Конечно, с карьерой актрисы придётся закончить. Некрасиво выходит перед Кириллом, но кто ж знал, что всё обернётся таким боком. Осталось лишь сообщить режиссёру, вот уж кто точно будет не в восторге, но и удержать её не сможет. По-хорошему у неё пока вообще испытательный срок, так что контракта, который бы её связал по рукам и ногам, она подписать не успела. Жаль, что не сложится, но приходится выбрать. В жизни всегда приходится выбирать.

Из пачки выстрелили очередную сигарету. Чиркнуло колёсико зажигалки. Расслабляющая затяжка и облако дыма с готовностью закружилось по кухне. Окно было открыто, впуская осенний ветер и неприятную морось, но табачный кумар не хотел сразу вырваться в большой мир. Ему нравилось выписывать пируэты тут. Ну и ладно. Пускай выписывает.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Какао, сигарета — не хватает исконно женских страдашек на подоконнике. Но с этим проблематично, здесь они слишком узкие. Вот в приюте с ремонтом времён, наверное, ещё Сталина было где разгуляться. Собственно, тогда она и начала курить. Тайком в форточку. Чтобы не отличаться от сверстников. Иначе бы тебя просто сгноили

Сложные времена, где приходилось подстраиваться и постоянно оглядываться с опаской. Хотя и это не всегда помогало. Сколько раз она ночевала в запертом чулане без света? Не сосчитать. И было бы за что: за ненавистную горбинку на носу и врождённую бледность — то, над чем у неё не было никакой власти. В ушах Жени даже спустя годы слышался смех этих ублюдков: "вампирша, а раз ты вампирша, то и спи в заколоченном гробу. Не выпустим, вдруг укусишь!". Малолетние уроды.

Ну да и чёрт с ними. Всё равно треть из них давно сдохла от передоза, а вторая отматывает сроки за кражи и барыжничество. И она бы, наверное, к ним присоединилась, если бы в своё время учительница литературы не разглядела в ней актёрские задатки. Именно она убедила её развивать свой талант. Первый в её жизни человек, который поверил в неё и поддержал.

Хм. Ладно, она отвлеклась. Надо заставить себя закончить с анкетой. Просили не тянуть, чтобы уже на следующей неделе её кандидатуру официально утвердили и начали заниматься организационными вопросами.

Пальцы снова запорхали по клавиатуре, но через несколько пунктов вновь застыли в нерешительности.


ж е л а н и е   п о л у ч и т ь   г р а ж д а н с т в о да/нет (нужное отметить) ______________________


Да? Нет? Да или нет?

Музыка в наушниках прервалась. Телефон завибрировал на стеклянной поверхности, высвечивая на экране входящий вызов от незаписанного в контактах номера. Макс. Этот набор цифр Женя ещё со вчера запомнила наизусть. Когда он звонил. Снова и снова.

Боже, как же подмывало нажать "принять"… и всё же она нажала "отбой".

— Ну чего ты так смотришь??? — раздосадовано цыкнули на фарфоровую куклу, воззрившуюся на неё с укором. — Нет у меня выбора. Как будто сама не знаешь.

Тишина. Больше не перезванивает. Надоело? И правильно. Ей бы тоже надоело долбиться головой в закрытую дверь…

Козырь озадаченно выпрямилась на стуле, вынимая наушники из ушей и прислушиваясь. А в дверь-то и правда стучались. Можно сказать, барабанили. Интересно, давно? Может соседям не нравится, что сигаретный дым летит к ним через вентиляцию?

Недокуренная сигарета смялась об дно пластиковой баночки.

— Там слева кнопочка есть, вежливые люди обычно её нажима… — недоговорив, застыла она в коридоре с широко открытым ртом, разглядывая перед собой Максима. Дурацкая привычка не смотреть в глазок. — Привет… Если надумаешь рекламировать пылесос, у меня уже есть… А-э… — её бесцеремонно отодвинули с прохода, влетая в квартиру и скрываясь в единственной комнате. Что-то заскрипело — это Майер полез в шкаф, громыхая раздвижными зеркальными дверцами. Проследовавшая за ним Женя не возмущалась. Наверное, слишком была удивлена. — Что ищешь? Давай помогу.

Шкаф оставили в покое, когда стало понятно, что нужного там нет. Настал черёд разобранного дивана, из нижнего ящика которого вытащили знакомого скрипуна на колёсиках, пережившего далеко не одно дальнее путешествие. Воспоминания об этом красовалась вмятинами на металлических пластинах и длинной протёртой бороздкой возле молнии.

— Уже нашёл.

В следующую минуту обладательница скромного гардероба ошарашено наблюдала, как всё её пожитки начали небрежно закидывать в всепоглощающее нутро чемодана. Над тем, чтобы аккуратно складывать дорогую одежду не заморачивались. Всё что попадалось под руку тупо бросалось в кучу: обувь, платья, бархатная шкатулка с украшениями.

— Вешалки не мои, казённые, — заметила Женя. Ну, надо ведь предупредить.

— Будут твои. У меня как раз их немного, — равнодушно отозвался Макс, огибая её и скрываясь в ванной. Поиск тщательного обыска плойка, косметичка и принадлежности для душа полетели туда же, в общую помойку.

— Эй, поосторожнее с ней! — активизировалась Козырь, когда принесённую следом с кухни куклу небрежно бросили сверху. Ещё и ноутбуком едва не приложили по фарфоровой голове. — Да ну хватит. Максим, прекрати, — попыталась оттянуть его она, за что её подхватили под подмышки и спокойно усадили на стоящий рядом комод.

Женя видела, как он скривился. Рёбра то не зажили, а он её таскает! Ему же строго категорически нельзя сейчас тяжести поднимать! Дурак!

— Не лезь, иначе свяжу, — пригрозили ей. Немного подумав, Майер задрал её ноги и рывком выдвинул верхний ящик, откуда в один заход всё в то же прожорливое нутро полетело брендовое нижнее бельё. Остальные ящики вообще оказались пусты. Мда, негусто. Пора учить её обрастать хламом, как положено каждой порядочной девушке.

— Как чувствуешь себя? — ту же в данный момент беспокоило совсем не это. Покусывая нижнюю губу, она с беспокойством разглядывала собеседника.

— Отвечала бы на звонки, знала.

— И всё же?

— Лучше всех.

Ну… отёк с лица сошёл, это точно. Оно оставалось всё ещё разноцветным и побитым, но хоть вернулись прежние красивые черты. Глаз тоже больше не напоминал монстра из фильма ужасов. На руках медленно сходили синяки. Запястье всё ещё обмотано эластичным бинтом. Как бы вроде ничего, но на определение: "лучше всех" явно не тянет.

— Ты ещё на обезболивающих?

— Разумеется. Без них бы я давно на стенку лез.

— Сильно болит?

— Терпимо. Если не хочешь тут что-то оставить, вспоминай, где ещё валяются твои шмотки.

— Вспомню, если скажешь: зачем ты это делаешь? — зализывая надорванный ноготь, вздохнула она, барахтая в воздухе свесившимися босыми пятками.

— Разве не видно? Помогаю паковаться. Всё равно ведь пришлось бы, да? Когда ты там намылилась сваливать в другую страну?

Ну прекрасно. Все уже обо всём знают.

— Никита меня сдал, да?

Глупый вопрос. Это же очевидно. Только он знал.

— Ему пришлось. Риск сломать руку кого хочешь разговорит.

— В ход уже идут пытки?

— Чтобы поймать тебя? Да.

— Не нужно меня ловить, неужели неясно?

— Неясно, где выкрутить в твоей башке этот долбанный винтик, чтобы ты сменила пластинку, — крышка чемодана захлопнулась, но не до конца, оставляя горб. Хм. Сложилось как-то некомпактно. Ну и похрен. Как говорил великий мыслитель из знаменитого мультика: и так сойдёт. Макс обернулся к ней. — Ты получила моё сообщение?

— Получила. Все пятнадцать.

— И? У тебя проблемы с правописанием? Забыла, как выглядит алфавит?

— Я не знала, что ответить.

Пришлось потрудиться, чтобы сдержаться и не встряхнуть её хорошенько, как трясут стеклянный шарик, внутри которого снежинками плавают блёстки.

— Полагаю, когда девушке говорят, что ради неё готовы на всё, она должна быть счастлива и прыгать от радости. Вот только ты не прыгаешь.

— На всё, это на что?

— На всё.

— Закончить с боями?

— Закончить с боями.

— Вот это мне и не нравится.

Максим, протяжно выдохнул, устало растирая большим и указательным пальцами веки.

— Наверное, я тупой, но я не понимаю.

— Что тебе непонятно? Ты согласен бросить их ради меня. Не ради себя. Такими темпами через сколько ты меня за это возненавидишь? Через сколько сорвёшься? Это как сказать геймеру, чтобы он больше никогда не подходил к компам, а заядлому рыбаку, что рыбу он будет теперь ловить исключительно дома, в аквариуме. И не надо смотреть на меня, как на идиотку. Это зависимость.

— Или просто прибыль? Ты даже не представляешь, сколько можно получить за один удачный выход.

— Прибыль, азарт, зависимость, необходимость. Всё одно. Ты без этого не сможешь.

Да. Она права. У каждого свой наркотик: для кого-это сладкое, для других количество лайков в Инстаграм под постом, для третьих жажда поймать за хвост адреналин. Однако Женя кое чего не учла…

Макс склонился к ней, осторожно облокотившись на прохладную поверхность комода, тем самым как бы ловя её в западню. Запястье уже почти не беспокоило, но при сильном механическом воздействии не уставало о себе напоминать.

— Можно. Если появляется другая необходимость, — спросил он, с трудом удерживаясь от соблазна поцеловать оказавшиеся так близко обкусанные и любимые губы.

— Если ты имеешь в виду меня…

— Тебя. И всего, что с тобой связано.

— Я не…

— Помолчи и выслушай. Это моё решение. Не вешай его на себя. Я выбрал так, потому что ты важнее. Ни один бойцовский клуб не стоит того, чтобы потерять то, что я нашёл.

— И что ты нашёл? — нервно вытягивая носом воздух почти прошептала Козырь, чувствуя, как сердце замерло в ожидании. Оно тоже ждало ответа.

— Смысл. Желание думать о завтра. Планировать будущее, — его руки обняли её лицо, смахивая с кукольных глаз вновь подстриженную чёлку-пони. — Но планировать его только с тобой.