Бонни выслушала новость молча. Она стояла у окна. Она ждала наступления Нового года, надеясь, что он будет более счастливым. Старый священник взял ее за руку.

— Он говорил мне о том, что хочет покончить с собой, но тогда я этого не понял. Только сейчас я понимаю, что он имел в виду.

Бонни ничего не смогла ответить.

— Я вызову врача, — сказал отец Макбрайд.

Его напугала бледность Бонни.

— Пожалуйста, — слабо кивнула она.

В своей комнате она долго стояла у окна, глядя на белый снег. Она думала. Она почувствовала, что огромная стена страха, которая стояла перед ней все эти годы, начала рушиться. Понадобится много времени, чтобы осыпались последние камни этой стены. Но теперь у нее было время. Смерть Энгуса вернула ее к жизни. Она поедет к Майклу и начнет жизнь с ним, жизнь без боли. Эльсидер унаследует фамильную собственность, но кроме наследства еще и страдания. Нет, они больше не будут страдать!

Бонни смотрела на снег. Вдруг она вспомнила, как Энгус пришел за ней на бал в дом Макгрегора. Она отчетливо помнила, что это было в новогоднюю ночь. Она видела его бархатный жилет, кружево у шеи, помнила сверкание серебряных пуговиц. Она видела, как он стоит на заснеженной лужайке. Он улыбался. Она помнила ту странную улыбку, с которой он подошел к ней в зале у Макгрегора.

— Спасибо, — нежно сказала она.

Бонни отвела глаза от окна и вытерла слезу со щеки. Энгуса больше не было.

— Это конец, — прошептала она. — Это действительно конец.