Она постепенно успокоилась, глянула на часы и календарь. Суббота. Два часа дня!

С осторожностью отойдя от спящего Грэгори, она взяла ключи, валявшиеся на столе между разбросанными в беспорядке бумагами. Ее внимание привлек титульный лист рукописи, попавшийся ей под руку. «Башня ветров», прочла она заголовок, над которым стояло имя автора — Элен Ранде.

Боже, какая удача! Невероятно! На обороте был адрес. Вицеград. Ирэн знала, где это! Это к западу от реки Кафисос. От возбуждения ее лихорадило. Если бы не ночное буйство, о котором ей стыдно было вспоминать, разве повезло бы ей с адресом! Повезло! Повезло! — ликовала Ирэн. Она вознаграждена.

— Ирэн, — вдруг услышала она за спиной голос Костаса.

Ирэн от испуга вздрогнула, но быстро нашлась:

— Посмотри, что мы натворили! Здесь за неделю не разобраться. Я хочу навести порядок.

— Ой, ли?.. — многозначительно процедил Грэгори.

У Ирэн засосало под ложечкой. Неужели он засек ее?

— Положи-ка все на место и иди сюда. — Приказал Грэгори. — Я хочу… спросить…

Ирэн с притворной радостью кинулась к нему, обняла, прильнула к его груди.

— Не надо ни о чем спрашивать. Я скажу сама: мне было хорошо.

— Лукавишь! — холодно глядя ей в глаза сказал Грэгори. — Ты старательно имитировала страсть.

Ирэн негодующе запротестовала.

— Да, ты была одержимой, когда отдалась мне. Ты поставила на карту все, даже свою невинность. Дорогая цена за адрес Ранде.

— Что ты имеешь в виду?

— Пожалуйста, ничего не отрицай, — жестко сказал Грэгори. — Ты окончательно выдала себя, когда стала рыться в рукописях на столе.

Ирэн обожгла нервная дрожь.

— Что… что ты собираешься делать?

— Я еще не решил.

В его словах была угроза. Ирэн почувствовала, что он не шутит.

— Мы оба лгали друг другу с самого начала. Я хотел соблазнить тебя с того момента, как мы встретились. — Ее глаза расширились, и он, заметив это, насмешливо улыбнулся: — Шпионочка в моих объятиях… Я предвкушал свою месть, а потерпел поражение…

Ирэн остолбенела. Это его признание было для нее полной неожиданностью.

— Это не ты, а я оказался в плену. Я готов на все. Я все прощу, все забуду и никогда не упрекну.

Он страстно целовал ее, сжимал ее руки.

— Нет! Хватит, нет… Я… — шептала она, вырываясь.

— Ты боишься стать сексуально зависимой от вчерашнего врага?

Она высоко подняла голову.

— Что-то вроде этого.

— Но мы уже зависимы. Мы узнали друг друга. После прошлой ночи я знаю твое тело наизусть, — нежно сказал Грэгори. — Мои губы и пальцы изучили каждый дюйм, и я понял, что влюблен. Мы доставляем удовольствие друг другу, Ирэн. Ты думаешь, это часто случается в жизни?.. Уверяю тебя, что нет. Это счастливая редкость.

Он был искренне взволнован. Ирэн почувствовала это. Он снова забирал, завораживал ее и своими словами, и каждым взглядом, который дарил ей.

— Я не могу… Меня пугает, что мы сделали… Я никогда не вела себя так, — заплакала Ирэн.

— Жизнь преподнесла нам сюрприз, не так ли? — сказал он. — Она разрушила и твои, и мои планы. Но мы оба будем сумасшедшими, если откажемся от удовольствия, которое испытываем вместе. Почему бы не остаться и не продолжить? — предложил он более мягко. — Пусть без обязательств друг перед другом на будущее.

— Вы… вы хотите, чтобы я осталась даже тогда, когда все знаете обо мне?..

— Для меня это уже не имеет значения, — сказал он. — Пошлем к дьяволу Пэрли Ригера… Ваш владелец издательства «Прима»— ничтожество.

Ирэн застонала. Костас давно все знал, оказывается, и ломал комедию, потешаясь над ней. Значит, и сейчас он забавляется, играя с ней, как кошка с мышью.

— Я не хочу с вами спать!

— Спать? Я не дал бы тебе и минуты поспать!

— Вы знаете, что я имею в виду. Вы получили свою порцию секса! — холодно сказала Ирэн. — Вы избавились от импотенции, хотя, видит Бог, я не верю, что вы на самом деле были когда-нибудь импотентом.

— Ирэн, — мягко прошептал он. — Если бы мы не встретились, мы никогда не узнали бы, что любовная связь может быть такой… Когда тела и эмоции двух людей находятся в полной гармонии. — Горячность, с которой он говорил, передалась и Ирэн. Она снова была в его власти, готовая растаять. — Я не смогу больше работать в этом кабинете, потому что все здесь мне будет напоминать о нашей ночи. О тебе…

— Пожалуйста! — умоляла девушка. — Вы опять играете со мной?

— Нет!

Он так резко вскочил, так твердо и прямо произнес это «нет», что Ирэн поверила.

— Ты думаешь, я безнравственная скотина?.. Я докажу, что это не так. Ты получишь то, что хотела. Ты увидишься с Элен Ранде. Можешь попробовать уговорить ее вернуться к твоему подонку Пэрли.

— Он не подонок. Это вы сманили Элен деньгами. Думаете, людей влекут только они? В конце концов, они уходят туда, куда велит им сердце и душа.

