Выйдя на улицу и глотнув холодного весеннего воздуха, Эмма ощутила свободу. Свободна! Так приятно время от времени покидать дом кузины; к тому же одетая горничной, она могла прогуливаться сколько угодно долго. А вот после сегодняшнего вечера ей больше не придется покидать Блайдон-Мэншн без сопровождения.

Эмма завернула за угол и не спеша побрела по тротуару, останавливалась перед каждой витриной и подолгу разглядывая ее. Как она и ожидала, никто из леди и джентльменов, проходивших мимо, не задержал на ней взгляда. Да и какой интерес могла вызвать маленькая рыжеволосая горничная, с ног до головы покрытая мукой?

Придя на рынок, Эмма, весело напевая себе под нос модную песенку, зашла в лавку и купила несколько дюжин яиц. Нести их было не особенно удобно, но она старалась сохранять беззаботный вид. Кухонная девушка должна быть привычной к труду и легко справляться с такой ношей, а Эмма не хотела, чтобы кто-нибудь заподозрил, что она переодета. К тому же она чувствовала себя достаточно сильной, а дом находился не так уж далеко.

– Благодарю вас, сэр, – обратилась Эмма к бакалейщику, и он ответил ей улыбкой:

– Вы здесь новенькая? По выговору похоже, что прибыли из колоний.

Глаза Эммы широко раскрылись от изумления. Уж от бакалейщика она никак не ожидала подобных расспросов.

– Да, я выросла в колониях, но уже несколько лет живу в Лондоне, – солгала она.

– А! Вот я всегда мечтал посмотреть Америку. – Продавец вздохнул.

Эмма сочувственно кивнула, но в длительную беседу вступать не стала, поскольку ей следовало вернуться домой, прежде чем Белл начнет о ней беспокоиться. Продолжая улыбаться, она попятилась к двери. – Приходите снова, маленькая мисси. У кого вы служите?

Но Эмма уже выскочила за дверь, притворившись, что не расслышала последнего вопроса.

К тому времени, когда она прошла полдороги до дома, настроение у нее поднялось и она принялась весело насвистывать в полной уверенности, что выполнила задачу без сучка без задоринки. Она наслаждалась, разглядывая лондонцев, спешивших по делам, не сомневаясь, что в костюме горничной никто не сможет ее узнать.

Неожиданно прямо перед ней мальчик лет пяти выпрыгнул из элегантного экипажа, в который были запряжены две гнедые лошади, и, прижав к себе щенка кокер-спаниеля, почесал его за ушами. Черно-белый щенок лизнул его в лицо, и мальчик взвизгнул от восторга.

Его мать выглянула из окна экипажа, видимо, желая удостовериться, что с ребенком все в порядке. Это была красивая темноволосая женщина с зелеными глазами, сиявшими нежностью, когда она обращала их на сына.

– Стой на месте, Чарли! – крикнула она мальчику. – Сейчас я выйду.

Женщина отвернулась от ребенка и посмотрела в глубину коляски, а затем, по-видимому, с кем-то заговорила. Тем временем мальчик переминался с ноги на ногу, ожидая мать.

– Мама, – наконец не выдержал он, – давай скорее!

Эмма улыбнулась, видя его нетерпение, – в детстве она была точно такой же.

– Сейчас, непоседа!

В этом момент неподалеку показалась пятнистая кошка, и щенок, вырвавшись из рук ребенка, с лаем погнался за ней.

– Веллингтон! – Мальчик тут же пустился в погоню за щенком.

Секунду Эмма в ужасе смотрела, как наемный экипаж мчится по мостовой прямо на Чарли, затем, бросив яйца, рванулась через дорогу. Оказавшись в нескольких футах от ребенка, она сделала последнее отчаянное движение…

Чарли вскрикнул, не понимая, почему чужая женщина прыгнула на него, а затем приземлилась рядом с ним на тротуаре.

Глава 2

Еще не открыв глаза, Эмма услышала встревоженные голоса.

– Алекс, дорогой! – причитала женщина. – Какое счастье, что эта девушка оказалась рядом! Я должна была лучше присматривать за Чарли, и вообще нам следовало оставаться в деревне, где нет такой опасности.

– Успокойся, Софи, – возражал ей уверенный мужской голос. – Дело вовсе не так плохо. И перестань причитать, а то напугаешь эту бедняжку.

– О да, конечно, ты прав! – тут же согласилась Софи, но через несколько минут снова начала рыдать.

– Не могу поверить, что такое случилось. Если бы Чарли пострадал, я бы просто умерла. Умерла бы!

Мужчина ответил вздохом.

– Софи, пожалуйста, успокойся. С Чарли все в порядке, на нем всего лишь несколько царапин. Нам следует внимательнее следить за ним, вот и все.

Эмма тихо застонала: веки ее отяжелели, в голове непрестанно гудело.

– Кажется, она приходит в себя? – внезапно спросила Софи. – Алекс, я даже не знаю, как мне ее благодарить. Какая отважная девушка! Может быть, мне следует нанять ее на работу?

Александр Эдвард Риджли, герцог Эшборн, снова вздохнул. Его сестра Софи всегда была болтушкой, но особенно это проявлялось в тех случаях, когда она нервничала.

– В чем дело, мама? Почему ты плачешь? – неожиданно спросил Чарли.

