Потом отрывки: врач, медсестра, шприц, объятия Саши стали слабее, потому что какой смысл вырываться. Кричать тоже не было смысла, я могла только тихонько выть над потерянным ребенком и пустой жизнью. Испуганные мамины глаза. И темнота…


— Ольга, Вы меня слышите? — незнакомый мужской голос.

— Да — ответила я, но я не хочу никого слышать.

— Можете открыть глаза?

— Да — автоматически ответила я, но не хочу этого делать.

— Откройте тогда! — услышала я командный голос.

— Зачем? — спросила я, но всё-таки сделала как просят.

На кровати рядом со мной сидит мужчина в белом халате, накинутом на зеленый костюм, видимо врач. Позади него перепуганная мама, а за руку меня держит Саша. Сколько боли в этих зеленых глазах.

— Значит так, Ольга, вижу с нервами у Вас не всё в порядке — подытожил врач, хотя какое кому дело — но мы поправим это. Инга, — сказал он куда-то в сторону — допишите в назначение еще??и пустырник.

— А это зачем? — удивилась я.

— Успокоительное такое… — ответил врач без улыбки — Верните свой??здравый смысл и слушайте меня внимательно. Таких истерик чтобы больше не было.

— Не будет.

— Вы помните что случилось?

— Да… к сожалению.

— Что последнее Вы помните? — зачем это ему?

— Мне сделали укол, я перестала видеть и чувствовать, но немного слышала: как пришёл Саша, о чём они там говорили, потом приехала скорая, дальше отрывки об аборте, кровь… — слезы сами покатились из глаз… Саша обнял меня за голову и крепко прижался губами к виску.

— А ну перестаньте немедленно! — строго сказал врач — Теперь понятно откуда эта истерика… аборта не было.

— Ребенок жив?! Всё хорошо? — не поверила я. Неужели мне вернули жизнь и её смысл?

— А теперь дослушайте и не перебивайте… — врач сделал паузу, ожидая, пока до меня дойдет — Но слушайте внимательно.

— Хорошо, хорошо — быстро и послушно ответила я. Всё хорошо! Какое счастье!

— Ваш муж взял на себя огромную ответственность не дав согласие на аборт. — Саша! Я обожаю своего мужа! — У нас есть две недели, чтобы провести все обследования и принять окончательное решение. Препарат, который Вам вкололи это наркотическое вещество, влияние которого на плод не изучено. Но судя по действию препарата, он мог поразить органы дыхания и нервную систему. Пусть и ввели небольшое количество, но никто не даёт гарантий. Также, при хороших результатах исследований никто не даёт гарантию, что они верны на 100 %, потому что медицина это не математика и не физика. Вы меня понимаете?

— Да. Ребенок жив, но неизвестно родится ли полноценным… — подытожила я.

— Неизвестно, родится ли живым… увы — поправил меня врач.

Это ударило больно, но Саша меня и думал отпускать.

— Сейчас Вы выполняете все мои указания. А после того, как Вас выпишут, будете много гулять, хорошо питаться и не нервничать. Понятно? — спросил врач.

— Да. Я сделаю всё, что нужно.

— Также, пока неизвестно, как этот препарат повлиял на Ваш организм. Поэтому Вы в группе риска. Если будет необходимость, то ложитесь на сохранение и делаете всё что я Вам скажу. Понятно?

— Да.

— Отлично… Я забыл представиться. Лечащий врач Николай Иванович Федё — акушер гинеколог. А Вы в роддоме.

— Очень приятно, — вежливо ответила я.

Врач вышел в сопровождении мамы и медсестры. Саша продолжал меня обнимать.

— Оля, всё будет хорошо. Слышишь — он посмотрел мне в глаза и улыбнулся.

— Будет — улыбнулась я, полностью разделяя его слова — Расскажи мне всё, пожалуйста.

— Врач только что тебе всё рассказал — удивленно ответил Саша.

— Нет, не это… Почему ты исчез, кто те двое, как ты меня нашёл? Уже можно рассказать? — спросила я любимого, ведь мне надо отвлечься и это отличный способ.

— Ольга, давай не сейчас…

— Нет сейчас! Мне нужно отвлечься — возразила я.

— А другого способа ты конечно не нашла — грустно улыбнулся Саша.

— Другого не существует. Поэтому рассказывай — победно заявила я.

— Хорошо… — подчинился он — Помнишь, Клава тебе рассказывала об угрозах… Так вот, летом началось то же, но я не знал кто это делает. Было всё анонимно. Требовали продать всё… за бесценок, иначе банкротство, суды… Были попытки подставить компанию под налоговую, с нами пробовали заключать контракты подставные фирмы, даже в службу безопасности на нас жаловались. За это лето было столько проверок, сколько не было никогда! К счастью, у нас хорошие юристы и служба безопасности. Всё бы ничего, но начались угрозы другого плана: угрозы уже касались Клавы, тебя и Татьяны. Вряд ли бы кто-то что-то смог вам сделать… опять же у нас замечательная служба безопасности. Но мы никак не могли определить кто это делает. Последней каплей было письмо на почту в тот день, когда я уехал. Мне по электронке пришли фото твоей встречи с девчонками, а Мишке фото его малой и Татьяны в парке. Причем на фото были и ваши охранники… — после небольшой паузы Саша продолжил — но идея исчезнуть пришла не сразу, нам надо было всё продумать…

— В Тернополь ты не ездил? — перебила я.

