Т. Дж. Браун

Аббатство Саммерсет. Книга 3. Весеннее пробуждение

© И. Колесникова, перевод, 2014

© ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2014

Издательство АЗБУКА®


Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Я посвящаю эту книгу своей матери Кэрол М. Форман.

Спасибо, что всегда поддерживала меня

Глава первая

Возможно, кому-нибудь еще это место показалось бы островком безмятежности, если не райского блаженства, но Ровена ощущала только пропитанное грустью равнодушие.

Мелодичные трели текущего поблизости ручейка нарушались лишь смехом друзей. Стаффолк переливался сочной июльской зеленью, щедро разбавленной желтыми и розовыми вкраплениями полевых цветов. Ровена сидела в одиночестве на низкой каменной стене и наблюдала, как Каверзный комитет наслаждается импровизированным пикником вдали от глаз и ушей жадных до сплетен светских матрон.

Прикрывшись от солнца белыми кружевными зонтиками, девушки в платьях пастельных тонов, отделанных кисеей, неторопливо прохаживались среди молодых людей в летних костюмах и соломенных шляпах. Время от времени налетал легкий бриз, развевал ленты и ворошил цветы на кокетливых шляпках, но ничего не мог поделать со звенящей, как стая докучливых пчел, жарой. В детстве Ровена любила навещать аббатство и до сих пор дорожила воспоминаниями о тех днях. Правда, в них не было места легкому флирту, крепким напиткам и дорогим турецким сигаретам – со всем этим девушка познакомилась совсем недавно. Возможно, старшее поколение просто лучше умело скрывать свои грехи или же Ровена, охваченная детским восторгом, ничего не замечала.

– Как думаешь, он когда-нибудь сумеет завоевать ее сердце? – раздался над ухом голос Себастьяна.

Девушка вздрогнула и чуть не свалилась со стены, так что ему пришлось придержать ее за талию.

– Кто? А-а, ты о Ките и Виктории?

Она повернулась к сестре. Та сидела под раскидистым буком, прислонившись спиной к стволу, и раскладывала растения по кучкам, а рядом Кит читал вслух последний роман Э. М. Форстера. Темная голова молодого лорда склонилась к светлым волосам девушки. Без сомнения, Виктория сортировала только что собранные травы, а Кит упрямо надеялся, что его преданность все-таки принесет плоды, когда он в очередной раз попросит руки младшей сестры Бакстон.

– Бедняга. Ее сердце давно принадлежит ему, вот только руку она отдавать не согласна.

– А как насчет твоего сердца? – Взгляд Себастьяна внезапно посерьезнел.

Ровена повернула голову к жениху:

– Мое сердце принадлежит только мне.

– Вот как? – небрежно переспросил он.

Девушка немного покрутила в пальцах бокал, прежде чем допить шампанское.

– Конечно, дорогой. А свою руку я отдаю тебе, так что все хорошо.

Не обращая внимания на кольнувшую в груди боль, Ровена усилием воли заставила себя не думать о бывшем возлюбленном.

Она высоко подняла бокал, делая знак слуге, который стоял навытяжку возле столика на колесиках. В мгновение ока тот виртуозно подхватил охлаждавшуюся в ручье бутылку и подошел к ним.

– А вам, сэр? – спросил слуга Себастьяна после того, как долил девушке шампанского.

Ровена обратила внимание на белые перчатки лакея и нахмурилась. Что за глупость носить в такую жару перчатки, да еще на пикнике. Вышколенный слуга не поднимал глаз от земли, и девушке вдруг стало любопытно, как его зовут. Как и множество других слуг в этом огромном поместье, он оставался лишь безымянным исполнителем воли хозяев. Ей вспомнился их старый дом в Лондоне, где прислугу считали уважаемой частью семьи. Возможно, когда Ровена станет хозяйкой Эддельсон-Холла, ей удастся возродить прежние отношения.

Себастьян помахал фляжкой:

– Нет, благодарю. У меня все есть.

– Как прикажете, сэр.

Слуга отошел, и молодой человек обратился к невесте:

– Кит очень упрям.

К большой радости девушки, Себастьян вернулся к обсуждению чувств лучшего друга и Виктории. В последнее время Ровена замечала, что он всячески пытается добиться ее расположения, хотя она пока не чувствовала себя готовой к новому роману. Их помолвка не была залогом вспыхнувшей любви, а состоялась скорее из соображений удобства: оба страдали от разбитого сердца и не хотели снова рисковать. Между молодыми людьми давно сложились теплые отношения, и Ровена готовилась к браку, скрепленному взаимным уважением и дружбой. Почему Себастьян внезапно начал настаивать на большем? Девушка не могла отрицать, что ей приятно ощущать его присутствие рядом, она даже испытывала сильное волнение, когда он касался ее. Однако именно это и беспокоило Ровену. Отчего прикосновения чужого мужчины так будоражат ее, если сердце всецело принадлежит другому?

Вскоре размышления утомили Ровену. Она спрыгнула со стены и крикнула остальным:

– Давайте сыграем в крикет?