– О, мой маленький! – снова запричитала Софи, затем прижала мальчика к груди, заключила его лицо в ладони и принялась покрывать звучными поцелуями.

– Мама! Прекрати, ты всего меня обслюнявила! – Чарли попытался высвободиться из цепких материнских объятий, но Софи сжимала его все крепче, и наконец он зашипел:

– Мама, дядя Алекс решит, что я девчонка и неженка!

– Ничего подобного, Чарли! – Алекс хмыкнул. – Разве я не обещал научить тебя играть в вист? Ты ведь знаешь, что я не играю в карты с девчонками.

Чарли энергично закивал, после чего Софи внезапно выпустила его из объятий.

– Ты собираешься учить моего сына играть в вист? – спросила она, перемежая слова громкими всхлипываниями. – Право же, Алекс, ему всего шесть лет!

– Учиться надо с детства, разве не так? А ты что думаешь, Чарли?

Мальчик ответил широкой улыбкой, показав отсутствие многих молочных зубов.

Отчаявшись приструнить брата и сына, Софи шумно вздохнула:

– Вы оба настоящие негодяи!

Алекс снова хмыкнул:

– Между прочим, мы с тобой родственники.

– Знаю, знаю. Тем все это печальнее. Впрочем, довольно о картах, пора позаботиться о бедной девушке. Думаешь, с ней все в порядке?

Алекс взял руку Эммы, чтобы проверить пульс: он был ровным и не вызывал тревоги.

– По-моему, волноваться не о чем.

Тут Эмма негромко застонала.

– Слава Богу, она приходит в себя!

– А почему она на меня прыгнула? – поинтересовался Чарли.

– Потому что тебя чуть не переехал кеб. Если бы эта славная леди опоздала, ты мог погибнуть.

Маленький ротик Чарли сложился в букву «О».

– А я-то думал, что она сумасшедшая.

Софи в ужасе всплеснула руками:

– Вовсе нет: она спасла тебя, глупый!

– Послушай, Софи, – перебил сестру Алекс. – Почему бы тебе не отправиться на рынок и не купить яиц, чтобы возместить этой девушке потерю?

Несколько мгновений Софи молчала, затем растерянно произнесла:

– Ты хочешь, чтобы я купила яйца?

Как только Софи представила эту невероятную картину, она чуть не рассмеялась.

– Думаю, купить яйца не так уж трудно, дорогая, многие люди совершают это каждый день, а рынок всего в двух кварталах отсюда. Возьми моего кучера, он тебе поможет.

Софи поморщилась:

– Не знаю, прилично ли оставлять эту девушку на твое попечение.

Алекс высокомерно усмехнулся:

– Она всего лишь прислуга, и никто не потребует, чтобы я на ней женился. К тому же я останусь с ней наедине на пять минут. Ради Бога ступай и купи эти чертовы яйца.

Софи понурилась: она слишком хорошо знала брата, чтобы возражать ему.

– Ладно, уже иду…

– И возьми с собой мальчика! – посоветовал ей Алекс. – Только как следует присматривай за ним!

Софи взяла малыша за руку.

– Послушай, Чарли, – принялась она увещевать сына, – ты должен сперва посмотреть в обе стороны и лишь потом переходить через дорогу, вот как я. – Софи вытянула шею и принялась внимательно осматривать улицу.

Чарли громко рассмеялся, а Алекс переключил внимание на незнакомую девушку, вытянувшуюся на подушках сиденья. Обнаружить такую отвагу в женщине было для него не совсем привычным делом, но эта таинственная незнакомка проявила себя наилучшим образом. К тому же она показалась ему довольно привлекательной, хотя он и не знал, почему отважная служанка вовсе не походила на женщин, которые ему обычно нравились и с которыми он вступал в связь: вряд ли хоть одна из них рискнула бы своей жизнью ради спасения Чарли. Неудивительно, что эта необычная девушка так его заинтриговала. Ему даже захотелось остаться наедине с ней в тот момент, когда она очнется.

Опустившись на колени возле Эммы, Алекс ласково произнес:

– Ну же, просыпайся, моя прелесть. – Он нежно коснулся губами ее виска. – Открой глазки: я до смерти хочу узнать, какого они цвета.

Почувствовав, как чья-то большая рука ласково погладила ее по щеке, Эмма застонала, и тут пульсирующая боль в голове неожиданно начала ослабевать.

Она вздохнула с облегчением, и веки ее затрепетали, затем глаза медленно открылись.

Яркий солнечный свет, лившийся в окна кареты, ослепил ее.

– Ах! – Эмма снова смежила веки.

– Тебя беспокоит свет?

Алекс мгновенно вскочил и задернул занавески на окнах кареты.

Эмма глубоко вздохнула и, слегка приоткрыв глаза, увидела, что загорелое лицо говорившего находится всего в нескольких дюймах от ее лица. Густой локон черных волос спускался ему на лоб, придавая ухарский вид.

Эмма испытала внезапное желание дотянуться до этих волос и узнать, какие они на ощупь.

Мужчина осторожно дотронулся до ее щеки.

– Знаешь, ты нас ужасно напугала, потому что почти десять минут была без сознания.

Эмма молча смотрела на него, не в силах подобрать нужные слова: он был слишком хорош собой…

– Ты можешь говорить, моя радость?

Губы Эммы приоткрылись, позволив ей произнести всего лишь одно слово: