Дождь застилал глаза. Вот-вот должна появиться Абигейл. Тогда она точно их прикончит.

В последнем отчаянном рывке Ребекка подняла Жерара на плоский уступ, куда сначала упал Нгуен Ким. Затащить его выше она не могла. Ей было трудно дышать — от плотного дождя, зашибленных ребер, перенапряжения. Она стояла на четвереньках и ловила ртом воздух, гоня прочь нестерпимую боль.

— Дедушка, Май, — сказала она, — где они?

Жан-Поль попытался приподняться на руках.

— Вон на тех скалах, — показал он, морщась от боли. — Их сносит прилив.

— А вьетнамец…

— Он убийца. Его спасай в последнюю очередь.

— А как же вы?

— Ступай!

Ей не надо было повторять. Она слезла с камня. Жан-Поль ненавидел себя за то, что он не способен помочь ей. Придется валяться здесь бесполезным окровавленным мешком.

Он грязно выругался по-французски.

Затем, на руках и одном колене, он медленно пополз туда, где лежали связанные старик и девочка… К своему отцу, спаси и сохрани его Господь.


Волны становились все выше и мощнее. Май боялась, что одна из них обрушится страшным ударом на Томаса и на нее. Хотя она так и не знала, кто этот пожилой человек. Он поминутно терял сознание и почти не мог говорить. Им обоим удалось сесть. Они даже умудрились отодвинуться в более защищенное место у скользкого, черного камня. На нем не было острых ракушек, но вода сюда все равно подступала.

Май надоело бороться с волнами. И хотя старик пытался защитить ее своим телом, их натиску было невозможно сопротивляться. Май даже не замечала боли от порезов и ушибов, не чувствовала холода.

Папа… Папа, где ты?

Еще одна волна с ревом и кипением приближалась к ним, но Май даже не приготовилась встретить ее. Она решила принять неизбежное.


Побледневший Квентин Рид последние пять минут молча и отупело смотрел в окно автомобиля. Джед не пытался его разговорить. Поглощенный тревогой, он не озаботился подсластить пилюлю. Он рассказал, что Абигейл — мать Квентина, прости ее, Господи, — оболгала Там, организовала ее убийство, а теперь замыслила уничтожить внучку.

— Она тебя обманывала и использовала, — безжалостно сказал Джед, — самым отвратительным образом.

— Но зачем?

— Чтобы спасти собственную шкуру.

Что мог, он объяснил, но не был уверен, что Квентин сумеет переварить что-нибудь, кроме того факта, что его мать умело воспользовалась дурацкой историей с наркотиками, что Там никогда не спала с его кузеном и что Май — это его дочь.

Его дочь, подумал Джед, не моя.

Проблема на будущее.

В Марблхеде он повернул к усадьбе Вайтейкеров слишком резко и выехал на идеально ухоженный газон, но быстро выправил машину и помчался к дому.

Навстречу ехал «мерседес» Абигейл.

Она свернула вбок, на траву, чтобы избежать лобового столкновения с «понтиаком». Джед надавил на тормоз и выскочил из машины. Он даже не оглянулся посмотреть, что делает Квентин. Сейчас это неважно.

Абигейл уже опустила стекло.

— Джед, как хорошо, что ты здесь. Я не знаю, что происходит. С моря были слышны выстрелы. Там, внизу на скалах, Томас и Май. И француз здесь… У него страшный вид. Не знаю, но предполагаю, что он не поделил что-то с моим телохранителем Кимом. Я еду в полицию. Хотела позвонить, но связи нет. Должно быть, кто-то перерезал линию.

— Довольно, — холодно сказал Джед. — Я знаю обо всем, что вы сделали. Выхода у вас нет. Если что-нибудь случится с Май, то попомните мои слова: от меня вы нигде не скроетесь. Поняла, тетя? Нигде.

— Ты трагически заблуждаешься.

Сзади возник Квентин. Он сказал:

— Нет, мама, думаю, что он прав.

— Квентин… — Абигейл звучно проглотила слюну и заплакала. — Квентин, не позволяй ему так говорить обо мне. Я твоя мать. Как ты мог поверить, что я способна на такое?

— Пойду искать Май, — сказал Джед и скрылся за пеленой дождя.

Квентин поспешил за ним.

— Тебе пригодится моя помощь, я знаю здесь каждый камень.

Джед хлопнул его по плечу.

— Пошли.

Сзади заурчал двигатель «мерседеса». Джед оглянулся и увидел, что мощная машина Абигейл задела за крыло «понтиака» и уехала. Джед не представлял, куда может направиться Абигейл, но это было неважно. Он ее отыщет.


— Дедушка… Май!

Ребекка переборола страх и осторожно спускалась с черного камня в ледяную, доходившую выше коленей, воду. Встречный поток едва не сбил ее с ног. Чтобы сохранить равновесие, ей пришлось замереть, прижавшись к скале. Одной рукой она обхватила Май. Девочка была без сознания, и волны жестоко трепали ее. Когда вода откатывалась, требовалось немало сил, чтобы противостоять увлекающей в море пенной стихии.

Дедушку мотало из стороны в сторону неподалеку. Его безжизненное тело билось о скалы. Ребекка видела, как из воды время от времени показывалось его бледное лицо. Она кричала ему, но он не отвечал ни словом, ни жестом.

Ребекка дрожала в леденящем прибое. Она понимала, что поднять Май на верх черного камня она не сможет. Надо было двигаться вправо, где в двадцати футах отсюда виднелся невысокий уступ, который мог дать пусть и ненадежное, но убежище. Вода там была не так глубока. Ребекка решила оставить Май на этом уступе, гладком, отшлифованном морем, и вернуться за дедом.