— Ездил, но не по работе. Извини, что соврал… Это был единственный раз… — грустно сказал он — Идею подал дядя Витя…

— Виктор Петрович твой дядя? — удивилась я — я знала, что вы были знакомы раньше!

— Он не родной дядя. То есть по крови не дядя. Я с ним познакомился еще в школе, когда начал заниматься спортом. Он научил меня понимать какую цель и как нужно ставить, чтобы достичь. Ещё научил не сдаваться и не падать духом. Потом дядя Витя помог мне создать хорошую службу безопасности в компании, потому что как он говорил: «хорошая служба безопасности это залог успешного бизнеса».

— Постой… он же вроде директор в школе… — удивилась.

— Разве директор школы не может быть знатоком по безопасности? — рассмеялся Саша — он много кем успел поработать, пока не стал директором.

— А Клава его знает?

— Конечно. Просто когда я его увидел у вас дома, то попросил её не говорить. Он сам сделал вид, что мы не знакомы… И хватит меня перебивать — притворно строго сказал Саша.

— Хорошо — рассмеялась я — не стану.

— Так вот… Решили, чтобы я исчез, но исчез так, чтобы меня не искали… — шумно выдохнул Саша — до сих пор жалею, что позволил себя уговорить. Но на тот момент это было единственное правильное решение как нам казалось. Потом Миха с Романом начали искать тех, кто посмел сунуться в мою… нашу жизнь. Роман всегда был рядом с тобой. За тобой практически всегда ещё кто-то следил. Что изменилось не знаю, но после того как ты меня нашла, всё изменилось. Вычислить, что я у Михи практически невозможно… Ну это уже не важно. Я всё выяснил. Смешно, но они увидели, что ты улыбаешься и решили, если ты счастлива, значит меня встретила.

— Они правы…

— Ну вот вроде всё…

— А кто они такие?

— Я когда-то пересекался с ними. И тебе это и не надо знать. Давно это было… Ну что? Всё?

— Нет — улыбнулась я — а как ты меня нашёл?

— Да Роман всё время рядом с тобой был. Он за той машиной поехал, вызвал нас с Михой и дядю Витю.

— Ты говорил, что Виктор Петрович подал идею, но он не знал, что ты жив. Это как?

— Он однажды сказал, что мне надо просто исчезнуть на некоторое время, чтобы со стороны спокойно на все посмотреть. — завершил рассказ Саша — теперь точно все — улыбнулся он.


В больнице я провела две недели. Результаты всех обследований были более чем удовлетворительными и врач разрешил мне ехать домой при условии, что я каждую неделю буду приходить на осмотр, узи и сдавать анализы и, конечно, выполнять все рекомендации.

Не знаю откуда у Саши появилось столько свободного времени, но каждый день по несколько часов мы гуляли… в любую погоду. Покупали всё, что мне заблагорассудится… почти. Всё, кроме детских вещей. Он, как и моя мама верил в приметы, а мне так хотелось выбирать шапочки, носки, распашонки… Хорошо, что у меня есть Клава! В те дни, когда Саша был занят, мы с ней обходили все детские отделы магазинов и покупали всё, что нравится… всех цветов. Конечно, хранилось это у неё дома подальше от моей мамы и Саши. Единственное, на что удалось уговорить Сашу — это ремонт в комнате, которая будет детской.

Я много читала о беременности, вместе с Сашей смотрели передачи о здоровье детей, даже посетили несколько занятий для семейных пар. Мы чувствовали себя будущими родителями, готовились к счастливому родительству и очень непростым временам. Вся доступная нам медицинская литература была просмотрена, мы проконсультировались с разными специалистами… ответ был один: вроде всё хорошо, но надо ждать.

На седьмом месяце что-то пошло не так… не знаю что именно, потому что я себя чувствовала прекрасно. Доктору перестали нравиться результаты анализов и мне пришлось лечь в больницу. Это были тяжелые и страшные дни ожидания… ждали результатов исследований, реакции организма, решение врачей… Казалось, что Саша начал седеть, а мама с Клавой состарились. Мне, конечно, все улыбались и говорили, что «всё хорошо», хотя я прекрасно знала, что жизненные показатели ребенка начали падать… Я проклинала себя, что покупала одежду заранее, что не верила в приметы. Потом ругала себя за эти мысли, потому что меня предупреждали с самого начала о риске. Однажды утром пришел Николай Иванович и сказал, как всегда официально:

— Ну что, Ольга, пойдем рожать.

— Как? Уже? Я не готова — растерялась я, потому что была уверена, об этом предупреждают заранее.

— Я не знаю ни одной женщины, которая была бы полностью готова — абсолютно серьезно ответил он.

— Все так плохо? — с надеждой на «нет» спросила я.

— Плохо, это когда нет сердцебиения, или воды отошли на 25-й неделе — сказал Николай Иванович строго, а потом мягко добавил — не волнуйся, сейчас как раз время, когда ребенок уже достаточно силён, чтобы жить вне тебя, но затягивать нельзя, потому что не хватает, ни кислорода, ни питания. Анестезиолог хороший, команда хорошая. Что такое спинномозговая ты знаешь, зачем кесарево сечение — тоже. Сейчас тебя Инга подготовит и начнём. Всё будет хорошо! — завершил он с улыбкой.