Аннализа, жизнерадостная молодая шатенка с темными глазами, со стоном приподняла голову с кипы мягких подушек:

– И что вы за люди, Бакстоны. Никак не найдете себе покоя. Вам постоянно надо что-то делать.

– Безделье – мать пороков, – съязвила Виктория.

На удивление, кузина Элейн с готовностью вскочила:

– Потому что мы терпеть не можем скучать. Правда, Колин?

Девушка посмотрела на брата, но тот не двинулся с места.

Ровена знала, что Колин не шелохнется, пока ему открывается отличный вид на декольте Аннализы.

– Ой, да будет вам. Не так уж и жарко, к тому же у нас предостаточно холодной воды. Нельзя быть такими лентяями!

Слуга принес необходимое снаряжение, и на полянке вспыхнул добродушный спор, пока молодежь делилась на команды. Хотя в последнее время Виктория чувствовала себя намного лучше и приступы астмы случались крайне редко, врачи по-прежнему категорически запрещали ей даже думать о спорте. Поэтому младшую барышню Бакстон единогласно выбрали в судьи.

Несмотря на препирательства, жару и недостаток игроков – всего семеро в каждой команде, – играли они с удивительным рвением. Ничего странного, думала Ровена в ожидании своего удара. Кроме хождения в школу и беспрестанных игр, ничем другим они никогда не занимались. Именно так протекала жизнь высшего света.

Девушка бросила взгляд на безоблачное небо. Даже сейчас она тосковала по своему аэроплану. Только полеты помогали ей забыть о разбитом сердце, несправедливости этого мира и глубоком горе. Только в воздухе она чувствовала себя счастливой. Но сейчас подарок дяди, биплан «Виккерс», находился почти в дне пути на юго-запад отсюда. Поскольку Ровена была одной из немногих английских женщин, удостоенных летной лицензии, дядя уже не раз спрашивал ее, почему она не перегонит самолет в Саммерсет, где его можно будет держать в сарае, который мистер Диркс использовал для своих экспериментальных моделей. Но она не находила в себе сил сказать графу правду.

Она боялась случайной встречи с Джонатоном.

– Ровена! Твоя очередь! – крикнул Колин.

Боковой разрез на муслиновой юбке облегчал движения, но бегать все же было затруднительно. Старшая сестра Бакстон любила спорт и даже кое в чем преуспела. Родись она в другой семье, возможно, ей бы даже довелось играть в профессиональной команде. Но девушки из высшего света не занимались командным спортом. К тому же Ровене намного больше нравилось летать, чем бегать за мячами.

Она с треском ударила по мячу. За спиной радостно закричали Виктория и Элейн. Подхватив юбку, Ровена изо всех сил бросилась бежать, пока Себастьян, Кит и Дафна искали мяч в густой высокой траве. Она обежала поле дважды, прежде чем Кит признал поражение.

– Победа, как ни смотри! – закричала Виктория, подпрыгивая на месте от возбуждения.

– Не может быть, – запротестовал какой-то симпатичный молодой человек, которого Ровена плохо помнила. – Было совсем мало пробежек.

– О, научись проигрывать, Эдвард, – процедила уголком рта леди Диана.

За леди Дианой прочно закрепилась слава самой красивой и склонной к авантюрам девушки комитета, хотя небольшая группка оппозиции считала Ровену намного интереснее.

– Ты похож на драчливого кота.

Эдвард ухмыльнулся:

– Но, как и Коту в сапогах, моя состязательная натура сослужила мне хорошую службу. Благодаря ей я осмелился ухаживать за столь красивой девушкой, моя дорогая, безупречно воспитанная леди.

Диана гордо качнула головой, и Ровена невольно улыбнулась.

Комитет в полном составе сгрудился вокруг Виктории, и младшая сестра Бакстон уверенно закивала:

– Команда Ровены выиграла. Вот, смотрите, я вела счет.

Эдвард шутливо отмахнулся от листка с таблицей:

– И почему я должен верить на слово арестантке?

Ровена замерла. Секунду никто не шевелился, и вдруг Кит размахнулся и с громким хлопком ударил молодого человека в челюсть. Эдвард отлетел назад, врезался в Ровену и сбил девушку на землю.

– Ну и дела! – пробормотал он, лежа на траве в нескольких футах от Ровены, которая потрясенно смотрела на перекошенное лицо Кита и его сжатый кулак.

Виктория ухватила друга за руку:

– Да что с тобой такое? Он же пошутил! Эдвард всегда меня так называет. Зачем ты ведешь себя как дикарь?

Все снова замолчали. Виктория опустилась на колени рядом с Эдвардом, и Ровена тут же увидела боль в глазах Кита. Сердце девушки сжалось.

– Как ты?

С каменным лицом Кит протянул Эдварду руку:

– Извини, дружище. Кажется, я немного погорячился.

Эдвард задумчиво потер щеку:

– Ничего страшного. Я даже люблю, когда время от времени меня бьют в челюсть.