Он взял ее за руки, притянул к себе:

— А твои душа и сердце, Ирэн? Что говорят они тебе? Неужели в них нет ни капельки любви?..

— Не пытайтесь меня разжалобить. Вы уже пробовали сделать это, когда рассказали душещипательную историю вашей дочери… — сердито отозвалась Ирэн.

Это все, правда! — негодующе прервал Грэг. — Я доверился тебе потому, что хотел, чтобы ты все знала обо мне. Мне далось это нелегко, поверь. Но я надеялся, что ты поймешь, как тяжело мне пришлось в семье. Я ошибся. Ты жестока и безжалостна!

К счастью, он не смотрел на нее. Пусть так. Пусть я буду жестокой и безжалостной, думала она, сдерживая ярость. Он сам точно такой же! И ему не одурачить ее. Пусть не прикидывается овечкой. Он мужчина с каменным сердцем! Высокомерный, тщеславный, злобный. О каких чувствах к ней он говорит? Она взяла себя в руки, подошла к окну, посмотрела на осенний город и почувствовала, что ее сердце оледенело. Он только на время достиг того, что хотел, но ее любовь и преданность он еще не завоевал. Она убеждала себя в этом, и ей казалось, что она непреклонна. Но женская логика. Кто ее постигнет? Для самой себя неожиданно Ирэн сказала:

— Мне не хотелось в этом признаваться, но вы завоевали часть моего сердца. Это правда.

IX

Он весь расцвел.

— Ты что-то тоже задела во мне. Я предлагаю не торопиться и дать друг другу немного времени, чтобы подумать.

— Мне опять ремонтировать ваш офис? — неуверенно спросила Ирэн.

Я думаю, там обойдутся и без тебя. Отдохни, займись чем-нибудь. Встретимся во вторник. Ты ведь хотела увидеть Элен? Так увидишь. И перестань, в конце концов, говорить со мной официальным тоном. Ты не находишь, что это глупо?..

Ирэн от души расхохоталась и, как девчонка, бросилась ему на шею.

— Чтобы поумнеть хоть чуть-чуть, буду знакомиться с достопримечательностями. Я всегда хотела побольше узнать о родине мамы…

Ее губы задрожали.

— Господи, как я не хочу расставаться с тобой, — простонал Грэгори. — Но я знаю, тебе надо успокоиться. У меня куча работы, и это поможет мне не думать о тебе каждую минуту.

— Авторы, редакторы, рукописи…

— Конечно. — Усмехнулся он. — А ты ни о чем не думай и получай удовольствие. — Он ее нежно поцеловал, и она содрогнулась от волны чувств, нахлынувших на нее. — Я провожу тебя в «Хилтон».

— Спасибо. — Она сказала «спасибо» автоматически. И тут же почувствовала недобрый блеск в его глазах. — В чем дело? — недоуменно спросила Ирэн.

— Ты забыла соврать. Я сказал, что провожу тебя в «Хилтон», и ты не поправила меня…

Опять все сначала? — устало подумала Ирэн. Опять он не доверяет или проверяет меня. Неужели эта пытка никогда не кончится?

— Когда вы узнали, что я остановилась там? — Она снова перешла на официальный тон.

— Таксист, который вез тебя, рассказал. Я попросил его проследить и вернуться за мной, когда доставит тебя на место. Вот тогда-то мне пришла в голову интересная мысль, что бедные малярши обычно не останавливаются в номерах-люкс роскошной гостиницы… — сказал он, не скрывая насмешки. — Все, что ты делала, выглядело очень подозрительным. До тех пор пока я не узнал всю правду.

Не всю, подумала Ирэн, собираясь с мыслями. К тому времени, как он все узнает, она вернется в Штаты, и ему не найти ее…

Сестра Ирэн сразу уловила в ее голосе подавленность, когда та позвонила вечером. После рыданий Ирэн все рассказала Софи. Почти все. О некоторых вещах она предпочла умолчать. Как всегда, Софи рассуждала здраво и убедительно.

— Я никогда раньше не испытывала таких чувств, — призналась сестре Ирэн.

— Так из-за этого тебе не по себе? — рассмеялась Софи. — Ты ненормальная! Подумай, мужчина говорит тебе прекрасные вещи, а ты ведешь себя как дура.

— Ты не понимаешь. Он и замечательный, и нет, — причитала она. — В нем мелькают то теплота и невероятная доброта, то злоба. Он как двуликий Янус. Он непредсказуем. Боюсь, что на самом деле Костас безжалостный и использует все что угодно и кого угодно для достижения целей. Я не хочу быть «кусочком пластилина» в его руках!

— Значит, ты хочешь податливого, покорного парня? — съязвила сестра. — Кого-нибудь, кого бы ты не любила? Парня, который скучен, как железнодорожное расписание? Секс каждую субботу, гольф по воскресеньям, бридж по вторникам…

О, замолчи! — огрызнулась Ирэн. — Я ненавижу тебя, потому что знаю, ты права! — Софи засмеялась, но Ирэн было не до смеха. — Нет, — в отчаянии произнесла она, — я прихожу в ужас оттого, что мое сердце тоскует по недостойному мужчине. Я стыжусь, что получала удовольствие от секса, что мне этого хочется снова… — Ее голос стал хриплым: столь откровенно говорить о таких интимных вещах было нелегко.

— Ты его и сейчас хочешь? — с теплотой в голосе спросила Софи.