и укрыл ее.

– Закрой глаза и постарайся уснуть. Я буду держать тебя на руках. Может, так будет меньше болеть.

Горячие слезы подступили к ее глазам. Люк был так нежен с ней. Она была ему дорога. Этот мужчина, которого она на весь мир прославила как отъявленного «плохого парня», оказался на самом деле самым лучшим из мужчин. Правда, из того, что он был лучшим, еще не следовало, что он доверял ей или ее чувствам. Айви это знала. Понимала, что он делал то, что должен был делать.

– Ты скоро уедешь.

Он погладил ее по спине.

– Я должен закончить работу. Страховая компания подает иск о том, чтобы Регину и Ли взяли под арест за мошенничество со страховкой. И еще надо решить вопрос со статуэтками. Все это потребует много времени и много бумаг.

– Ты уже говорил с Региной?

– Да. – Люк продолжал нежно поглаживать спину Айви. – Она знает, что я помогаю страховой компании составить иск. Ее шанс устроить турне теперь равен нулю. Никто не захочет страховать статуэтки, пока они будут нее. Регина рассматривает вариант передачи их в музей. Туда, где они будут в безопасности. Где они не смогут более выйти из-под контроля.

– Удивительно, что Регина думает об этом. Ведь она любит эти фигурки больше всего на свете.

– Мне кажется, что все эти события и то, что вполне могло произойти еще три или четыре убийства, заставили ее взглянуть на себя непредвзято.

Айви понимала, что Люк имел в виду жизни ее, Айзека, Грега и, вероятно, Эда. Конечно, никого из них Дирк не собирался отпускать. Эд, тупой как дерево, был нужен Дирку только для того, чтобы обеспечить лучший контроль над ситуацией, а потом он бы все равно его убил. Положительный момент состоял в том, что Дирку предъявили обвинение в двух убийствах и краже денег трехлетней давности. То, что сотворил Дирк, многих привело в ужас, включая Регину.

– Сочувствую, Люк, – сказала Айви. – Регина была тебе другом.

– Мы все оказались во власти статуэток, включая твоего босса – Ли.

– Я собираюсь поговорить с Ли. Знаешь, ее холодность, стремление к успеху любой ценой прежде даже восхищали меня. Мне казалось, что в ней больше человеческого, что люди для нее не просто пешки. Но ей было совсем не жаль Марлу. Она совершенно равнодушно отнеслась к этой трагедии.

Ладонь Люка замерла у нее на спине.

– Ли тебя использовала.

– Мне теперь все равно. Действительно все равно. Я собираюсь попросить Пирса уладить юридическую сторону разрыва контракта. – Айви положила ладонь Люку на грудь рядом со своей щекой. Он был теплый. От него веяло надежностью. Все будет хорошо. Когда рядом был Люк, Айви казалось, что она сможет со всем справиться. Люк показал ей ту Айви, какой она была и какой больше не хотела быть. Ту женщину, что судит других, а сама прячется за микрофон. Теперь она хотела жить, хотела рисковать ради того, чтобы получить от жизни большее. Любовь, например. Айви подняла голову и посмотрела ему в глаза. – Ты думаешь, все дело в статуэтках, да?