Николь с отчаянием взглянула на мать: он должна понять свою дочь!

Девушка знала, что существует единственный человек на свете, кто может властно и безапелляционно приказывать могущественному сенатору Уайлдеру. И этот человек — ее мать. Стоит ей сейчас просто выразительно взглянуть на мужа и весь этот кошмар закончится…

Еле сдерживая слезы, бедняжка безмолвно взывала к материнскому сердцу. Мама, неужели ты не понимаешь? Прикажи им замолчать, прикажи им остановить этот мерзкий фарс!

— Я так потрясена… У меня просто нет слов… — произнесла наконец Мэри. Не замечая умоляющих взглядов дочери, она обернулась к новоявленному зятю. — Джеймс, мой мальчик в своей жизни я видела всякое! Но сейчас… Господи, я так рада! — радостно защебетала она.

Ну, признаться, сперва я тоже не находил и слов, — заторопился поддержать жену сенатор. Я давно старался обратить внимание Николь именно на тебя. Но она даже не хотела думать об этом! И вот, такой неожиданно счастливый финал! Наша малышка с детства отличалась редкостным упрямством… И мы всегда знали, что если она внушила себе, что черное— это белое, убедить ее в обратном практически невозможно. Но тебе удалось невозможное, Джеймс!

Счастливый отец взглянул наконец в сторону дочери.

— Признайся, милая, ты нарочно не говорила нам с мамой, что встречаешься с Джеймсом? Ты боялась наших упреков, боялась, что мы будем стараться ускорить ход событий? Ах ты, глупышка! Неужели ты не понимаешь— мы с мамой желаем тебе только добра…

Джеймс нахмурился, но не проронил ни слова.

Скорее всего, он с трудом сдерживается, чтобы не рассмеяться прямо в лицо этому лжецу! — с гневом подумала Николь.

— Да, девочка обвела нас вокруг пальца, мой друг, — обратилась к мужу Мэри. — Она так убеждала нас в своей неприязни к тебе, Джеймс, что, честно говоря, я поверила ей!

— Маленькая притворщица, — констатировал гость. Губы его чуть заметно кривились от беззвучного смеха.

Николь с трудом подавляла желание влепить ему звонкую пощечину.

— Если быть совсем точной, — язвительно ответила она, — вчера еще я заявила родителям, что скорее соглашусь обвенчаться с гориллой из зоопарка, чем с мистером Дукартом.

— Вот именно! — заволновалась Мэри. — А теперь ты собираешься за него замуж!

— Может быть, горилла отказала тебе, Николь? — высказал свое предположение Джеймс.

Сенатор и его супруга весело рассмеялись этой «элегантной» шутке.

— Какое чувство юмора! — продолжала восхищаться своим будущим зятем Мэри. — Не всякий сумеет сориентироваться в такой ситуации. Молодой человек, я вам так благодарна! Признаться, в глубине души я всегда страдала из-за слишком независимого для женщины характера моей малышки. Но вы с такой легкостью сумели приручить ее! Теперь я могу умереть спокойно. Я так счастлива!

— Это действительно чудесно! — расплылся в улыбке мистер Уайлдер.

Николь понимала, что, как влюбленная в своего жениха невеста, она просто обязана была порадоваться за него, и поэтому грозно нахмурила брови. Возможно, родители и сумеют продать ее тело, но никогда, никогда в жизни она не смирится с этим! Джеймс Дукарт еще не раз пожалеет о своем выборе!

И отец, и мать были слишком возбуждены, чтобы замечать такие мелочи, как мрачный вид будущей новобрачной.

— У вас есть какие-либо пожелания относительно дня свадьбы? — перешел к делу Джеймс Дукарт.

— Нет, конечно, все зависит только от вас, — снова защебетала Мэри. — Мы с Николь начнем готовиться к этому торжественному дню, прямо сейчас. Сколько хлопот! Сначала нам нужно отметить вашу помолвку. Пожалуй, больше всего для таких целей подойдет зал нашего клуба. Там просторно, но в то же время очень уютно…

Нет, в этом нет никакой необходимости, миссис, — перебил размечтавшуюся тещу Джеймс. — Мы с Николь решили не отмечать нашу помолвку. Мы собираемся пожениться немедленно. Прямо сегодня. И поэтому сейчас же отправляемся в Коннектикут.

Все радужные планы Мэри лопнули в одно и мгновение.

— Я… Ах, я понимаю. — Она выглядела так, словно только что проглотила целый лимон. — Ну, если вы так решили… — Взгляд ее наконец остановился на дочери.

С той самой минуты, как Джеймс объявил всю эту чушь относительно их свадьбы, миссис Уайлдер не сводила с него глаз, только сейчас она удосужилась взглянуть на виновницу всей этой суеты!

Николь даже не старалась скрыть свой гнев.

— И куда именно в Коннектикуте вы собираетесь поехать? — нахмурившись, продолжала миссис Уайлдер. Кажется, понемногу она начала понимать смысл происходящего. — Или… — Новая догадка озарила ее озабоченное лицо. — К чему такая спешка? Почему вы хотите пожениться немедленно?! Николь? Неужели ты… Я всегда считала тебя благоразумной! И это после того, как мы с тобой уже несколько лет посещаем лекции в центре планирования семьи?! Я… Я… У меня просто нет слов!