Ты должна это сделать. Держись, не отступай.

Вдруг она почувствовала, как что-то тянет Май назад. Сначала Ребекка подумала, что это течение, но потом услышала за спиной голос Жана-Поля:

— Я донесу ее.

Ребекка оглянулась и увидела, что за Жераром стоит Джед. Он взял дочь из рук Жана-Поля. Тут же был и Квентин. Он смело вошел в бурлящую воду. Вдвоем с Ребеккой они стали пробираться к беспомощно болтавшемуся из стороны в сторону Томасу. Когда Квентин обхватил туловище старика, стена серой воды накрыла их с головой. Ребекка не доставала до дна, ее тянуло в открытое море.

Оставив Май с Жаном-Полем, Джед поспешил к ним на помощь. Он прежде всего вытащил в безопасное место Томаса Блэкберна, затем помог выйти на берег Квентину и Ребекке.

Оказалось, что Квентин сильно ударился головой о камень, но держался он молодцом.

Состояние Томаса и Май было гораздо хуже.

— Джед… — сказала Ребекка, покусывая губы. Она боялась спросить прямо.

Джед понял без слов.

— Он жив.

— Мы должны скорее отогреть их, — сказала Ребекка.

Джед угрюмо кивнул. Достав из кармана складной нож, он перерезал веревки и посмотрел на Квентина.

— Боюсь, он нам не помощник. Ты сможешь донести Май?

Ребекка была бы рада, но она знала, что силы ее исчерпаны. С ребрами было что-то ужасное. Она думала не о себе, а о том, что по дороге может уронить девочку.

Не сказав ни слова, Квентин взял у Джеда нож и полез на камень, где был Жан-Поль и Май. Джед взвалил Томаса на плечи и, прежде чем двинуться с места, проверил, насколько устойчиво он держится на ногах.

— Ребби, я скоро вернусь за тобой.

Она усмехнулась и с выражением муки на лице медленно поднялась и сказала:

— Покуда я еще умею ходить, никому не позволю нести меня, даже тебе, Джед Слоан! — Со слабой улыбкой она добавила: — Прошу, иди, не жди меня.


Квентин позвонил в полицию и вызвал скорую помощь. Он же нашел одеяла, пока Джед и Ребекка снимали с Май и с Томаса изодранную, набрякшую одежду. Первым делом их укутали в одеяла, оставив порезы и синяки на потом. Джед держал на руках находившуюся без сознания Май и старался отогреть ее теплом своего дыхания.

— Ничего не должно измениться, Джед, — сказал Квентин. — Ей не надо знать, кто ее настоящий отец.

— Нет, я не могу скрывать правду. Только сначала надо вернуть ее к жизни. Теперь… Теперь нет причин хранить тайну.

— Я не буду пытаться забрать ее у тебя.

— Вот и хорошо, поскольку я все равно не позволил бы тебе сделать это.

— Но… Но я хотел бы иногда видеться с ней, Джед. Больше ничего. Ведь она — дочь моего кузена, верно? — Квентин посмотрел на Май. — Она поправится, вот увидишь.


Прежде чем идти в дом, Ребекка задержалась и подошла к Жану-Полю Жерару, но тот прогнал ее.

— Со мной все в порядке. Позаботься о Томасе.

Однако она не могла сделать для деда больше, чем уже сделали Квентин и Джед. Поэтому она взяла одеяло и аптечку и вновь пошла на берег. Чтобы снять боль в ребрах, она приняла аспирин. На первое время достаточно.

Дождь перестал, и прилив уже начал отступать. Ребекка подошла к черному камню, где остался Жан-Поль.

Его там не было.

Ребекка огляделась по сторонам, осмотрела ближайшие валуны, но нигде не было никаких признаков присутствия француза. Мог ли он уйти далеко в его состоянии? Расстроившись, она возвратилась в дом; о том, что Жан-Поль утонул, не хотелось думать. Не таков он, чтобы так просто сдаваться: вся его жизнь прошла в вечной борьбе со смертью;

У особняка стояли машины полиции и скорой помощи. Ребекка возмутилась, когда Джед попросил медиков заняться ею, но те не приняли никаких возражений, положили ее на носилки и погрузили в машину, и только тогда Ребекка заметила отсутствие пикапа на том месте, где Жан-Поль припарковал его.

Она улыбнулась. Отчаянный француз украл у нее грузовичок.

Глава 39

Небо восхищало бесподобной средиземноморской синевой, сад, окружавший каменный сельский дом, был в полном цвету и являл собой буйство розового, желтого и красного. Абигейл, выйдя на террасу, наслаждалась ароматом. Она будет скучать по этому дивному старому дому, но иногда приходится приносить жертвы, тем более что в конце концов все, может быть, и образуется. Абигейл уже телеграфировала Квентину, что она отбыла во Францию в состоянии глубочайшего потрясения, будучи не в силах постигнуть все предъявленные ей обвинения. Она обещала бороться за свое доброе имя. В том, что на Ривьеру она вылетела немного раньше обычного, никто не должен усмотреть ничего подозрительного. Томас Блэкберн и Май Слоан находились в критическом состоянии после переохлаждения и сильных ушибов. Они пока не могли дать свою версию случившегося в окрестностях ее дома на взморье в Марблхеде. Жан-Поль Жерар бесследно исчез. Полагали, что он утонул. Тело Кима выбросило на берег.