Николь презрительно фыркнула. Что ж, если матери доставляет удовольствие считать свою дочь полной идиоткой, это ее право. Злобно сверкнув глазами, девушка обернулась в сторону Джеймса.


Господи! Да Николь Уайлдер скорее умрет, чем позволит себе оказаться в постели с таким чудовищем!

— Мама, ты совершенно потеряла голову! — воскликнула она. — Никогда в жизни я не…

— Не разочаровывай свою маму раньше времени, крошка, — вмешался в разговор Джеймс, лучезарно улыбаясь, он по-хозяйски обнял Николь за талию.

Снова оказавшись в тисках его стальных объятий, девушка отчаянно пыталась высвободиться. Бесполезно! Казалось, Джеймс даже не замечает ее сопротивления.

— Ничего удивительного, что твоя мама не правильно истолковала нашу спешку, — все так же беззаботно улыбаясь, продолжал он. — Но позвольте, я вам все объясню, — обратился он к онемевшим от такого напора родителям. Заметив их смятение, Джеймс еще больше воодушевился. Наклонившись, он легко поцеловал в щечку свою будущую жену.

— Мэри, Томас я имею самые серьезные намерения в отношении вашей дочери и ни коим образом не собираюсь портить ее безупречную репутацию. Мы оба достаточно благоразумны и решили сделать нашу первую брачную ночь по-настоящему незабываемой. Даю вам честное слово, в данный момент Николь не беременна. Но смею надеяться, не пройдет и месяца, как ваши догадки и подозрения станут действительно обоснованными! — И в подтверждение своих слов, Джеймс фамильярно похлопал свою невесту по заду.

Николь задыхалась от злости. Сердце ее готово было выпрыгнуть из груди. Сжав кулаки, она изо всех сил старалась не расплакаться от обиды никогда еще не чувствовала она себя такой беззащитной и одинокой!

— Ну а теперь, когда мы выяснили все интересующие нас вопросы, пора перейти к обсуждению деталей, — невозмутимо продолжал разглагольствовать Джеймс. — Конечно, если вы настаиваете на пышной свадьбе, мы ничего не будем иметь против… Мы подчинимся…

— Пожалуйста, дорогой, говори только от своего имени! — Николь была больше не в силах наносить эту комедию. — Если мама возьмется за дело, подготовка к свадьбе затянется на несколько месяцев. Не знаю, как ты, а я не собираюсь ждать так долго. Все уже решено. Зачем же откладывать? Мы действительно можем пожениться прямо сегодня.

Николь сама не понимала, как могла произнести такое. Объятия ненавистного мистера Дукарта словно парализовали ее волю, лишили рассудка.

Хотя… Кто знает, возможно, это единственный выход. И отец, и Николь прекрасно понимали, откого зависит дальнейшая судьба их семьи… У них не осталось выбора— либо мистер Дукарт заполучит несчастную Николь и жены, либо…

Нет, никому из них не перенести такого позора! За финансовым крахом семьи Уайлдеров неминуемо последует отторжение их от светского общества, рухнет карьера отца в сенате… Стоит ли продолжать этот черный список?

Николь еще раз взглянула на свою мать. Представить эту великосветскую львицу управляющей домом, готовящей обеды, штопающей дырки на заношенной одежде? Нет, это невозможно!

Что ж, с тоской подумала Николь, родители никогда не отказывали ей даже в мелочах, они дали своей дочери все, что могли. Настало время платить по счетам. Она просто обязана выйти замуж за Джеймса Дукарта. И хватит оплакивать свою несчастную судьбу. Джеймс еще не раз пожалеет, что силой вынудил ее на этот шаг!

Если этот вандал жаждет свадьбы прямо сегодня, она обязана подчиниться. Его слово — закон для нее. Он ясно дал ей понять, что не собирается играть в детские игры.

Николь тяжело вздохнула.

— Что ж, насколько я понимаю, нам пора собираться в дорогу. — Ни один мускул не дрогнул на ее словно окаменевшем лице. Нет, она не собиралась прикидываться счастливой. Возможно, хотя бы это омрачит безоблачное настроение Джеймса. Стараясь не смотреть ему в глаза, бедняжка продолжала: — Если позволишь, я поднимусь наверх, чтобы переодеться. Это не займет слишком много времени, обещаю.

— Конечно, дорогая, — широко улыбнулся в ответ Джеймс. Но прежде, чем выпустить ее из объятий, он еще раз крепко поцеловал свою покорную жертву. — Смотри не задерживайся!

Николь покраснела. Стараясь не встречаться взглядом с растерянными родителями, она бросилась вон из комнаты.

Оставшись втроем, Джеймс и чета Уайлдеров молча изучали друг друга. Молодой человек без труда прочел на лице сенатора все возрастающее беспокойство по поводу судьбы Николь. Мэри же, напротив, казалось, была даже довольна, что нашелся, наконец, человек, обладающий правом и силой так запросто управлять ее своенравной дочерью. Она с любопытством вглядывалась в стоящего напротив нее господина, искренне пытаясь отыскать в его лице черты некой избранности, позволившей ему с такой легкостью отыскать путь к сердцу Николь.

— Вам не о чем волноваться, — постарался успокоить сенатора Джеймс. — Я обещаю, с вашей дочерью ничего не случится.